Плохая мать - Маша Трауб

– Ну наконец-то! – говорила она. – Давно пора. А то ты нервная какая-то стала. И характер у тебя портится. Это все от отсутствия личной жизни. Замуж тебе надо. Срочно. Сходила бы куда-нибудь, а то сидишь все время дома, как старая бабка.

Лиза и не отказывалась и после нескольких телефонных разговоров с радостью соглашалась пойти в кино или в театр. Но перед самым ее выходом из дома матери плохело. Лиза металась, не зная, к кому кидаться – к закатывающей глаза матери или потенциальному жениху, который ждал в условленном месте.

– Иди, оставь меня, – хрипела слабо мать. – Иди, я не хочу, чтобы ты меня потом обвиняла в том, что я тебе мешаю. Сейчас отпустит. Иди. – На последнем слове она заходилась кашлем и теряла сознание.

Лиза, естественно, оставалась.

– Давай врача вызовем! – предлагала она.

– Нет, не надо. Мне уже легче.

– С этим надо что-то делать. Надо пройти обследование. Раз такие приступы бывают...

Даже особо настойчивые женихи не выдерживали Лизиных объяснений: «Маме стало плохо», «У мамы был приступ» – и разумно старались обезопасить себя и от Лизы, и от потенциальной тещи.

Как-то Лиза упросила посидеть с матерью Аркадия. Брат рано женился и жил не дома.

– Она все равно тебя не отпустит, – сказал он.

Аркадий не верил в болезни матери и считал, что той «заняться больше нечем».

– Приезжай, пожалуйста. Я ненадолго – вернусь в девять. – Лиза была настроена решительно – свидание должно состояться при любых обстоятельствах.

– Да все нормально будет, – сказал Аркадий, – даже на месяц можешь уехать. Увидишь, ничего с ней не случится. И готовить себе будет, и в магазин бегать. А к твоему возвращению ляжет и начнет умирать.

– Приезжай. Я не так часто тебя прошу.

Аркадий приехал, Лиза собиралась в ванной, мать лежала вполне бодрая и веселая.

– Дай мне, пожалуйста, таблетки из шкафа, – попросила она Аркадия.

– Эти?

– Нет, из шкафа.

Она выпила сразу две таблетки и почти сразу же начала задыхаться и краснеть.

– Лиз, иди сюда! Быстрее! – позвал Аркадий.

– Что ты ей дал? – ворвалась Лиза в комнату в одной туфле.

– Вот. – Аркадий протянул флакон с лекарствами. У него дрожали руки. – Она сама попросила. Я еще специально переспросил.

– Сколько она их выпила?

– Не знаю. Две, кажется... А что? Что?

– У нее аллергия на этот препарат, – сказала Лиза, снимая туфли, – хорошо, что я еще не ушла.

Аркадий курил на кухне. Дождавшись, когда мать уснет, Лиза пришла к брату.

– Она специально это сделала, – сказал он, – я же говорил, что она тебя не отпустит.

– Не выдумывай, – отмахнулась Лиза, – ты просто перепутал лекарства. Ничего страшного.

Лиза старалась делать вид, что ничего не случилось, но все время думала – а вдруг брат прав, вдруг мать только претворяется больной? И как он мог перепутать лекарства, если вообще не знал, что они лежат в шкафу.

После этого Лиза позвонила моей маме и попросила о помощи. Мама включила связи, достала «заказ» и устроила тетю Женю в больницу.

В больнице тетя Женя вела себя безобразно. Других пациенток, с которыми сталкивалась в процедурном кабинете, столовой и душевой, считала идиотками и хамками. Ныла, что в палате душно, пахнет хлоркой, подушка слишком маленькая, одеяло слишком тяжелое...

– И это твои хваленые связи?! – кричала она на всю палату, когда мама приходила к ней и приносила фрукты.

– Ты здесь всего на неделю.

– Врач мне не нравится! Молодая, а строит из себя профессора. Что она знает? Вчера только из института. Зато гонора! – не унималась тетя Женя.

– Врач хорошая, отличный диагност. Я специально узнавала и хотела, чтобы ты именно к ней попала.

– Не знаю... не знаю... не нравится она мне.

– Не нравится, собирайся и поехали.

– Вот еще! Пусть отрабатывают! А то сидят целыми днями чаи гоняют. Они сколько раз должны полы мыть? Два! А моют – один. Тряпкой повозят, и все. Что Лизка, звонила? Небось рада, что сбагрила меня.

– Жень, я тебя по-хорошему прошу. Замолчи. Иначе я не сдержусь, – процедила моя мама.

Через несколько дней мама подошла к врачу:

– Что с ней? – Мама внутренне была готова к любому диагнозу. Ей хотелось одного – отправить родственницу домой.

– Пойдемте в кабинет, – предложила врач.

У мамы упало сердце. Больше всего она боялась, что у тети Жени обнаружится какое-нибудь застарелое заболевание, которое «проглядели» и теперь оно не поддается лечению. Мама знала, что в этом случае виноватой будет она.

– Что с ней? – спросила мама.

– Ничего, – ответила врач.

– В каком смысле? – опешила мама.

– В прямом. Вы отнимаете мое и тратите свое время. Ваша родственница для своего возраста более чем здорова.

– Как это? – все еще не понимала мама.

Врач тяжело выдохнула.

– Сердце, легкие, почки – мы проверили все. Норма. Анализы хорошие. Проще говоря, на ней пахать можно, извините за выражение.

– А сосуды?

– Что – сосуды?

– У нее плохие сосуды.

– И у нас с вами плохие сосуды. У всех плохие сосуды... Она здорова. Все ее болезни – симуляция. Чистой воды. Можете забирать хоть сейчас. Документы на выписку у меня готовы.

Мама вышла из кабинета, дошла до лестницы, спустилась вниз.

– У вас сигареты не найдется? – спросила она у курящего рядом мужчины.

Тот протянул пачку и спички.

Мама затянулась.

– Что-то серьезное? – вежливо спросил мужчина. – Вы не расстраивайтесь, сейчас уже такие болезни лечат! Медицина не стоит на месте.

– Это уже не лечится, – сказала мама и пошла назад в больницу.

Теперь она поняла причины недовольства врачом. Мама вошла в палату, где тетя Женя кричала на сестру-хозяйку:

– Я главврачу пожалуюсь! Совсем распоясались!

– Что случилось? – устало спросила мама.

– Три дня прошу поменять простыню. Вон на каком рванье сплю. Попросила дать нормальную, без дырищи. А она мне такую же дает. Вот, посмотри. И как я должна на таком спать?

– Не нервничай. Не должна. Тебя выписали.

– Как – выписали? Когда? Почему? – Тетя Женя аж зашлась в крике. – И какой у меня диагноз? И почему сегодня, а не завтра?

– Давай до дома доедем. Хорошо?

Тетя Женя продолжала кричать. Мама собирала ее вещи, ловила такси, думая, что теперь делать и как себя вести.