Разрыв во времени - Дженет Уинтерсон

Дом стоял в глубине двора. В доме было темно.

В лунном свете мерцали глицинии, разросшиеся до балюстрады второго этажа. Несколько окон первого этажа утонули под лиловыми соцветиями. Краска на входной двери размягчилась и выцвела в жарком и влажном климате. Высокие ступени крыльца явно не подметали уже очень давно.

Дом походил на иллюстрацию в книжке.

Зель отпер тяжелые кованые ворота, за которыми начиналась гравиевая подъездная дорожка.

Здесь кто-то живет?

Он здесь живет.

Зель повел Пердиту к боковому входу. Кирпичные стены лоснились влагой. Сад разросся и одичал. Природа против человека. Вечная борьба человека за то, чтобы быть человеком. Вечная тревога человеческого бытия.

Держа Пердиту за руку, Зель повел ее вниз по скользким невысоким ступеням в поросли папоротников – в помещение, когда-то бывшее кухней. Сейчас там устроили кладовую. Зель запустил руку в решетку в кирпичной стене и достал большой ключ, как в самом начале «Синей Бороды».

Зель открыл дверь. Послышалось суматошное шуршание.

– Ты боишься мышей?

Она не боялась мышей.

– Сейчас включу свет.

Щелчок выключателя. Ничего.

Зель снова взял Пердиту за руку и повел за собой вверх по узкой лестнице – лестнице для слуг, что вела в большую прихожую. Он держал над головой телефон, но рассеянный свет от экрана почти не проницал в темноту. Пердита видела тени и двери, утопленные в глубоких нишах. Внушительная, широкая лестница. Когда-то это был благородный дом.

– Начнем с библиотеки. – Зель распахнул деревянные двойные двери.

В спертом воздухе пахло пылью. Ставни были закрыты. На каменной каминной полке стояли две большие церковные свечи. Зель их зажег. Да, так уже лучше. По крайней мере хоть что-то видно.

Пердита дрожала. В доме было холодно, как часто бывает в домах, покинутых людьми.

– Я разожгу камин.

Зель опустился на колени. Все, что нужно, чтобы разжечь огонь, лежало тут же, словно кто-то давным-давно все приготовил. Словно кто-то хотел растопить камин и погрузиться в уютное тепло от горящих сухих дров.

Две стены в библиотеке занимали книжные шкафы, от пола до потолка. Старые книги, дорогие книги: естественная история, наука и техника, архитектура, биографии исторических личностей. Перед пыльным камином стояли два кожаных кресла, потертых и старых.

– Он любит книги, – сказала Пердита.

– Да. Любит. Когда заканчиваешь читать книгу, можно ее отложить и забыть, и она не попросит, чтобы ты к ней вернулся.

Пердита подошла к высокому окну, закрытому ставнями и решеткой. Она открыла решетку, чтобы дотянуться до ставней и открыть и их тоже, и впустить в комнату лунный свет.

Петли на ставнях были хорошо смазаны, и деревянные створки без труда распахнулись. Пердита провела ладонью по гладкому дереву, думая про себя, сколько рук открывали и закрывали эти ставни за столько лет: в отчаянии, что снова настала ночь, или в полном равнодушии, или в радости, что наступил новый день.

Она любила старые дома. У нее не было своей истории, и ее неудержимо влекло к историям других людей.

– Сколько лет этому дому?

– Точно не знаю, но он очень старый.

Огонь разгорелся, юное пламя наполнило комнату внезапным светом и обещанием тепла.

Пердита подошла и присела на корточки перед камином.

– Почему ты уверен, что он сейчас дома?

– Он дома.

Зель подошел и присел рядом с ней.

– Если бы я не приехал в бар, ничего этого не случилось бы.