Та, что гасит свет - Дмитрий Рыков

— Нет, я меняюсь. Но ничего страшного — я живу здесь, в отеле, на втором этаже. Заходите после концерта в двести одиннадцатый номер — я там буду с подругами… скучать.

Олег сначала не сообразил, что ему ответить на столь двусмысленное предложение, и чуть смутился:

— Да зачем вам себя утруждать? Оставьте факс сменщику, я заберу у него.

— Не-эт… — засмеялась Лида. — Он его… потеряет. Так зайдете?

— Да, — пообещал он.

— Я вас жду, — опять улыбнулась Лида.

На вкус Олега девушка была крупновата, но не ответить на такое предложение было бы невежливо. Впрочем, до вечера было далеко, решение можно принять и после…

Позавтракав, рванулся в бой.

Сначала удивил бирмингемец. Он долго мычал по телефону, путано объясняя на ломаном русском, что какая-то плохая женщина принесла только два билета вместо обещанных трех, вот такая она нехорошая… Короче, надул буржуй.

Вход в Gyde Park со стороны Kensington road был закрыт. Он пешком пошел к Mapple Arch. По дороге вилась огромная очередь. У метро Олег пристал к волонтеру, тот снабдил его программками, но на вопрос о билете только развел руками. Но Олег был чрезвычайно настойчив. И волонтер повел его к каким-то мужикам в желтых жилетках. Один из них отвел его в сторону и вытащил из кармана несколько билетов.

— Двести пятьдесят фунтов, — не моргнув глазом, объявил наглец.

Олег торговался так, как не торговался на Черемушкинском рынке с азербайджанцами, но тщетно. Махнув рукой, отсчитал деньги, взял билет и пошел к очереди.

Несколько молодых людей озирались по сторонам в поисках полицейских и, не найдя их рядом, бодро перепрыгнули через барьеры, отделяющую толпу от проезжей части. Не долго думая, Олег последовал их примеру — перспектива три, а то и четыре часа провести в очереди его не вдохновляла.

Скоро вместе со всем этим человеческим роем он попал внутрь. Сразу купил несколько футболок с символикой «Live 8» и пошел искать себе место, где ему предстояло провести девять часов. Но только опытные фаны, да еще с честно доставшимися билетами, пришли к парку в два часа ночи и к полудню были уже у сцены. Олег же в трехстах метрах от нее уперся в стену из людей — дальше идти было невозможно. Он смирился — в девяносто первом в Тушине он тоже не смог добраться до сцены, на которой вскоре должны были появиться Metallica и AC/DC, и это оказалось к лучшему — народ стал швырять бутылками в ОМОН, а тот этот народ начал лупить дубинками. Нет худа без добра.

Опыт — важная вещь. Еще в очереди Олег обратил внимание на людей с рюкзаками. Добравшись до места, они вынимали из них либо одеяла, на которых отдыхали в перерывах между песнями, либо маленькие складные стульчики. Через пять часов мысль взять с собой большой полиэтиленовый пакет, чтобы сидеть на нем, а не на траве, перестала казаться ему гениальной.

Но когда вышли Боно, сэр Пол Маккартни, все остальное стало казаться несущественной мелочью, но лишь до определенной поры. Избалованный VIP-зоной «Олимпийского», где всегда можно встать и выйти в туалет, на улицу подышать, а то и выпить виски, Олег стал испытывать дискомфорт. Впрочем, и здесь народ умудрялся себя то ли взбадривать, то ли расслаблять — и слева, и справа от него граждане, сидя на корточках, деловито скручивали косяки, видимо, помогали бороться с бедностью жителям Афганистана и Колумбии.

Прямо перед ним физически крепкий шотландец без устали размахивал своим национальным флагом так долго, что Олег даже сначала решил, что тот на время каким-то образом прикрепляет древко к спине для отдыха. Но нет, он так несколько часов и держал его в руках, закрывая весь обзор. Когда Олег садился на свой пакет, обязательно кто-то куда-то шел. На него наступали, разлили кофе (с молоком), через час уронили кусок пиццы (много кетчупа). Он решил, что должен попытаться выйти, хотя вероятность вернуться обратно равнялась пяти процентам. Он поднялся и пошел за своей долей фаст-фуда, в это время мимо промчались человек десять секьюрити, сметая все и всех на своем пути.

У каждого выступающего звук был разного качества, и звучание было не ахти. Билл Гейтс долго о чем-то рассказывал, после него на сцене появился Крис Мартин из Coldplay. Его громко поприветствовали, но все же не так, как Keane, а похожему Travis, надрываясь, подпевали все. Не обошли вниманием и вялых R.E.M. Элтон Джон был воспринят худо-бедно — да он и не особенно напрашивался. На всяких там Ms. Dynamite, Joss Stoune, Snow Patrol Олег вообще не обратил внимания. Razorlight, Velvet Revolver показались ему актуальными героями, эдакий настоящий рок-н-ролл, но до великих образцов данного музыкального направления они явно не дотягивали. То же самое — Stereophonics. Ярче всех заявили о себе Mадонна и Snoop Dogg, просто потому, что постарались сделать профессиональные шоу, безусловно, первая в большей степени, чем второй. UB40 были скучны, Black Eayd Peeds, наоборот, веселы, отвязны, жизнерадостны. Dido по-прежнему не хватало чего-то для пения вне студии, Мэрайю Кэйри и Робби Уильямса публика явно заводила и, пожалуй, придавала сил. Все песни последнего были на «ура», что дало повод Олегу в лишний раз убедиться во всеядности этой самой публики.

Зачем-то успел на сцене побывать Бред Питт, который говорил тихо и невнятно. Настоящим оратором оказался Уилл Смит, чье выступление транслировали на огромных экранах по бокам сцены. Он настолько сумел завладеть общим вниманием, был настолько убедителен и искренен, что Олегу даже подумалось — вот он, очередной американский актер-губернатор. И безусловно, овацией встречали каждый выход на сцену Боба Гелдофа, говорившего умные и правильные вещи, а один раз даже спевшего.

В финале появились Pink Floyd. Ранее Олег живьем слышал одни и те же песни в исполнении Дэвида Гловера и Роджера Уотерса, но что это было по сравнению с тем, когда они выступили вместе! Неизвестно, посвятили ли Pink Floyd до этого какое-то время репетициям, но вряд ли они были нужны — как же слаженно играли кумиры прошлого поколения! Вот это действительно «тряхнуть стариной»!

Завершал концерт Пол Маккартни. Потом на сцену вышли все артисты, которые к тому моменту еще остались. Зрители поплелись к выходам.

Ноги и спина у Олега гудели неимоверно. В голове в такт пульсу стучала одна мысль: есть-пить. Пешком в гостиницу было идти всего ничего, но он взял такси, иначе бы упал на полпути.

В гостиничном баре толпилась куча народу. На экранах телевизоров крутили фрагменты концерта. Посетители расхаживали с бутылками в руках. Он тоже выпил пару пива, съел три сосиски — явно полегчало — и отправился к себе. Открыв дверь, Олег увидел просунутую под дверь записку: «Факс у меня. Заходите. Ждем». Он застонал. Сил не было ни на что, но нельзя же уронить честь России…

Олег взял бутылку виски, купленную еще в шереметьевском Dute Free, засунул ее в пакет и пошел в двести одиннадцатый номер. За дверью на втором этаже было шумно. Он постучал. Открыла ему Лида в простой розовой футболке и широкой юбке.

Увидев Олега, она обернулась и громко крикнула: