Как переспать с кинозвездой - Кристин Хармел

– Здрасте!

Почему-то британский акцент прозвучал неестественно. Уолли не спеша осмотрел всех сидящих в зале журналисток, нагло улыбаясь и по очереди заглядывая в глаза каждой. Вот обжигающий взор коснулся сидящей рядом Виктории, и она глупо захихикала. До меня дело не дошло: я не позволила, уставившись в девственно чистую страницу лежащего на коленях блокнота.

Он, конечно, супер, но недельную дозу красавцев я уже получила – больше не хочу, спасибо!

– Тогда перейдем к вопросам, – после небольшой паузы объявила Дестини, позволив мужчине закончить визуальное насилие над всеми девушками в зале. Оглядев собравшихся, пресс-секретарь студии показала на журналистку из «Гламура», поднявшую свой карандаш. – Да, пожалуйста!

– Карен Дэвидсон, «Гламур», – начала брюнетка с гладким каре, называя свое имя, как это требовалось на каждой конференции.

Можно подумать, звездам не все равно; уверена, наши имена у них в одно ухо влетают, в другое вылетают. Кайли вежливо кивнула, а Джойнер чуть подался вперед и игриво подмигнул. Репортер хихикнула и залилась краской.

– Вопрос для Уолли. В фильме вы играете физика-ядерщика. Трудно было освоить принципы ядерной физиологии, чтобы убедительно сыграть роль?

– Ядерная физиология? – наклонившись к Виктории, прошептала я. – Это что такое?

Сдержав очередной смешок, девушка покачала головой.

– Отличный вопрос, милая! – Уолли откинулся на спинку кресла так, что жестко накрахмаленная рубашка захрустела. Он буквально раздевал Карен глазами, и ей это нравилось. – Знаете, с юности увлекаюсь ядерной физиологией, так что основами и до фильма владел. Обожаю технику: рычаги, схемы, кнопочки… Наверное, поэтому со сценарием особых трудностей не возникло: я на лету все схватывал. Ядерная физиология – наука, жизненно необходимая каждому, – в заключение изрек Джойнер.

Карен Дэвидсон кивнула и застрочила в блокноте, а я в изнеможении закатила глаза: ясно представляю хит сентябрьского «Гламура»: «Уолли Джойнер – тайный интеллектуал, обожающий ядерную физику».

– Теперь вы. – Дестини показала на Викторию.

– Виктория Лим, «Космополитен», – голоском десятилетней девочки представилась подруга. – У меня вопрос для Кайли.

Кинодива апатично кивнула.

– Вы уже в третий раз играете аналогичную роль: беспомощную особу, которую спасает сильный умный мужчина. Вас не коробит такое амплуа?

– Нет, – не встречаясь ни с кем глазами, отозвалась австралийка, посмотрела на безупречно накрашенные ногти, а потом и вовсе спряталась в своем маленьком мирке: обручальное кольцо такое красивое и блестящее, зачем ей репортеры?

Мы с Викторией переглянулись: повисла неловкая пауза, похоже, актриса больше ничего не скажет.

– Ммм, ладно, – кивнула моя неунывающая подруга, а вот Дестини было не по себе: конференция явно пошла не по плану. – Тогда скажите, насколько эти роли соответствуют вашему характеру?

Хороший вопрос, на такой «да» или «нет» не ответишь!

Кайли подняла глаза, но вид у нее был по-прежнему отсутствующий.

– Я могу вжиться в любую роль, – бесцветным голосом заявила она, смахнув с джинсов невидимую пылинку. На лицо упала непослушная прядка, актриса убрала ее за ухо и стала разглядывать ногти. – Именно в этом признак настоящего мастерства.

Журналистка от злости чуть зубами не заскрипела, а меня душил беззвучный смех – похоже, эту фифочку не пробьешь. Что же, попробуем еще раз.

Я подняла руку, и Дестини кивнула.

– Клэр Райли, «Стиль», – быстро представилась я и бросилась в атаку. – По-вашему, какой пример вы подаете молодым девушкам?

Пресс-секретарь раскрыла рот от удивления, а соседка мерзко захихикала. Знаю, получилось очень ехидно, но в данный момент мне плевать.

– Вас не волнует, что они подумают: для женщины нормально сидеть и ждать помощи от мужчины, а не самой решать свои проблемы?

– Это Действительно нормально, – закатывая глаза, вздохнула Кайли.

– Значит, вы считаете, девушка должна быть пассивной и во всем полагаться на сильных мира сего? – поддела я.

– Да, я так считаю, – снова вздохнула актриса и повернулась к Дестини. – По-моему, мы говорим ни о чем. Давайте сменим тему, ладно?

Опустившись на стул, я никак не могла прийти в себя. И она нравится Коулу? Это с ней он завел интрижку? На нее смотрел с неподдельным обожанием? О чем только думают мужчины!

С другой стороны, к ногам Кайли падают тысячи парней, а мне не удалось удержать даже одного…

Неужели стоит прислушаться к советам актрисы и сидеть сложа руки, пока какой-нибудь принц не спасет?! Хотя поклонников у этой красавицы намного больше, чем у меня, что значительно повышает ее шансы отыскать принца среди лягушек. А вот я впустую перецеловала столько жаб, что признаваться стыдно.

Пресс-конференция шла своим чередом, а я старательно делала записи, которые подозрительно напоминали структурную схему аналогичных журналистских форумов: обилие шаблонных фраз, хвалебные оды режиссеру, завуалированные притязания на «Оскара» и краткий рассказ о сюжетных линиях, еще не известных широкой прессе. Я почти перестала слушать – конспектировать в таком состоянии легко, – когда вопрос журналистки «Тин-тоника» неожиданно вывел меня из полудремы.

– Кайли, с кем из актеров вам больше всего понравилось работать? – выпалила молодая женщина, не в силах поверить в то, что разговаривает со звездой первой величины.

Широко улыбаясь, она ждала ответа. Глупенькая, не замечает, что та даже не удостоила ее взглядом.

Я затаила дыхание. Только не Коул Браннон… Только не Коул Браннон…

– Коул Браннон, – после небольшой паузы объявила австралийка.

Небритое лицо Уолли от удивления вытянулось.

– И конечно же, Уолли Джойнер, – быстро поправилась внимательная Кайли, но сказанного не воротишь.

– А как же ваш супруг Патрик О'Хара? – спросила Эшли Теддер из «Силуэта».

– И Патрик тоже, – уничтожающе посмотрев на журналистку, отозвалась красавица.

Неужели обратила на нас внимание!

– Значит, слухи о вашем романе с Брайтоном – правда? – услышала я собственный голос и тут же покраснела: теперь голубые глаза актрисы прожигали насквозь меня.

Ну кто за язык тянул? На секунду расслабилась – и вот результат.

– Коул – мой близкий друг, – сквозь зубы процедила красавица, хотя мне послышалось в ее голосе тайное торжество. – Очень близкий друг. Остальное додумайте сами.

Кто-то из коллег засмеялся, а я покраснела еще сильнее.

Актриса принялась изучать потолок. Так даже лучше, потому что я смотрела на нее с неприкрытой ненавистью. Додумать подробности самой? Что это, черт возьми, значит?