Иди сквозь огонь - Евгений Филимонов

Катя с теплом вспоминала по дороге, как уговаривал её, и, возможно, себя, седой властитель мальчишеских сердец, чья сила минула, канув в небытие вместе с изменившейся жизнью. Павел Павлович оставался всё тем же, но не стало тех, кому бы он мог отдать себя, целиком и полностью. Катя превратилась для него в того, кто нуждался в помощи. И было что-то ещё, какая-то загадка из прошлого – мастер, похоже, и сам не замечал этого – сильно влияющая на его отношение к внезапно возникшей девушке.

Он уговаривал её подождать – не торопить события, а затаиться на время, позволяя сделать первый шаг другим. Тем, кто смотрел сейчас с той стороны улицы на школу и школьников, в ожидании чего-то значимого. Да, Павел Павлович умеет убеждать, будь перед ним не Катя, а кто другой, то слова сработали бы, заставив выполнить уговор. Но, Катя отличалась от других, и сама умела убеждать, при большом на то желании. И сейчас упругим шагом направлялась к лечебнице, куда отвезли Валеру.

Она сожалела о том, что получилось в итоге её действий. Будь она хоть на каплю умелей – или мудрее? – ничего не случилось бы. И жизнь не превратилась бы в череду загадок, требующих разрешения. Но переживать о былом, что уже случилось и никак не изменить – дело пустое, и Катя сейчас обдумывала, как можно помочь детдомовцу, некогда любимому Павлом Павловичем. Пусть парень пал низко, став грязью человеческой и затягивая в тину других – всё это минуло, сгорело в пламени Катиных деяний. И сейчас он нуждался в помощи. Пусть незнакомая ей Роза и сказала, что брат Кайзера выкарабкается, отряхнув прошлое, восстав Фениксом из огня – Катя считала необходимым убедиться в этом самой, лично.

Мысли текли ровным потоком, складываясь в картинки того, что нужно сделать в том или ином случае.

Она и не заметила, как прошла большую часть пути. Навстречу пролетел знакомый чёрный джип, в котором за рулем находился Грай. Судя по ощущениям – он ехал один, причём – в школу. Злости в нём не ощущалось, наоборот – Катя уловила беспокойство и надежду. Она даже остановилась на минуту, решая – не вернуться ли? Но, подумав, поняла, что Павел Павлович разыграл свою карту. И ставка в начавшейся игре – Грай, а возможно и все остальные детдомовцы, вошедшие в стаю Кайзера. Катя изо всех сил пожелала удачи им обоим. И двинулась дальше.

Да, больница не впечатляла. Обострённые чувства буквально забивала пелена выплесков боли. И куда сильнее жалили не проявления болезни тела, а терзания разума, обречённого хозяином на жажду очередной дозы. Плотная мешанина безумия, страдания, вперемежку с усталостью, надеждой и любовью – она подавляла, втягивала и приобщала. Окна больницы пылали алыми отсветами, и Катя судорожно всхлипнула, поспешно закрывая свой собственный разум. «Как тут работают люди?» – Катя сейчас занимал лишь этот вопрос.

Что ж, у неё имелась возможность отказаться от принятого решения, там, в школе, но она выбрала этот путь, и отступать, находясь на пороге – не в её обычае.

Она ещё раз вздохнула, словно собираясь нырять, и шагнула в двери.

* * *

Роза не планировала с утра ничего, связанного с событиями недавних дней. Беседа с Изой вымотала её до самых глубин души, старуха вытащила каждую подробность увиденного и услышанного в том месте, куда она попала, исследуя загадку Кайзеровского братика. Как оказалось, бабушка таила в себе ещё множество загадок и умений, которые и продемонстрировала, походя, нырнув в память внучки и утащив туда же и саму Розу.

