Сад утрат и надежд - Хэрриет Эванс

Его желудок был пустой, но тяжелый, словно налитый свинцом. Едкая кислота подкатывала к горлу.

– Нед… – раздался тихий женский голос. – Дорогой Нед…

Все оглянулись, и Далбитти пробормотал еле слышно:

– Она здесь – милостивый Господь, спасибо тебе за это. О… ох, нет.

Маленькая фигурка нерешительно заглянула в дверь, лицо девушки озарилось радостью, когда она увидела брата. У Неда упало сердце, и он подумал, что его в самом деле может стошнить от волнения.

– Мэри, дорогая, – воскликнул Руперт, обнимая сестру. Она поцеловала его в щеку и со слезами на глазах прижалась к нему. – Моя дорогая сестрица, ты пришла! Я даже не смел надеяться, что увижу тебя.

– Я сказала тете Шарлотте, что отец заболел, и приехала утренним поездом. Да простит меня Господь. Но я не могла сказать ей правду, а сама сходила с ума от волнения. – Она схватила Неда за руку и устремила на него свои карие глаза. – Дорогой Нед. Где она? Ой, Пертви… – Она всхлипнула. – Я так скучала по тебе, ужасный мальчишка.

– Я тоже скучал, дорогая сестрица. – Он снова обнял ее. – Ой, да ты просто красотка. Твои шрамы исчезли. Куда они делись?

Она робко взглянула на брата и сжала его руки, лежавшие на ее плечах.

– Не шути так со мной, Пертви!

– Я не шучу. Ты действительно красавица. Правда, Далбитти?

Далбитти взглянул на Мэри.

– Любой человек видит, что вы красивая и всегда были такой, – спокойным тоном ответил он.

– Но ее оспины, – сказал Пертви чуть громче, чем следовало. – Они остались у нее после болезни с детства, правда, Мэри? А теперь почти исчезли, дорогая сестрица, за этот год, пока мы не виделись. Вот чудо какое. Теперь ты можешь выйти замуж! Любой мужчина будет счастлив взять тебя в жены!

Мэри нахмурилась и закрыла глаза после слов брата. Далбитти подошел к нему:

– Слушай… Пертви…

– Понял, – отозвался Пертви, и опять слишком громко. Викарий посмотрел на него, на его покрасневшее лицо, на неопрятный вид и снова вынул часы из кармана.

– Где же Лидди? – спросила Мэри, оглядываясь по сторонам. – Она еще не пришла?

Нед уныло покачал головой.

– Ты уверен, что бросил записку в нужное окно? – строго спросил Далбитти.

Пертви рассмеялся.

– Уж в этом можешь не сомневаться. Я достаточно натренировался за много лет. Мы бросали друг другу записки, когда нас за что-нибудь запирали в комнате. Я прятался за перилами «Фляжки», пока не увидел, что она выглянула из окна и взяла записку. Я видел, как она держала ее в руках. – Он повернулся к Неду: – Честное слово, дружище.

– Видно, что-то случилось, – еле слышно прошептала Мэри, и Нэд увидел, что она побледнела и дрожит.

– Здесь найдется стул для мисс Дайзарт? – спросил он у викария.

– Пока вы ждете, она может сесть на скамью. – Викарий положил часы на ладонь и щелкнул крышкой. – Двенадцать тринадцать, джентльмены. У вас есть время до двенадцати тридцати, потом я буду вынужден просить вас уйти. Я срочно нужен в другом месте. А это заключение брака, на мой взгляд, представляется мне немного странным и несерьезным, хотя, впрочем, я предпочитаю не вникать в суть дела.

Он ушел, оглянувшись на их маленькую группу, и снова Неда поразила огромность пустой церкви.

– Может, кто-нибудь пойдет в парк и поищет ее?

