Гламорама - Брет Истон Эллис

— Но Господи, это же может значить все, что угодно, — бубню я. — В конце-то концов, это полная бессмыслица. Можете это съесть, — добавляю я, сминая факс в кулаке. — Только жуйте тщательно.

— Виктор, тебе следует появиться перед пришедшими диджеями, — осторожно предлагает Джей Ди.

— Неужели ты на самом деле думаешь, что мне угрожают? — спрашиваю я. — Погоди — но это ведь круто!

— Репортерша из «Details» тусуется там с диджеями и… Я уже иду к выходу, Джей Ди плетется за мной следом.

— …вот запоздавшие ответы от приглашенных. — Джей Ди вручает мне еще один факс по пути к VIP-комнате.

— Дэн Кортезе? — спрашиваю я. — Смелый мужик. Прыгает с «тарзанки», занимается скай-серфингом, работает официальным представителем Burger King, но он постоянно нюхает, а мне нужен Дэн Кортезе, так сказать, в натуральном соку.

— Ричард Гир все-таки приходит, Виктор, — говорит Джей Ди, не отставая. — А также Итан Хоук, Билл Гейтс, Тупак Шакур, братец Билли Айдола Дилли, Бен Стиллер и Мартин Дейвис.

— Мартин Дейвис? — воплю я. — Почему бы нам тогда не пригласить заодно Джорджа Глотателя Мочи и его хорошего приятеля Вуди Безногого Танцора?

— Также придут Уилл Смит, Кевин Смит и, гм, Сэр Микс-э-Лот[75], — продолжает Джей Ди, игнорируя мое замечание.

— Лучше доложите мне ситуацию с крутонами, — говорю я, стоя перед бархатной занавеской, отгораживающей вход в VIP-комнату.

— Крутоны в отличной форме, и все мы испытали невероятное облегчение, — сообщает Джей Ди, отвешивая мне поклон.

— Не передразнивай меня, Джей Ди, — предупреждаю я. — Меня передразнивать нельзя.

— Подожди — прежде чем ты войдешь, — говорит Джей Ди. — Ситуация почти катастрофическая, так что ты, ну, в общем, проагитируй их, как ты это умеешь, и сразу же сваливай оттуда. Они просто хотят убедиться своими глазами в твоем, эээ, существовании. — Джей Ди задумывается: — Если хорошенько подумать… — Он уже почти готов схватить меня за рукав.

— Надо отнестись с пониманием к их желанию, Джей Ди, — говорю я. — Они не диджеи, они — музыкальные дизайнеры.

— Пока ты не зашел: на Джеки Кристи и Крис Спирит тоже можно рассчитывать.

— Лесбиянки диджеи, чувак? Не знаю, не знаю… Это покатит? Это круто?

Я надеваю темные очки wraparound с зелеными стеклами, а затем вхожу в VIP-комнату, где в двух кабинках расположились семеро диджеев обоих полов, перед которыми на стуле восседает Бо с клипбордом в руках. Придурковатая девица из «Details» вьется в опасной близости и машет мне ручкой, а Джей Ди произносит весьма профессионально поставленным голосом: «Привет, Бо!», после чего торжественно представляет собравшимся меня:

— Прошу внимания — Виктор Вард.

— Моя партийная кличка в клубном мире, — тут же симулирую я откровенность.

— Виктор, — говорит Бо, вставая со стула, — знакомься — Рыбка-Куколка, Бумеранг, Джупи, Си-Си Фентон, На-На и, гмм, — он сверяется с клипбордом, — Сенатор Клей-борн Пелл.

— Ита-а-ак, — вопрошаю я, показывая пальцем на парня с блондинистыми дредлоками, — что играешь ты?

— Ну, в основном Ninjaman, но еще много Chic и Thompson Twins, ну и, сам понимаешь, всякую фигню, которая граничит и с этим и с тем.

— Бо, запиши это, — командую я.

— А ты? — спрашиваю я, обращаясь к девушке, одетой в костюм арлекина, на которую навешано с десяток ниток хипповских бус.

— Анита Сарко научила меня всему, что я знаю, к тому же я еще жила вместе с Джонатаном Петерсом, — отвечает она.

— От тебя здесь становится жарко, крошка, — мурлыкаю я.

— Виктор, — говорит Джей Ди, показывая еще на одного диджея, которого почти не видно в темноте. — Это Фанкмейстер Флекс.

— Привет, Фанки! — Я опускаю мои темные очки, чтобы подмигнуть. — О'кей, ребята, вот вам три вертушки, кассетник, DAT, два CD-проигрывателя и катушечный дилей, чтобы вы могли продемонстрировать перед нами свое мастерство. Звучит увлекательно? — Сдавленные выражения восторга, бессмысленные взгляды, вспыхнувшие огоньки сигарет. — Пока вы тут крутите, — продолжаю я, расхаживая по комнате, — старайтесь выглядеть квело. Мне не нужны диджеи, которые тащатся сами от себя. Врубились? — Я останавливаюсь, чтобы прикурить. — Есть техно, есть хауз, есть хард-хауз, есть бельгийский хауз, есть габба-хауз, — я снова делаю паузу, не совсем уверенный, к чему я все это говорю, но затем решаю завершить речь следующим пассажем. — Играйте что хотите, только чтобы народ потел как на настоящем рэйве, сознавая при этом, что танцует в ночном клубе стоимостью в три миллиона долларов с двумя VIP-комнатами и четырьмя полностью оборудованными барами.

— Все должно быть очень свежо, — добавляет Джей Ди. — И не забывайте про амбиентный даб, он нам тоже нужен.

— Я хочу, чтобы об этом заговорили все, и на следующий же день, — говорю я, продолжая расхаживать. — Я не прошу невозможного. Я всего лишь хочу, чтобы вы заставили этих людей танцевать. — Я снова выдерживаю паузу, перед тем как добавить: — И никаких протестов против насильственных акций в абортариях.

— Эээ… — Рыбка-Куколка нерешительно тянет вверх руку.

— А, Рыбка-Куколка! — отзываюсь я. — Что ты хочешь сказать?

— Эээ, Виктор, уже пятнадцать минут пятого, — сообщает Рыбка-Куколка.

— И что дальше, сестренка? — вопрошаю я.

— Во сколько тебе нужен один из нас? — спрашивает она.

— Бо, займись, пожалуйста, всеми этими вопросами, — бросаю я, перед тем как раскланяться и покинуть комнату.

Джей Ди следует за мной по пятам всю дорогу до кабинета Дамьена.

— Просто превосходно, Виктор, — говорит Джей Ди, — ты, как всегда, вдохновляешь массы.

— Это моя работа, — пожимаю я плечами. — Где Дамьен?

— Дамьен дал мне распоряжение, чтобы в ближайшее время к нему никого не пускали, — говорит Джей Ди.

— Я хочу поругаться с ним из-за того, что он пригласил Мартина Дейвиса, — говорю я, шагая по лестнице. — Дело приобретает ужасный оборот.

— Это плохая идея, Виктор, — говорит Джей Ди, забегая вперед. — Он очень настаивал на том, чтобы к нему никого не пускали.

— Смени пластинку, Джей Ди.

— Эээ… почему?

— Потому что заело.

— Ради бога, Виктор, не делай этого! — умоляет Джей Ди. — Дамьен просил, чтобы его оставили одного!

— Но мне это по кайфу, а-ха, а-ха, по кайфу, а-ха, а-ха.[76]