Все наладится! - Дженнифер Чиаверини

– Это обычный рабочий процесс, привыкайте. Конечно, фильм – плод совместных усилий, однако мнение режиссера приоритетно. Нам всем приходится подстраиваться, чтобы на выходе получился качественный результат.

– Мы все дальше уходим от оригинала, от дневников моей прабабушки!

– Эллен, вы еще молоды. Поймите, за все приходится платить. Мой вам совет: идите на уступки, не наживайте себе врагов, и, если фильм окажется успешным, в следующих проектах у вас будет куда больше возможностей контролировать процесс.

Эллен, как и всегда, приняла совет со смирением и благодарностью за потраченное на нее время. Пожалуй, ее поведение в чем-то даже льстило звезде. Хоть Эллен и не была актрисой, Джулия практически считала ее своей протеже. Хорошо, что девушка – всего лишь автор сценария: Джулия всегда с подозрением относилась к молоденьким старлеткам, ходящим за ней по пятам и вымаливающим совет «профессионала», – те спят и видят, как бы перехватить у нее роль и спихнуть в темную, унизительную бездну эпизодических мельканий в ситкомах. От Эллен же никакой угрозы ожидать не приходилось, так что можно себе позволить немножко щедрости.

Только не сегодня. Джулия уютно устроилась на диванных подушках и попыталась погрузиться в статью о коллекции старинных одеял. Сегодня у нее просто нет сил обсуждать капризы киноиндустрии – ни с Эллен, ни с кем бы то ни было.

В комнату вошла помощница с телефоном.

– Мисс Мершо, вас – говорят, срочно.

– Кто звонит? – Только не Эллен!

– Снова мисс Хендерсон.

Джулия уронила голову на подушку.

– Вы ей сказали, что я дома?

Помощница покаянно кивнула.

Протяжно вздохнув, Джулия выпрямилась.

– Люси, нам надо серьезно поговорить!

Та нервно сглотнула и поспешно вымелась из комнаты.

Джулия помедлила, успокаиваясь, затем взяла трубку.

– Эллен, милочка, какой приятный сюрприз!

– Мисс Мершо? – Тихий голос Эллен заглушал странный шум на заднем фоне. Откуда она звонит – из аэропорта, что ли?

– Да, я слушаю.

– У нас проблемы.

Кто бы сомневался!

– Говорите громче! – попросила она довольно резким тоном.

– Я на съемочной площадке. Тут… – Эллен умолкла, затем перешла на тревожный шепот: – Я сейчас не могу разговаривать. Вам срочно надо приехать!

– Но мои сцены сегодня не снимают, – напомнила ей Джулия.

– Пока нет, – туманно ответила Эллен. – Приезжайте поскорее, пожалуйста! – И она повесила трубку.

Джулия обеспокоенно отложила телефон. Что значит «пока нет»? В любом случае, ничего хорошего, решила она, поспешно направляясь в гардеробную.

Водителю дали выходной, так что пришлось самой садиться за руль. К счастью, движение было не слишком плотным, и через сорок минут Джулия уже парковала свой «порш» возле студии, где проходили интерьерные съемки. Согласно расписанию, в этот день планировались сцены с участием Рика и Саманты, включая любовные. Неужели Эллен всполошилась из-за них? Если так, она ей устроит! Тащиться сюда только для того, чтобы в который раз послужить жилеткой, – это уже слишком!

Однако войдя в павильон и увидев Саманту, восседающую за пяльцами и произносящую ее реплики, Джулия лишилась дара речи. Это же ее текст! И одеяло ее – Сэди сшила его, чтобы купить зерно после нашествия саранчи.

– Что здесь происходит? – спросила она резким тоном.

– Снято! – рявкнул Дэнфорд и свирепо оглянулся в поисках идиота, срывающего съемку. Увидев актрису, он тут же нацепил маску непробиваемого спокойствия. – А, Джулия! Какими судьбами?

– Почему она снимается в моей сцене?

Дэнфорд поднялся и положил ей руки на плечи, пытаясь успокоить.

– Давайте пойдем ко мне в кабинет и поговорим.

Джулия не собиралась поддаваться.

– Я задала вопрос, – повысила она голос, краем глаза заметив Эллен со смешанным выражением негодования и торжества. Если б не она, Джулия приехала бы на съемки в понедельник, совершенно не подозревая о коварстве Дэнфорда; а уж эта маленькая дрянь Саманта…

– Мы просто репетируем, – утешающе заворковал Дэнфорд. – Всего лишь прогоняем…

– А какой смысл репетировать без меня?

– Ну извините, так получилось – мы отдали некоторые ваши сцены молодой Сэди. Ничего особенного – кое-какое шитье.

– Ничего особенного? – вытаращилась на него Джулия. Сцены с шитьем одеял были одними из самых важных. – А почему, позвольте спросить?

– Если говорить честно…

– Да уж сделайте одолжение!

– Хоть вы и утверждали, что умеете шить, на крупном плане у Саманты лучше получается, натуральнее, понимаете? Вот и все.

– Ой, мне так нравится шить, – протянула Саманта. И действительно, иголка так и сновала в ее руках, не хуже, чем у инструкторов на курсах. И стежки у нее наверняка получаются мелкие и ровные, хоть отсюда и не видно. – Меня бабушка в детстве научила.

Да ты из детства и не вышла, чуть было не огрызнулась Джулия, но вовремя спохватилась: не стоит подчеркивать разницу в возрасте.

Дэнфорд взял Джулию под руку и повел в сторону выхода.

– Всего три сцены, – уговаривал он. – Мы же добавили эпизоды с вами и Риком, так что материала хватит, даже еще лучше будет, поверьте мне!

Этого Джулия как раз делать не собиралась.

– Какие именно сцены?

– Эту, потом ту, что после пожара, и посиделки соседок.

Джулия мысленно выругалась.

– Посиделки мне нужны, – дрожащим голосом сказала она. Конечно, выпрашивать унизительно, но это ее сцены! – Вы же знаете, что у Саманты темперамент инфузории – она не сможет сыграть настоящие эмоции!

– Ну, сегодня утром у нее неплохо получилось…

Джулия похолодела.

– Утром? – Эпизод требовал не менее тридцати актеров и статистов, а значит, все было тщательно спланировано заранее. – Так это не репетиция?

– Репетиция. И сразу отвечу на ваш следующий вопрос: да, мы будем снимать эту сцену с Самантой в роли Сэди.

Джулия со свистом втянула воздух.

– Ясно. – Глубокий вдох. – Тогда сделаем так: я тоже снимусь в этой сцене, а вы потом выберете, у кого лучше получилось. Это будет справедливо…

– Нет.

– Как нет? Вы даже не…

– Джулия, зачем вы все усложняете?

Дэнфорд открыл дверь, и Джулия вышла наружу, щурясь от яркого света.

– Поговорим в понедельник, – крикнул он вслед. Дверь гулко захлопнулась, и Джулия побрела к машине.

За спиной послышались торопливые шаги.