Я обещаю тебе свободу - Лоран Гунель

Большая баржа с глухим рокотом прошла почти вплотную к «ПигмаЛиону». Иван Раффо в этот момент стоял на палубе. Он крепко вцепился в поручень и отвернулся, чтобы не видеть вспенившуюся воду. Когда баржа отошла на какое-то расстояние и корабль закачался на волнах, аудитор занервничал еще сильнее и инстинктивно стал искать глазами ближайший спасательный круг. К витавшему в воздухе запаху тины добавились выхлопы от дизельного топлива.

На палубу его выгнали женские крики. Проходя через ресторан, он услышал, как одна официантка орала на другую из-за какой-то идиотской истории: кажется, кто-то неровно разложил на столе приборы. Типично женские дрязги. Зачем эти фурии выставляют напоказ свои эмоции? Просто невыносимо.

Когда корабль перестал раскачиваться на волнах, а в зале снова воцарилась тишина, он зашел в кабину Сибиллы и положил на место документы, которые она дала ему пару часов назад. То, что он прочитал, окончательно выбило его из колеи. Среди документов он обнаружил краткосрочные и среднесрочные модели оборота и маржи в соответствии с различными сценариями позиционирования. Все гипотезы были обоснованны, умозаключения логичны, вычисления точны.

Как эта взбалмошная и переменчивая женщина, которая накануне принимала решения, руководствуясь только интуицией, вдруг стала такой серьезной и рассудительной? Совершенно непонятно.

«Переменчивый характер – ненадежный характер».

Она не вписывалась ни в какие схемы, не подходила ни под какую категорию. Тут не работал даже типовой индикатор Майерса-Бриггса, идеальный инструмент для определения типа личности, созданный двумя годами ранее. Перед этой женщиной отступил бы даже сам Юнг.

Такая аномалия очень усложняла работу: чтобы сделать выводы, нужно понимать, с чем имеешь дело. И успехи, и провалы – все можно объяснить. Если понять, что привело к провалу, его можно исправить. Если понять, что принесло удачу, ее можно повторить.

«Когда что-то неясно, деньги вкладывать опасно».

* * *

Только я убедила Оскара Фирмена дать мне примерить характер номер шесть, как, к моему огромному удивлению, в дверь постучали. Этот звук задел меня за живое. Я так привыкла быть здесь наедине со стариком, что чей-то внезапный приход восприняла как посягательство на мое время.

– Да? – ровным голосом отозвался Фирмен.

Ручка двери скрипнула. Я повернулась в надежде увидеть этого наглого типа.

Но мне ничего не удалось разглядеть. Хитрец только приоткрыл дверь, а сам остался стоять в коридоре.

– Я отойду на минутку, – извинился Фирмен.

Он встал и вышел. Я услышала звук удаляющихся шагов.

Тут мое внимание привлек предмет, который старик несколько секунд назад держал в руках, а выйдя, оставил на кресле.

Это была старинная тетрадь в темной обложке из мягкой кожи, украшенной наполовину стертым витиеватым орнаментом.

Поколебавшись пару секунд, я вскочила и склонилась над креслом, чтобы прочитать название.

Увы, я даже не знала этого алфавита. Выхватив из кармана блокнот и карандаш, я наскоро перерисовала два слова.

εννέα γράμματα

В коридоре снова послышались шаги.

Я спрятала блокнот, включила диктофон и села обратно в кресло.

– Прошу прощения.