Токио и плантации жемчуга - Елена Мищенко

– Знаете ли, все это обманчиво. Утром с похмелья я всегда хорошо выгляжу. Лицо опухает, морщины разглаживаются, и я смотрюсь моложе. Вот только беда – трудно переходить дорогу. Такое ощущение, что машины за мной гоняются. Знаете, так и норовят переехать ненароком. Но это не страшно. После обеда я обычно выгляжу хуже, зато чувствую себя увереннее, – сообщил он и тут же после обеда в ближайшем кафе подтвердил свою версию, приобретя уверенность, потеряв, правда, работоспособность.

Второй архитектор совсем ошалел за это время и завел знакомства с веселыми девушками из Голосеев-ского парка, который находился напротив института.

Прибегала его супруга выяснить, куда он исчез. С веселыми девушками он выпивал и, очевидно, обсуждал архитектурные проблемы. Девушки не остались в долгу, и тоже наградили его кое-чем. В результате его, вместе с супругой, пришлось отправить на месяц на лечение в диспансер, именуемый в простонародье «трипердача».

Несмотря на все эти потери, проект удалось добить довольно быстро и отдать на утверждение. Экспертиза дала замечания, которые мы исправили в один день. Утверждали тоже довольно быстро, так как он всем надоел, как горькая редька. Начали рабочие чертежи, и почти одновременно начали строительство. Своих строителей там не было. Пришлось создавать подвижную механизированную колонну. В Кировоград мы ездить боялись. На первых порах нас встречали как дорогих гостей, выдали обкомовскую «Волгу» с шофером. Он нам показывал город и делился последними новостями:

– Вчера приехал наш шеф из Москвы и рассказал нам по секрету ужасную новость. Оказывается, ночью какие-то неизвестные люди пробрались на кладбище и поставили страшный памятник Хрущеву.

– Это ерунда какая-то, – сказал я.

– Этот человек никогда не говорит ерунду, – обиделся шофер. – Чего вы смеетесь?

Я, действительно, засмеялся. До меня доехало, что его шеф услышал, что Эрнст Неизвестный сделал памятник Хрущеву. Новость шла из уст в уста, обрастая искаженными подробностями, связанными с неизвестным скульптором.

Теперь на нас в Кировограде смотрели, как на врагов. Оказывается, эта школа сжирала все деньги области, отпущенные на просвещение и здравохранение.

Вырыли котлован и заложили фундамент. И тут наступило прозрение. «Как будто солнце вышло из-за туч», – как сказал сатирик. А на кой черт нам нужна эта школа? Да ведь у нас и детей поблизости нет в таком количестве. А где взять столько учителей, которым, кстати, некого будет учить? Ах, направить! Ах, обеспечить жильем! Ах, построить новые жилые дома! А за какие деньги? И опять покричали друг на друга великие мужи из Госстроя и Минпроса, и строящуюся школу тихонечко заморозили на неопределенное время. Вытаскивать из земли двухтонные блоки было некому, их присыпали грунтом, и так они и лежат в единой братской могиле. Отдельные блоки торчат над землей как памятник нереализованной идее, изложенной Сухомлинским в книге «Рождение гражданина». Гражданин так и не родился.

Нас ждали новые взлеты и падения с ушибами, новые проекты, новые здания. А меня ожидал приятный сюрприз – мою кандидатуру утвердили на поездку в Италию. Рим – Флоренция – Венеция – Виченца – Милан.

ИТАЛИЯ

Следует отдать должное, что зарубежные поездки, которые шли под эгидой Союза архитекторов, были, как правило, хорошо организованы. Стоили они не очень дорого, но гостиницы бронировались в центре городов, жили мы на полном пансионе, и не было такой жесткости, как в профсоюзных командах – перемещаться только подвижными тройками. А самое главное были великолепные гиды либо с архитектурным, либо с искусствоведческим образованием. Немудрено, что люди, имеющие доступ к этому благу, старались максимально его использовать. И в этих поездках я встречал москвичей, с которыми уже сталкивался в подобных турах. В частности, в итальянской поездке я увидел одну из дам, которая меня обвиняла в Париже во всех смертных грехах.

Оказавшись в Милане, мы отправились вечером посмотреть театр La Sсala и пассаж Виктора Эммануила, и забрели довольно далеко от нашего отеля. Возвращались на автобусе. Когда мы проехали немного, водитель высунулся в салон и сказал «фермато факультативе», или что-то в этом духе. Я вслух перевел «остановка по требованию», а сам подумал: какой интересный язык – если знать музыкальную, преферансную, медицинскую терминологию, можно узнавать многие слова. Московская дама сказала сквозь зубы:

– Надеюсь, что теперь вы не будете утверждать, что не знаете итальянского?

Мои объяснения насчет музыкальной и прочих терминологий были приняты с большим сомнением. Это были времена общего недоверия.

В следующий раз я попал в Италию через 15 лет. Многое изменилось. Мы ехали с туристической фирмой, рекламирующей, как и другие фирмы, что они покажут максимум того, что можно показать. При такой программе невозможно ни остановиться, ни посмотреть, ни подумать. И отправились мы на эти злоключения в Пиринейских горах, на семи ветрах, на форумах Романских, в храмах Францисканских, в хоромах Ватиканских под знаменем туристической фирмы «Трафалгар» и под командованием легионера Аугусто Тасканского (таскал нас всюду). Для нас он был просто Гас.

Беру я Леночку за талию,

И отправляюсь с ней в Италию.

Мы идем по трапу чинно,

По-латыни говорим —

«Airport Fiumicino»,

Значит, прибыли мы в Рим.

Гас нас садит всех в автобус

И везет к отелю «Глобус».

Из Рима мы выехали на автобусе в очень плохую погоду.

Дождь и слякоть, путь неблизкий,

Наконец-то и привал.

На горе Франциск Ассизский.

Город дивный основал.

Наш экскурсовод, энергичная итальянка, встретила нас и, не дав опомниться, подняла опознавательное знамя и погнала в бешеном темпе, без остановок, через этот очаровательный городок, в гору.

Когда добрались, наконец, до храма, возникла неприятность. Нашего пожилого попутчика отказались пустить в храм в шортах. Он попытался выяснить причину. Грубый служитель сказал ему, что незачем демонстрировать в храме свои мужские достоинства. Тут вмешалась бойкая подруга старичка – девица из сопровождения, и заявила, что демонстрировать ему, в общем-то, нечего.

Неприятна тема эта,

Но придется описать.

Без него, без туалета

Ведь не можем мы…

В них услуги платные,

И кассиры штатные.

Возле города Ассизи

Раздается русский мат,

Это в городе Ассизи

В туалете автомат.

А в Венеции новинка —

Вы должны купить билет,

Без него не влезть в кабинку