Игра с огнем - Ханна Оренстейн

Я вяло улыбаюсь. Я бы столько могла рассказать: что всего месяц назад занялась этой работой; что мои единственные отношения закончились полным крахом в проходе возле деликатесных орешков в «Дине и Де Луке», после того как парень изменил мне со знаменитостью из Инстаграма; что мне всего двадцать два и я понятия не имею, как ходить на свидания сорокалетним; что я вообще-то ни разу не видела вблизи счастливые, устойчивые, моногамные отношения. С чего начать?

– Ох, понимаете… Ну… Меня всегда завораживало, как люди встречаются, поэтому я тут и оказалась. Это лучшая работа на свете. – Подобные слова столько раз слетали с моих губ, что стали частью идеального сценария. Я даже не знаю, правда ли это.

Она расспрашивает дальше. Откуда я? Где училась? Есть ли у меня планы на лето? Официант приносит напитки, и я тяну время между ответами, потягивая вино.

– Я не такая уж интересная, – говорю я, имея в виду вот что: мои ответы вас не впечатлят. – Но давайте поговорим о вас!

Глаза Гретхен вспыхивают. Она вытаскивает из сумки хрустящую папку из бурого картона, вынимает оттуда два пакета и отдает один мне.

– Я проделала кое-какую подготовительную работу для уверенности, что мы не забудем охватить ни одну тему во время разговора, – объясняет она.

В пакете самый педантично составленный документ, какой я видела в жизни. «Руководство по Поискам Идеальной Пары для Гретхен Фелпс» занимает восемь страниц. На размеченной маркером первой странице перечислены главные пункты, они не обсуждаются: мужчины в возрасте от 35 до 50, с хорошим здоровьем, зарегистрированные члены демократической партии, живущие где угодно по пути следования «Capitol coridor» («Я готова путешествовать!» – выпевает она). Отдельно подчеркнуты заголовки разделов со второстепенными качествами, и каждый раздел строже предыдущего: один касается внешности, включая возможное сходство со знаменитостями; другой – личностных характеристик; третий – предпочтений в образе жизни и так далее. Сноска внизу второго листа поясняет, что набранное более крупным шрифтом важнее, чем то, что написано мелким.

Документ усеян восклицательными знаками. «Избегать тех, кто тащит за собой эмоциональный багаж прошлого, идеальным партнером для меня был бы человек, познавший благо терапии!» – указывает Гретхен на третьей странице. «Мой партнер должен быть крайне успешен (250 тысяч в год, хотя больше, конечно, было бы прекрасно), но увлечен не финансовыми целями или достижениями в своей области. Мотивация скорее должна быть внутренней!» – поясняет она на странице четвертой. Подзаголовок на пятой странице представляет «Общественно значимые и благотворительные проекты, поддержка которых меня порадует!».

Гретхен включила приложение (см. раздел А) со списком из тридцати восьми хобби, которыми можно заниматься вместе, включая безглютеновую кулинарию, медитацию, йогу и коллекционирование старинных монет. Раздел Б состоит из профилей троих бывших, включая фотографии и скриншоты их страниц в соцсетях. Последним, как она отметила, был «ветеран с наградами, который служил при трех (3) президентских администрациях и все равно находит время на создание деревянной мебели в качестве творческого отдыха». Венчает подборку раздел В с биографией длиной в страницу, от третьего лица. Добравшись до последней страницы, я напоминаю себе, что надо закрыть рот, который распахнулся от ужаса. Гретхен щелкает ручкой.

– Вам есть чем писать? Возможно, вы захотите сделать заметки, когда мы будем с этим работать.

Надо отдать Гретхен должное, она производит поразительное впечатление. Окончила Принстон экстерном с отличием, основала собственную маркетинговую фирму, была волонтером в «Бездомных Нью-Йорка». У нее устойчивый дружеский круг, ее не слишком интересуют дети, поэтому она не ищет бойфренда, чтобы тот стал племенным родителем – ей нужен «партнер для жизни». Мне приходит в голову, что Гретхен из тех женщин, которые называют развод «осознанным разъединением». Я пишу пометки на полях ее документа и внимательно слушаю – отчасти для того, чтобы не забыть ее особых требований к паре, но больше для рассказа Кэролайн о полном безумии Гретхен за бутылочкой вина. Я не могу не думать о том, что чем больше пунктов, приложений и цифр она включит, тем меньше шансов найти кого-то, удовлетворяющего ее требованиям. Им не отвечали даже ее дико успешные бывшие, иначе они не стали бы бывшими.

Но тщательно составленный список не гарантирует счастья. Джонатан прекрасен, как в кино, с его белыми сверкающими зубами и визитками с острыми уголками – но он все равно меня предал. Так что я не очень верю в требования Гретхен. Я сделаю то же, что и раньше: найду того, кто не вызовет яростных возражений, сведу их, скрещу пальцы и заберу чек.

Гретхен как раз рассказывает мне, насколько она осознанна, когда официант спрашивает, не хотим ли мы повторить. Я колеблюсь; она отказывается. Она ждет, когда парень уйдет, потом проводит рукой по папке и захлопывает ее.

– Я хочу объяснить, почему список для меня так важен.

Ее интонация меняется; она заговорила чуть тише и чуть серьезнее.

– Когда мне было примерно столько же, сколько вам… Вам двадцать два, да? Я киваю, внимательно следя за выражением ее лица. – Я знаю. Посмотрела до нашей встречи. Я уверена, вы сделали то же самое, – говорит она, подмигивая. – Когда мне было столько же, сколько вам, я встречалась с молодым человеком из Принстона. Он хотел, чтобы я поступала с ним в Гарвард, он собирался на юридический. Я думала, это очень лестно, что он зовет меня с собой, и видела его большой потенциал. Поэтому я сказала да, а вскоре он сделал мне предложение.

Итак, Гретхен можно любить. Радостное известие.

– Это было за годы до социальных сетей и до того, как все стали вывешивать фотографии колец, едва обручатся. Тогда все было более личным. Меня тошнило при мысли о том, что придется рассказать друзьям и родным о предстоящем замужестве. Он был не то.

– И что вы сделали? – Я смотрю на крупный рубин на ее безымянном пальце. Она ловит мой взгляд и с любовью покручивает кольцо.

– Я сказала ему, что совершила ошибку. Что не могу выйти за него. И он отправился осенью в Гарвард, а я поехала в Гондурас преподавать английский.

– Ух ты.

Она вздыхает.

– Вот почему список так важен, Саша. Мне не подходит просто мужчина. Мне нужен именно тот самый мужчина. Лучший из возможных. Иначе стоит ли делить с кем-то жизнь.

Мне не по себе из-за того, что я осуждала ее списки. Я не знаю, что сказать.

Она выпрямляется, хотя я не думала, что можно выпрямиться еще сильнее.

– Разорванная помолвка преподала мне один урок.

– Какой?

Гретхен изгибает руку над столиком и любуется на рубин.

– Не стоит полагаться на мужчину в вопросах украшений. Каждая женщина должна баловать себя чем-то прекрасным, если может себе это позволить. – Она дает мне усвоить сказанное, а потом снова открывает папку. – А теперь я хотела бы обратиться к наиболее подробным пунктам раздела Б.