Царица амазонок - Энн Фортье

Подойдя к саркофагу, я поставила фонарь на пол и в очередной раз попыталась сдвинуть каменную крышку. Но, конечно же, не смогла этого сделать. Даже Ник не мог ее сдвинуть в одиночку.

Несмотря на все эти тихие часы, проведенные здесь… совсем рядом со скелетом, я так и не успела проверить, действительно ли браслет на его руке точно такой же, как мой собственный? И вот теперь я собираюсь вернуться домой…

Странный звук, похожий на поскребывание, нарушил мои размышления. Замерев на секунду, я попыталась понять, откуда он раздается, но не смогла.

Один за другим крошечные волоски на моих руках встали дыбом от страха. С того самого дня, когда я впервые спустилась в подземный храм, меня терзали опасения, что вся эта конструкция может обрушиться прямо на меня. Но звук, который я слышала сейчас, не был похож на треск глиняных кирпичей. Он больше походил на шум от чего-то живого, как будто кто-то где-то волочил по полу тяжелый мешок.

Застыв на месте, я начала напряженно вслушиваться и наконец различила какие-то голоса. Не низкие, решительные голоса Крэйга или Ника, а тихое бормотание, постепенно заполнявшее комнату…

Слишком напуганная, чтобы оставаться на месте, в ловушке внутреннего святилища, я осторожно двинулась в сторону главного зала, делая один неуверенный шаг за другим. Я никогда не чувствовала себя вполне уютно в этом огромном помещении, со всеми его тенями и странным эхо, с его вечно разинутой черной пастью квадратного провала в полу, в котором – если верить Крэйгу – была узкая каменная лесенка, уводящая в неведомое.

Светя фонарем то в одну сторону, то в другую, я пыталась проверить, действительно ли я тут совсем одна. Но я только и видела что бесконечные ряды колонн и теней, игравших в прятки с лучом моего фонаря.

Я позвала. Никто мне не ответил.

С того самого момента, когда я впервые сюда попала, это титаническое строение наполняло меня страхом. И каждый раз, возвращаясь к работе с надписями на стенах, я спешила поскорее миновать зал и очутиться в относительном покое внутреннего святилища. В зале мне постоянно казалось, что образы людей, некогда живших и умерших здесь, только и ждут, когда я буду достаточно рассеянна, чтобы материализоваться и напасть на меня. И сколько бы раз я здесь ни оказывалась, мой дискомфорт в этой холодной непроглядной пустоте, таившей столько секретов, не ослабевал. И вот теперь я медленно шла по широкому проходу, повыше подняв воротник, стараясь уловить ускользающие звуки, и так похолодела от ужаса, что мне пришлось изо всех сил стиснуть зубы, чтобы они не стучали.

В волнении я прошла дальше, чем заходила обычно, за подъем с веревкой, вдоль главного нефа храма. Крэйг говорил мне, что в другом его конце имеется большая двустворчатая дверь, некогда служившая главным входом в храм. Однако, несмотря на интенсивное размахивание руками, Крэйг так и не смог описать реальные размеры этой двери. Она оказалась настолько гигантской, что в нее можно было проехать верхом на верблюде, и она словно подавляла все вокруг меня, – несмотря на то что, как я прекрасно знала, прошли многие века с тех пор, как она действительно служила делу. Что за мир находился некогда за этой дверью? Был ли он населен похожими на меня людьми или какой-то более сильной, более умелой расой? Я понятия не имела.

И снова я застыла на месте, в очередной раз пораженная инженерными талантами исчезнувшей цивилизации, и тут мне вдруг пришло в голову, что в этой двери есть нечто странное. Дело было не в том, что ее когда-то явно сломали, а потом починили, а в том, что она была заперта на гигантский засов.

Заперта изнутри.

Кто бы ни сделал это тысячи лет назад, он явно был вынужден оставаться в храме, чтобы защитить его тайны. Я гадала, не было ли это чем-то вроде группового самоубийства ради пользы союза сестер, носивших одинаковые браслеты? Или из храма просто имелся другой выход, о котором я ничего не знала?

Крэйг рассказывал мне о подземном лабиринте пещер и о том, что он не смог уговорить своих людей добраться до конца хотя бы одной из них. Даже крепкие буровики были напуганы этим местом, и мне оставалось лишь гадать, что именно они могли там увидеть.

А может быть, звуки доносились как раз оттуда? Из подвала храма?

Я снова напряженно прислушалась.

И тут я услышала шаги. Прямо за мной.

С визгом развернувшись, я подняла фонарь, готовая врезать им по голове неведомого злодея.

– Эй, это я! – рявкнул Ник, хватая меня за запястье. – Что вы тут делаете?

– Я что-то слышала… – начала было я дрожащим голосом.

– Пошли! – Ник схватил мой фонарь и быстрым шагом направился к подъемнику, волоча меня за собой. – Нам пора.

Мой страх тут же сменился раздражением.

– Мне нужно забрать куртку.

Я помчалась сквозь темноту на слабый свет большого фонаря, который я оставила во внутреннем святилище. Я слышала крики Ника, который требовал, чтобы я остановилась, все более нецензурными выражениями. Но в кармане куртки лежала бабулина тетрадка, а она мне была куда нужнее, чем доброе отношение Ника.

Когда я наконец ворвалась во внутреннее святилище, там все было точно так же, как я оставила. Вроде бы…

– Диана! – Ник уже был рядом со мной. – У нас нет времени…

– Как странно… – Я подобрала с пола куртку и проверила, на месте ли тетрадь, а мои глаза тем временем обшаривали комнату. – Здесь что-то произошло…

– Идемте! – Ник попытался отобрать у меня куртку. – Нам пора!

– Стойте! – Все мои нервы вдруг натянулись, как струны. – Смотрите! – Я показала на саркофаг. – Он открыт! Кто-то его открыл!

Ник даже не бросил взгляда в ту сторону. Он просто схватил меня за руку и потащил прочь.

Когда мы уже выбегали из внутреннего святилища, я услышала звук, от которого на несколько секунд у меня перехватило дыхание. Это был звук приглушенного взрыва. А затем мы услышали шум падающего кирпича.