Осколки памяти - Наталья Ефремова

– Привет, – не очень уверенным тоном начал он.

Кристина кивнула и изобразила вежливую улыбку. Во всяком случае, она постаралась, чтобы улыбка получилась вежливой, потому что ни знакомиться, ни любезничать с кем-то сейчас ужасно не хотелось, и ей стоило больших усилий, чтобы не показать свои истинные чувства незнакомому парню, который, в общем-то, ни в чем перед ней не провинился. Разве что стоит тут как приклеенный, мешая ей упиваться своим отвратительным настроением и видом запылившихся туфель.

– Ммм… Ты извини, что я тут… вот… Просто я подумал, ты сидишь одна, а все уже уехали… Если ты пропустила автобус, может, тебя подвезти? Мне, правда, нужно на окружную, но у меня есть время, так что я мог бы тебя подбросить, куда скажешь.

Кристина покачала головой:

– Спасибо, не нужно, за мной должны заехать.

Парень порозовел, вероятно, от смущения. Или от ее отказа. Хотя это еще вопрос, кто испытывает большую неловкость.

– Ну ладно, раз так… А ты ведь новенькая, верно?

– Верно.

Понеслось…

– Я видел тебя сегодня на алгебре. Ты, похоже, соображаешь в этом.

В его голосе прозвучало уважение, и Кристине это польстило.

– Да, у меня в расписании алгебра есть, – подтвердила она, не углубляясь в тему, хотя парень прав, сегодня она действительно неплохо отвечала на вопросы преподавателя, несмотря на скованность. Мистер Ховард проверял знания новенькой и, судя по всему, тоже остался доволен.

Ну, хоть что-то!

– Я Том, кстати, – представился ее собеседник, переступая с ноги на ногу, словно асфальт под ним был горячим. – То есть Том Ленси.

Протянуть ей руку он, скорее всего, не решился.

– Кристина. То есть Кристина Риверс, – в тон ему ответила она, изо всех сил стараясь подавить нарастающее раздражение.

Она прижала к груди стопку книг, словно пытаясь таким образом отгородиться от дальнейших расспросов Тома, который, очевидно, не понял намека ни в этом ее движении, ни в ее тоне, потому что продолжал переминаться рядом.

Вообще-то он был ничего, симпатичным, только момент выбрал не очень удачный – не хотелось ей ни с кем знакомиться именно сегодня, и без того новых людей и повышенного внимания хватило по горло.

– Мне очень приятно познакомиться с тобой, Кристина, – пробормотал Том, и ей стало смешно: настолько эта вежливая фраза не вязалась с его простоватым внешним видом и зашкаливающей стеснительностью. И как он вообще решился с ней заговорить?

Шум подъезжающей машины избавил ее от необходимости поддерживать столь содержательную беседу.

– Это за мной! – радостно воскликнула Кристина, вставая со скамьи. – Извини, но мне пора. Пока!

– До встречи, – разочарованно протянул ее новый знакомый.

Уходя, она успела заметить, как вытянулось его веснушчатое лицо, когда из внушительного «мерседеса» цвета мокрого асфальта вышел чернокожий водитель в костюме с галстуком и открыл перед ней дверь.

Ну и пусть! Пусть этот Том Ленси думает, что угодно. Какое ей до него дело?

Водитель громко крякнул, подхватив ее увесистую сумку.

– Зачем же вы набрали столько книг, мисс? Ведь у мистера Риверса и так огромная библиотека.

С наслаждением вытянув ноги, Кристина объяснила:

– Патрик, ты себе не представляешь, сколько мне предстоит заниматься, чтобы поступить в университет. А у папы книги совсем не те, что мне нужны. Да и вообще книг много не бывает.

Водитель ответил на ее философское заявление вежливой улыбкой.

– Вы и так поступите, я уверен, – он сел в машину и завел мотор, бросив выразительный взгляд на ремень безопасности.

– А я не совсем уверена, поэтому переживаю, как всегда, – сказала Кристина, послушно щелкая замком ремня. – Ты же знаешь, я по-другому просто не умею.

На самом деле она немного кривила душой. Уровень ее подготовки и высокие оценки по всем предметам позволяли ей не волноваться о поступлении в университет, но Кристина не любила никаких сюрпризов и пыталась обеспечить себе, как говорил ее отец, запас прочности в знаниях, а заодно и в баллах.

До дома было совсем недалеко, так как городок просто поражал своими крохотными размерами, однако отец настоял, чтобы Патрик отвозил ее в школу и забирал после занятий. Утром Кристина попыталась ему возразить, но сейчас с благодарностью вспомнила отцовскую непреклонность. Когда они жили в Нью-Йорке, она и не думала противиться, достаточно было оценить расстояние от школы до дома и вечные пробки на Манхеттене.

Здесь наверняка и не знают, что такое пробки. Куда им, у них, наверное, другие проблемы, например, как научиться водить машину и отработать правила движения на дорогах, где в радиусе мили нет ни перекрестков, ни светофоров, ни других транспортных средств.

Ну вот, опять всякие гадости в голову лезут. Что ж за день такой?

«Мерседес» бесшумно притормозил на светофоре, и Кристина без особого интереса выглянула в окно.

Надо же, в этой дыре нашелся-таки светофор!

Вдоль дороги стояли безликие серые домики, похожие друг на друга, как капли дождя. Аккуратные, ничем не примечательные и абсолютно одинаковые домики с выцветшими занавесками на окнах и потрескавшейся краской на дверях, окруженные садиками, заросшими сорняками. Почему-то этот факт удручающе подействовал на Кристину. Что же все они такие одинаковые?

Она переводила взгляд с одного дома на другой в надежде отыскать какие-то отличительные особенности, хоть что-то необыкновенное в верандах, дверях или оформлении газона, но заметных различий не нашлось. Кристина обиженно надула губы и уставилась в лобовое стекло.

На другой стороне перекрестка, у обочины, остановился мотоцикл, марку которого она даже не пыталась определить, потому что вообще не разбиралась в мотоциклах. Ее внимание привлек не он, а тот, кто на нем сидел, вернее, его необычная посадка, не такая, какую Кристина привыкла видеть у мотоциклистов, пригибающихся во время движения к рулю. Этот сидел абсолютно прямо, расправив плечи, словно под ним был не мотоцикл, а породистый конь, и на бедре висела не потрепанная спортивная сумка, а шпага в ножнах.

Кристина хмыкнула, невольно любуясь незнакомцем, который тем временем заглушил мотор и снял с головы серый шлем. Увидев его лицо, она даже привстала от удивления: это оказался тот самый парень, с которым она столкнулась сегодня в школе. Точнее, он ее толкнул, напомнила она себе, машинально отодвигаясь от окна, чтобы не быть узнанной.

Эта предосторожность оказалась лишней, поскольку объект ее наблюдения даже не посмотрел в сторону шикарной машины. Он забросил ремень синей спортивной сумки на плечо и направился к двери почты, но тут его позвал мальчик лет десяти, и парень задержался на улице.

Почти жалея, что он не оборачивается, Кристина продолжала украдкой его разглядывать. На нем были темные джинсы и черная рубашка навыпуск с закатанными до локтей рукавами. У шеи, словно воротничок католического священника, белел уголок футболки. Светлые, почти пепельные волосы шевелил ветер, отчего создавалось впечатление сияющего ореола вокруг лица.