Вера Штольц. Звезда экрана - Ольга Трофимова

– М-да! – Вера вышла в коридор и направилась в ванную, – ответа сегодня не предвидится! Кстати, – она остановилась на полдороге, сняла с вешалки в прихожей плащ Степана («Хоть догадались верхнюю одежду и ботинки с него стащить, прежде чем волочь ко мне на кровать!») и принялась шарить по карманам.

– Где-то здесь должен быть его мобильник! Ага – а вот и он! И ни одного звоночка, такое чувство, что мой Степушка никому-никому не нужен! Ну, значит, так тому и быть – пусть спит сном младенца, пока не проснется! – Вера отключила телефон и сунула его обратно в карман плаща. – Если что, пускай спрашивают у этого паскудного Эдуарда, тем более, что Степан сейчас не в состоянии говорить. А наутро – другое дело!

Через пятнадцать минут Вера вышла из душа – освеженная и готовая вновь отдавать все силы на алтарь искусства. Спать ей совершенно не хотелось, но в голове сгущался туман, вызванный, прежде всего, новым появлением Степана в ее жизни. До отъезда оставалось полчаса, и скоро уже должен звонить водитель, который заберет ее в аэропорт.

– А вот и он! – Вера ринулась к телефону, – алло!

– Вера, здравствуйте, это Игорь!

– Да, Игорь, привет!

– Я внизу, жду Вас!

– Отлично, я скоро!

Вера снова подошла к спящему Степану, пытаясь внимательно рассмотреть его лицо. Почему-то ей очень захотелось по-матерински погладить его по голове, но она пересилила себя и отвернулась.

– Вот и времечко пришло, меня ждут теплые тропические воды, внимание прессы и масса поклонников восемнадцати полов (или сколько их там в Таиланде?)! – она забегала по квартире, как ошпаренная, машина уже внизу, а у меня еще ничего не собрано!

– Как там говорил Высоковский, типа – в Таиланде все есть, и можно ничего с собой не брать! Ага, как же! – Вера с грохотом выдернула с антресолей громадный пластиковый чемодан и стала судорожно кидать в него все, что попадало ей в руки – начиная от солнцезащитных очков и заканчивая зубной щеткой, пастой и косметикой, собранной в один большой пластиковый пакет.

– Там все есть, но как потребуется, так нифига не найдешь! А все, что найдешь – все китайское! – здесь Вера была права, потому что дела обстояли именно таким образом, – поэтому, что? Правильно, нужно все необходимое брать с собой!

Минут через десять бешеной гонки чемодан наполнился до самого края, и Вера решилась перевести дух дух:

– Хорошо, осталось еще две проблемы. Первая: в чем ехать? Так – вот это, это, это, – Вера щедро кидала одежду на кресло, как знаменитый сеятель из «Двенадцати стульев», – все это не пойдет! Ага – вот то, что нужно!

Она натянула на себя брюки в обтяжку, выдернула из коробки полусапожки под крокодила, наверх – длинную шерстяную блузу с цветными хлопковыми вставками, и последний штрих – опоясалась широченным ремнем с огромной модной бляхой.

– Все, пациент почти готов! Только вот еще что: есть мнение, что следует написать прощальное письмо Татьяны (Вера имела в виду записку для Степана). Она схватила ручку и быстро и размашисто набросала на небольшом post-itе:

«Мой милый Джельсомино! Очень приятно было увидеть тебя в Москве – хоть и неожиданно! Жаль только, что не удалось поговорить! Я срочно улетаю на съемки в Таиланд, но ты можешь чувствовать себя, как дома! Если захочешь уйти, просто захлопни дверь – там английский замок. Вера».

Она хотела написать: «Твоя Вера», или же: «Целую, Вера», но не решилась. Постояла рядом со Степаном, вздохнула, положила записку на прикроватную тумбу и прижала ее стаканом с минеральной водой.

– Ну, вот и все! Какой уже раз? Кажется, второй! У, так у Вас еще все впереди, поэтому расстраиваться не стоит! – в глазах у Веры стояли слезы. Она молча проглотила комок в горле, потом решительно потушила свет и вышла в прихожую. А еще через несколько минут за ней закрылась входная дверь. «В Таиланд, в Таиланд, я улетаю!»…