Билли-талисман - Оливия Голдсмит

— Вовсе нет, — ответила Кэйт. — Мне это нравится.

И это было правдой.

— Я хочу показать тебе кое-что еще до сегодняшнего вечера, — объявил Майкл, шаря в портфеле. С некоторой помпой он вытащил академический журнал.

— О, Майкл! Твоя статья!

Он работал над ней несколько месяцев. Он даже проводил выездные изыскания. Они много значили для него и для его карьеры. Кэйт порадовалась за него.

— Только что из типографии Мичиганского университета, «Журнал прикладных наук», — гордо провозгласил он.

Кэйт крепко обняла его.

— Я так рада за тебя! Это такой сюрприз! — Она взяла журнал и открыла его в поиске статьи. Майкл уже отметил страницу ярко-красной закладкой, и Кэйт улыбнулась, заметив это. В нем иногда было что-то… от ребенка, как ни удивительно. И это подкупало.

Они вернулись в ее кабинет.

— Это самый первый экземпляр, — сообщил он ей. — Я думал, как только ты освободишься, мы могли бы зайти что-нибудь выпить, а потом, возможно, и поужинать.

Она улыбнулась и кивнула.

— Я предвосхищаю наш уикенд, — продолжал он, обнимая ее и целуя в шею. Она ощутила его колючую щетину и захихикала, и тут в дверях показался доктор Мак-Кей.

— Простите, — сказал он.

Майкл отпрянул назад, а Кэйт старалась изо всех сил не выглядеть нашкодившей школьницей. То есть она пыталась подавить улыбку, поскольку на лице доктора Мак-Кея читались смущение и неодобрение одновременно. Она вполне могла представить ход его мысли: эта потаскушка изменяет Эллиоту или уже нашла другого мужчину. Хоть это не его дело, она все же улыбнулась ему:

— Да, доктор Мак-Кей?

— Кажется, существуют проблемы с близнецами Рэйли, — сообщил ей доктор Мак-Кей. Кэйт заметила, что он старается не смотреть на Майкла.

— Я знаю, — ответила она. — Они были у меня в кабинете, и мы беседовали об этом. Доктор Мак-Кей, я хотела бы вам представить доктора Майкла Этвуда.

Доктор Мак-Кей слегка кивнул в сторону Майкла и сразу повернулся к Кэйт.

— Мне известно, что вы вызывали их, — сказал он, — но, очевидно, они поменялись друг с другом опять.

— Упс! Полагаю, мне придется провести с ними более тщательную работу, — ответила она.

— Думаю, да. — Доктор Мак-Кей повернулся и исчез.

Майкл посмотрел на Кэйт.

— Упс — это термин Фрейда или Юнга? — спросил он.

Кэйт несмотря на некоторое замешательство и тревогу, не могла не рассмеяться. Что ж, она займется этим в понедельник. Теперь ей нужно разобраться с изменениями в планах на уикенд.

Когда они вышли из школы и проходили через игровую площадку, Кэйт взяла Майкла за руку.

— Я так рада, что ты зашел в школу, — начала она. — У нас появилось лишнее время, чтобы побыть вместе.

Майкл кивнул и улыбнулся, слишком безмятежно для текущего положения дел, как показалось Кэйт.

— Дело в том, что мне нужно будет уйти завтра вечером.

— Завтра вечером? Но это же суббота.

— Я знаю. Но это Бина…

— Ах, Бина.

— Мне надо отлучиться всего на несколько часов, — пояснила ему Кэйт.

— Несколько часов в субботу вечером, — сказал Майкл, и Кэйт услышала упрек в его голосе.

— Я сожалею, — говорила она. — Это вовсе не будет так забавно. Я просто должна, — произнося эти слова, она злилась и на себя, и на него. Ей не за что было извиняться. Почему она считала себя виноватой? Это была всего лишь незначительная поправка, а вот ему следовало бы поучиться быть немного поуступчивее.

Майкл кивнул, посмотрел на свои ботинки. Кэйт видела, что он смирился, затем он опустил руку в карман пиджака и, вытащив что-то, раскрыл ладонь. Там, на ладони, лежали два блестящих ключа на новеньком колечке.

— Вот, — сказал он. — Я был рад заказать их для тебя. В субботу так нам будет удобнее. Ты сможешь сама попасть ко мне домой.

Кэйт взяла ключи, словно это была какая-нибудь драгоценность. В самом деле, обмен ключами равнозначен закреплению отношений, так было и десятки лет тому назад. Это считалось знаком доверия и обязывало.

— О, Майкл! — Взяв ключи, она поцеловала его и уже потом поняла, что ей теперь придется дать ему свои ключи. И осознала, что эта перспектива ей вовсе не по душе.

На следующий вечер провинившаяся Кэйт и обновленная, крутая и сверхмодная Бина встретились с Брайсом и Эллиотом в квартире Кэйт, чтобы сделать прическу и макияж и отправиться в Бруклин. Кэйт оглядела свое простенькое голубое трикотажное платье — короткое, но с высоким воротом — и почувствовала себя не вполне одетой, хотя понимала, что смотрится это заманчиво. Стивену такое нравилось. К тому же она напомнила себе, что речь шла о Бине, а не о ней самой. Билли для нее ничего не значит.

— Это даже лучше того путешествия в Невис прошлой осенью, — сказал Брайс. — Разные культуры и туземные народы всегда пленяли меня.

Кэйт кашлянула, чтобы привлечь внимание Брайса, и покосилась на Бину. Бина, однако, была слишком поглощена поиском секрета ходьбы в «фак-ми» босоножках, чтобы заметить комментарий Брайса. Тот, сжалившись над несчастной Биной и ее бедными пятками, вскинул голову кверху и сказал:

— Воодушевление, дорогая! Выше! Выше!

Бина расправила плечи, и вмиг выражение крайнего напряжения на ее лице сменилось улыбкой. Она сделала несколько пробных шагов, а затем почти уверенно пошла по небольшой гостиной Кэйт.

— Вот это да! — воскликнула она. — Спасибо, Брайс. Это и правда помогло.

Кэйт не могла не поинтересоваться:

— Брайс, где ты научился тому, как надо ходить на шпильках?

— Эй, здесь что, вечеринка?

Голос из-за двери, прервавший беседу, принадлежал, несомненно, Максу. Эллиот, стоявший ближе всех к двери, потянулся и открыл. Макс стоял с вещами из химчистки через плечо и с пакетом продуктов в руке, глядя на Бину через гостиную Кэйт. Его взгляд скользил то вверх, то вниз, и Кэйт увидела, как от изумления он выпустил из рук пакет и упакованные в пластик вещи. Все это упало на пол, и тем не менее еще некоторое время Макс не мог оторвать глаз.

— Бина? — спросил он. — Это ты?

Затем, словно очнувшись от чар, он посмотрел на пол и покраснел в замешательстве. Он наклонился, чтобы поднять вещи, а Эллиот подошел собрать пластиковые контейнеры с чем-то вроде китайской еды. К счастью, они не раскрылись.

— Привет, Макс, — ответила Бина. Кэйт даже оторвалась от созерцания последствий аварии в холле: она с трудом поверила, что именно Бина вложила столько игривости в два простых слова. За все годы, что она знала ее, Кэйт никогда не слышала кокетства в ее голосе. Но сейчас в нем слышалось определенно что-то новое, тембр стал вкрадчивым. Внезапно Кэйт подумала, что Бине, возможно, и удастся залучить Билли Нолана.