– Нет! – воскликнула Мэри, побледнев еще сильнее. – Ведь если она явится, а кого-нибудь из нас не будет на месте, у вас не будет свидетелей, и вам придется идти на улицу. Она так опаздывает, и времени почти не остается. Вдруг мисс Брайант или отец узнают, где мы, и придут сюда! Они могут это сделать, ох, могут!

– Не могут, – возразил Нед. – Ты ничего им не говорила? Дайзарт, ты тоже ничего не сказал отцу, правда?

Краткое молчание.

– Руперт? – спокойно спросила Мэри. – Дорогой, ты ничего не сказал отцу про наш план, правда?

– Если и сказал, что с того? – сердито воскликнул ее брат. – Он был чертовски недоволен. Потому что он сказал мне перед этим, что переделал завещание нашей матери так, что мы теперь никогда не вступим в брак. Представь себе, Мэри! Он сидел и смеялся надо мной, когда я попросил увеличить сумму, которую он мне выплачивает. То, что он тратит на нас, – всего лишь крошечная порция того, что он нам должен! Он сказал, что отныне не даст никому из нас ни пенни. Сказал, что у него все планы продуманы. И я не выдержал. Он сидел в клубе в новом шелковом жилете, держал бокал с мадерой, вокруг него стояли усмехавшиеся слуги, охраняли его, словно я какой-то опасный разбойник, а не его родной сын. А ведь это деньги нашей матери, не его! Я разозлился, Мэри. Я сказал ему, что его план не сработает и даже если не будет денег, кто-то из нас все равно женится или выйдет замуж. Прости.

Далбитти выругался и отвернулся; Мэри схватила его за руку.

– Ох, какой злодей… ох, Пертви… – прошептала она и без сил опустилась на ступеньки храма. Далбитти подошел к ней и бережно поставил на ноги.

– Он чудовище, Мэри. – На глазах у Пертви стояли слезы. – Я не хотел, чтобы он считал себя победителем! Я не мог ему это позволить! Я сказал ему, что он проиграл. Я сказал – ох, милая Мэри, не плачь. Ты поедешь в Париж и будешь жить у меня, тебе не нужно возвращаться к ним, это точно. Я не сказал, где они венчаются, не беспокойтесь. И тогда он сказал… ох…

Он замолчал.

– Что? – в ярости спросил Нед.

– Ну он сказал, что она ни за что не придет. Он сказал: «Ты не видел свою сестру много месяцев, правда? Ты найдешь ее очень изменившейся. Очень изменившейся». – Пертви достал из жилета носовой платок и прижал его к губам, потом к лицу.

Викарий снова подал голос с хоров в другом конце церкви. Звук отразился от сводов и прозвучал как ружейный выстрел. Нед зажал уши ладонями, но тут же уронил руки.

– Знаете, я так и думал, что она может не прийти, – сказал он слабым голосом. – У меня было такое предчувствие как раз перед твоим приходом, Мэри. Она не смогла. Прошло слишком много времени.

Мэри рыдала, уткнувшись в рукав Далбитти.

– Возможно, ты прав, – сказала она. – Не надо мне было покидать ее. Наверно, у нее просто не хватило сил.

Нед наклонился к Мэри:

– Уезжай в Париж с братом, Мэри. Они не накажут Лидди. Наоборот, пожалуй, они станут добрее к ней. Может, для тебя будет лучше, если ты перестанешь с ней видеться… – Он горько вздохнул. – Я искренне сожалею, что причинил вам боль – всем вам, я хотел освободить ее, сделать ее счастливой… – Он замолчал. – Далбитти, успокой Мэри. Поговори с ней.

– Ах, мой дорогой друг… – Далбитти вздохнул и повернулся к Мэри. – Мисс Дайзарт, дорогая Мэри. – Его глаза, обычно спокойные и добрые, яростно сверкали. – Огромная радость видеть вас омрачена возможной неудачей. – Он обнял ее за плечи, поддерживая. Она повернула к нему лицо. – Мисс Мэри, – ласково сказал он, когда Пертви подошел к Неду, чтобы утешить его. – Дорогая…