Flashmob! Государь всея Сети - Александр Житинский

Я выпил ещё. «Да, и такой, моя Россия…» – философски процитировал я про себя.

Но дальше «моя Россия» повела себя непредсказуемо.

В танцах наступил перерыв и началась культурная программа. Проще говоря, маленький концерт с затейником, конкурсами и викторинами. Все они вертелись вокруг идеи «выйти замуж за царевича», или принца, как его тоже иногда называли.

Сам принц при этом недовольно ёрзал на стуле. Видно было, что ему эти затеи не по душе. Зато Лиза не уставала вставлять свои шпильки, постепенно приводя Кирилла в ярость.

Васюта залип на Эсмеральду у стойки и спаивал ей коктейли, ограничивая себя джусом. В общем, она нашла искомую халяву, но не знала ещё, что коктейлями дело ограничится.

Сначала была какая-то песенка в исполнении молоденькой «фабрикантки» с рефреном:

Царевича достану,

Королевой стану-стану-стану-стану….

И так далее. Конферансье, видимо, уже знал, что царевич находится в зале, судя по его намекам, что в конце программы зрителей ждёт сюрприз.

Потом был конкурс «Угостить принца». Добровольцы в виде трёх девиц на глазах у публики жарили яичницу для принца на газовых горелках. Естественно, процесс сопровождался шуточками конферансье насчет яиц и дружным гы-гы зала.

Пожарили они эти яйца… Насчет «пожарили» тоже, конечно, была шуточка типа: вот сейчас вы жарите яйца, а потом принц будет жарить… Понятно кого. Гы-гы.

Юмор уверенно опускался ниже пояса.

Объявили конкурс «Узнай своего принца». Требовались добровольцы в виде пар – парень и девушка. Желающих набралось много, быстро отобрали семь пар и парней увели за кулисы. А девушки остались на сцене.

Затем раздвинулся занавес в глубине сцены, открыв расписанный задник, на котором были изображены семь обнаженных юношей в натуральную величину в виде античных скульптур. Семь Аполлонов в благородных позах.

На причинном месте каждого имелось отверстие. И под милую лирическую музыку «Я милого узнаю по походке…» в этих отверстиях показалось то, что там должно было быть нарисовано – натуральные мужские достоинства в эрегированном состоянии.

Это напоминало ДОТ – долговременную огневую точку с торчащими из нее дулами маленьких пулемётов.

Пулемёты, правда, были так себе, потому что довольно быстро стали скукоживаться, пока девушки искали среди них свой пулемёт, подбадриваемые шуточками конферансье и дружным гоготом зала.

Не смеялся только Кирилл. Лиза же заливалась издевательским смехом, на него поглядывая. Васюта прятал глаза. Он уже вернулся за столик, доведя Эмеральду коктейлями до состояния «грогги».

В общем, не все угадали правильно. На самый стойкий пулемёт нашлись две претендентки, указавшие на него, победно торчащего на фоне сникших и совершенно некондиционных орудий любви.

Торжествующий конферансье ухатился за этот отросток и вытащил из дырки пластиковый предмет, напоминавший розовый китайский огурец.

– Дилдо! – залилась хохотом Лиза.

– Что?! – вздрогнул Кирилл. Он был пунцов.

Признаться, я тоже впервые слышал это слово.

Музыка грянула туш, под который сбоку на сцену выехало резиновое надувное чучело принца – этакий ангелочек в короне – тоже обнажённый.

– В качестве приза победительницам предоставляется возможность сделать приятное принцу! – объявил конферансье.

Из принца выдвинулся надувной член довольно внушительных размеров и уставился на конкурсанток.

Нет, они не упали в обморок.

– Ми-нет! Ми-нет! – дружно скандировал зал.

И тогда первая храбрая девушка подошла к надувному принцу и, встав перед ним на колени, дотронулась губами до резинового члена.

Кирилл резко встал из-за столика и направился к выходу. Мы поспешили за ним. Пройти нужно было поперёк зала вдоль сцены. Конферансье заметил наше движение и вскричал:

– А вот и обещанный сюрприз! Кирилл Первый – будущий повелитель России! Он сегодня с нами!

В зале наступил шок. Все внезапно замолчали, а прожектор выхватил фигуру Кирилла посреди танцпола.

Он сделал было движение бежать, но вдруг остановился и прошёл – нет, прошествовал! – к эстраде. Уверенно, спокойно и с достоинством.

Раздались крики, аплодисменты, свист.

Кирилл подошел к микрофону.

Шум стих. Наступила странная для этого места тишина.

– Нет, я не с вами, – сказал он раздельно и негромко. – Никогда не буду с вами. А Россию – вот вам!

И он сделал известный интернациональный жест – локоть к животу, рука в кулак.

В зале раздался одинокий свист.

Кирилл сошёл с эстрады и в полной тишине направился к выходу – так же твердо ступая, без спешки и суеты.

Мы вышли в фойе, где заметавшиеся служители поспешно сунули нам наши куртки, но Кириллу подали его верхнюю одежду весьма почтительно. Затем мы покинули «Хиромант».

Когда наша «Газель» отъехала от тротуара, я увидел, что к ночному клубу приближается кортеж из трёх милицейских машин с мигалками.

Мы ушли вовремя.

И тут Кирилл начал изгибаться на сидении, сжав зубы. Он затрясся и вдруг забился всем телом.

Васюта резко затормозил у тротуара и, выхватив из кармана складной армейский нож, навалился на Кирилла, сидевшего рядом с ним, разжал ему зубы и засунул нож, не вынимая лезвий, между зубами Кирилла. После чего обхватил его своими огромными руками, как маленького, и принялся баюкать.

– Тише, тише.. Всё хорошо… Тише, сейчас пройдёт…

Это продолжалось несколько минут. Наконец Кирилл затих, разжал зубы и нож выпал изо рта. Он обвёл нас помутившимся взглядом, постепенно приходя в себя.

– Простите, – наконец выговорил он. – Едем домой.

Через несколько минут он задремал.

– Вы знали, что он страдает эпилепсией? – шепотом спросила Лиза.

– Нет, – ответил я.

– А он сам знал?

Я пожал плечами.

По приезде я проводил Кирилла наверх, принёс ему горячего чая с лимоном и творожную ватрушку, которую в наше отсутствие испекла Таня. Он выпил чаю и уснул.

Я тоже отправился спать. Было пять часов утра.

Проснулся я рано, несмотря на позднее возвращение. Дом ещё спал, лишь внизу на кухне хлопотала у плиты Таня. Я рассказал ей о вчерашнем, весьма поверхностно обрисовав пикантные детали вечера. Главное было не это, а эпилепсия, внезапно обнаружившаяся у моего подопечного. Если это эпилепсия, а не просто нервный припадок. Впрочем, отличий одного от другого я не знал.

Татьяна всполошилась, стала звонить каким-то знакомым врачам, я же отправился к компьютеру, чтобы узнать, что думает по этому поводу Яндекс.