«Смотри, вот здесь – что это? А здесь… А это вот – что и откуда? Как это выглядело, вспоминай. Смотри, как это на самом деле выглядит… А об этом почему умолчала?» – бабуля ловко препарировала воспоминания, показывая Розе всё, что она не смогла осознать там, во сне. И таких мелочей оказалось весьма и весьма много. Роза вздохнула с досадой, пеняя себе на слабость и неподготовленность. Но, как бы там ни было – она познала новое Слово, и Иза отметила возросшую силу внучки. Как и силу самого Слова.

И если эта сила всего лишь отражение от той, что несёт в себе неизвестная пока им девушка из школы – то какова же мощь владелицы? Той, которая может и не знать, что являет собой, и что она способна сотворить по незнанию.

Хотя, тут тоже имелась неясность. След Хранителя. Иза считала, что Роза правильно увидела следы, и они не читались никак иначе. Но легенда, хранимая женщинами цыганских племён с начала веков – со времён исхода из Индии – была настолько стара, что просто стёрлась из памяти народа, став уделом лекарок и ведуний – тех, кто знался с Силами и Словами. Бароны отринули от себя знание, не мешая, впрочем, заниматься поисками будущего женщинам своего рода. Но и помогать не помогали, мужской удел – процветание и будущее семьи.

Проблема состояла в том, что обнаруженный след никуда не вёл. Он обрывался на девчонке, и найти её стало необходимо, как воздух. Ведь время неумолимо, и с каждой минутой Поиск может завершиться и, не получив отклика, Хранитель уйдёт, оставив после себя лишь слабую земную копию, найти которую им вряд ли по силам.

Они с Изой искали пути и решения, оценивая возможности и вероятности.

И решили, что для начала Розе стоит снова посетить парня из Кайзеровской стаи. Но, уже во всеоружии всех возможностей объединённых знаний.

Да, Роза ликовала – старуха, наконец-то, поделилась тем, что откладывала на самый конец. Ранее неизвестное, и новое понимание уже известного – Розу переполняли новые знания. И не факт, что Иза не оставила для себя что-то ещё, куда более могущественное и страшное. Гадалку передёрнуло, некоторые умения были весьма и весьма… нет, не чёрными – цыганки не признавали цвета Силы – а просто очень неприятными по их последствиям.

Они не знали, стоит ли идти в больницу прямо сегодня.

Но решение пришло само собой, являясь Розе в картах, когда она раскидывала гадание клиентам в салоне. Раз за разом, клиент за клиентом, пока Роза наконец не поняла, что – всё, пора закрывать салон и нести ноги в больницу, пока мир не повернулся и возможность, показанная картами, не исчезла.

Подходя к больнице, она почувствовала, как рядом плеснулась знакомая по недавнему блужданию в иных мирах искорка силы, и сознание обладателя этой силы обернулось серой пеленой, закрываясь от внешнего воздействия – карты не обманули. Роза увидела, как мелькнула на входе в больницу девичья фигурка, и остановилась. Карты легли именно так, как нужно, лучшего расклада она и не могла представить. Набросившая нить изменения на Валета не смогла не прийти, и – Яхве свидетель – цели посещения читались явно, как линии на загрубевшей ладони шахтёра. Девушка решила помочь, вот только – сможет ли она это сделать, хватит ли у неё сил и умений?

Роза решила не спешить, искорка должна доплыть до палаты с Валерой, а там уже некуда бежать, буде возникнет такое желание. Да, карты не солгали.

* * *

Внутри больницы стало ещё хуже. Несмотря на то, что Катя закрыла сознание, чужие боль и эмоции ломились в сознание с силой и бездумностью асфальтоукладчиков, и она не знала, как избавиться от поглощающей трясины безумия. И вновь сработали подсознательные рефлексы, пришедшие вместе с новыми умениями. Катю окутало облаком огня, сквозь жар которого не могла просочиться ни одна крошка чужого влияния. Внешне это никак не проявлялось, лишь слегка побледнело лицо, да похолодели глаза.