Нормальных семей не бывает - Дуглас Коупленд

И Дженет рассказала троим своим мужчинам о налете на ресторан. Едва она закончила, Уэйд с Брайаном откинулись на спинки стульев и присвистнули. Тед хранил молчание. Это были самые прочувствованные соболезнования, какие она принимала от кого бы то ни было за многие годы. Что ж, по крайней мере, все они, похоже, рады, что я все еще здесь.

В мобильнике Теда сел аккумулятор, и он отправился позвонить Ники из автомата, но скоро вернулся.

— Никого. Я оставил сообщение, сказал, что все в порядке.

Он сел и принялся доедать завтрак. Брайан принес горячий кофе. Снова сев за стол, он сказал:

— Мам, а из-за чего вы поругались с Сарой?

Услышав это, Тед выплюнул полупрожеванную пышку на засаленную пластмассовую столешницу.

— Что случилось?

— Мы поругались, Тед, — ответила Дженет.

— Что ты хочешь этим сказать — поругались? Между вами никогда не было ссор.

— Папа, заткнись и ешь, — сказал Уэйд. Потом повернулся к брату: — Не надо обсуждать это, пока он здесь.

— Ты никогда не ссорилась с Сарой, никогда, — не отставал Тед.

— Все когда-нибудь случается в первый раз, Тед.

— Так из-за чего вы поругались?

Дженет ничего не ответила.

— Понятно, — сказал Тед. — Молчание — золото.

— Да, Тед, — сказала Дженет, — я буду сидеть здесь и думать, что погорячилась. Погорячилась. Погорячилась, погорячилась. Брайан, ты не мог бы передать мне пакетик с солью? — Дженет вгрызлась в холодную бурую оладью. — Я слышала, вы прекрасно провели ночь на свежем воздухе.

— Этот придурок разлил бензин в фургоне. Мошки на мне живого места не оставили.

— По крайней мере, песок был прохладный, и мои ожоги не так чувствовались, — сказал Брайан.

— То-то Хауи обрадуется, услышав про ваши приключения в его машине, — сказала Дженет.

Ее слова вызвали заговорщические смешки. Она поставила чашку с кофе на стол.

— Знаете, я собиралась расспросить всех вас, что вы делаете в фургоне Хауи, и почему спите на пляже, и зачем едете в Дайтону-Бич, но вот что. Я решила, что, пожалуй, лучше мне ничего этого не знать.

— Папа вчера перевернул прокатную машину Бет, — сказал Брайан, — разбил вдрызг. Кстати — никогда не угадаешь — Пшш собирается сохранить ребенка!

— Мило, — сказала Дженет. Она поглядела на Уэйда, подняв брови: Брайан ничего не знает о том, что ребенка хотят продать? Уэйд покачал головой: Нет.

— ...а потом мы пошли пешком до ближайшей заправки, — продолжал свой рассказ Брайан, — но Пшш заметила нас, подобрала и заставила ехать в багажнике своей машины.

— Не может быть.

— Этот дурачок обгорел, пока шел по шоссе, — добавил Тед, — поэтому пришлось заглянуть в больницу.

— Бедненький мой.

Потом все трое остановились у гостиницы, чтобы забрать таблетки Уэйда, потом поехали по направлению к Дайтоне-Бич, но где-то по пути неправильно свернули, и у них кончился бензин. А поскольку денег ни у кого не было, пришлось провести ночь на пляже.

— Умницы вы все, как я погляжу.

Дженет ждала затишья в разговоре, чтобы задать несколько вопросов: Почему у вас фургон Хауи? Куда делся сам Хауи? Почему вы все трое так рьяно ищете эту нелепую маленькую Пшш? По всей столешнице валялся жизнерадостно яркий мусор в жирных пятнах.

— Мам, — сказал Уэйд, — мне нужны деньги.

Дженет и бровью не повела.

— Если бы ты смогла одолжить нам немного, было бы здорово, — продолжал Уэйд. — Нам нужно кое-куда съездить, иначе мы наделаем еще кучу глупостей и кто-нибудь из нас снова окажется в одном из американских исправительных учреждений, а разве мы этого заслуживаем?

— Я хочу знать, из-за чего ты поругалась с Сарой, — сказал Тед. — Что случилось?

Дженет застали врасплох.

— Если тебе так хочется знать, я сказала ей, что принимаю талидомид против воспаления десен. Я чувствовала, что обязана быть с ней искренней.

Лицо Теда мгновенно распухло.

— Ты принимаешь талидомид? Нет, этого не может быть! О Боже.

— Заткнись, Тед. Таким манером ты меня из седла не выбьешь.

— Глотать эту гадость — что может быть хуже? Да эту дрянь должны были истребить до последней молекулы.

Дженет была ошеломлена горячностью Теда.

— Тед, я не понимаю, почему ты поднимаешь из-за этого такой гвалт?

— И не поймешь. О Господи.

— Тогда я ничего тебе больше не скажу.

— А что, есть что-то еще?

— Да, есть. Она спросила, сделала ли бы я аборт, если бы знала о ее руке. Я недостаточно энергично сказала «нет». Разумеется, я собиралась сказать «нет», но я говорила своим обычным голосом, и тогда она обиделась и...

— И что?

— Повесила трубку. Вот и все.

— Моя девочка собирается лететь в космос, а ты не можешь сказать ей, что она всегда была самой желанной?

— Не будь идиотом, Тед. Ты знаешь, что была.

— Думаешь, знаю? С каких это пор ты научилась читать мысли?

Голоса их звучали все громче.

— Пошли, мам, — сказал Уэйд и сгреб Дженет в объятия.

Они начали отступать к дверям, Брайан же выступал в роли щита против Теда, который преследовал их, продолжая на разные лады поносить Дженет.

— Как ты могла так с ней поступить?

— Я ничего не сделала ей, Тед. Просто она вбила себе это в голову.

Они уже были на стоянке рядом с оранжевым фургоном.

— Ты никогда не была близка с ней, — сказал Тед. — Ты всегда держалась замкнуто и холодно.

Дженет мгновенно обернулась.

— Прости, не расслышала.

— Все ты слышала, — ответил Тед. — Ты чувствуешь себя виноватой из-за ее руки. Тебе стыдно...

— Да как ты смеешь даже в мыслях обвинять меня?..

— Папа, извинись перед мамой, — сказал Уэйд, делая шаг вперед. — Сейчас же.

— И не подумаю. Потому что это правда. Посмотри ей внимательно в глаза, и ты увидишь. Я, по крайней мере, смотрел на увечье Сары как на признак избранности. А твоя мать видела в ней только увечную.

— Ага, — сказал Уэйд. Пригнувшись, он двинул отца головой под ребра и взвыл: — Брайан, давай веревку.

— Что ты собираешься делать? — спросила Дженет.

— Отстань от меня, псих ненормальный! Брайан быстро отыскал свернутую веревку в ящике с инструментами, пока Уэйд с полицейской сноровкой заламывал отцу руки за спину. В один миг Брайан пустил в ход всю свою бойскаутскую выучку, и ноги Теда оказались связанными, как у бычка на родео, причем сам Тед ругался отборной казарменной бранью.