Стеклянный человек - Валерий Печейкин

Наконец я в комнате Херувима. Здесь на стенах, как в храме, не было обоев. Сережа сказал, что не видит в них смысла. Он и младший брат иногда записывают на стенах свои мысли, желания, откровения. Сережа дал мне стул, а сам сел на кровать и раскрыл Библию. Она была в кожаной обложке, с золотым обрезом. Я удивился, увидев, что страницы Библии были покрыты разноцветными символами.

– Это называется индуктивный метод, – начал Херувим. – У нас есть специальные тетрадки. Мы туда записываем ссылки. Интертекстуальные. Я все объясню. Смотри, – он опустил палец в книгу и стал объяснять пометки. – На «Сыне» – крест, «хлеб» – черный треугольник, «верующий» – голубой овал, «Отец» – красный треугольник, «жизнь вечная» – коричневый овал, «свидетельствующий» – зеленый ромб, «Иоанн», который Креститель – волнистое подчеркивание.

Все эти слова и знаки были в пятой главе Евангелия от Иоанна. А в четвертой главе плясали красные флажки на слове «поклоняться», синие стрелки – на «уверовали», зеленый вертикальный овал – на «женщине»…

– У тебя есть девушка? – спросил я.

Я узнал, что Сережа влюблен в девочку Женю, а в него самого – девушка Мария. Даже, скорее, Мария Петровна. Но она очень хорошая, тоже прихожанка. Вдруг Сережа сказал, что благодарен мне. Правда? За что? За то, что я согласился быть его учеником. Ему было бы трудно учить девушку… Оставаться наедине… Поэтому он попросил Бога дать ему ученика из мужчин. И вот Бог послал ему меня. Вместе мы можем изучать священные тексты и «не распаляться плотью». Когда ему хочется отвлечься, он читает Библию или слушает Linkin Park. Но как только останется без музыки и Библии, так слышит голос плоти.

– Ты занимался когда-нибудь… этим? – спросил я Херувима.

– Нет. Моей первой женщиной будет моя жена.

Сережа пожаловался, что идти к этой цели трудно. Но Бог ему помогает. Перед сном он молится о том, чтобы «не проснуться в палатке». Я переспросил: где? Херувим сложил ладони над своим пахом. Бог помогает победить утреннюю эрекцию.

Я взял из его рук методичку, по которой он учил меня. На последних страницах были «советы руководителям». Среди них были такие слова: «Ваши студенты должны знать, что, если кто-то совершит по отношению к ним сексуальный грех, Бог накажет обидчика». Сережа сказал, что очень редко, но бывают случаи, когда наставник совращает ученика. Впрочем, это бывает у католиков, а не у баптистов. «А бывали случаи, когда ученик совращал наставника?» Сережа задумался. Не смог вспомнить.

В конце встречи он, как и обещал, подарил мне Библию. Правда, только Новый Завет. Я пообещал, что теперь сам буду раскрашивать священные тексты крестами, треугольниками и овалами. И еще пообещал купить для Сережи «Реквием» Моцарта. Пусть послушает, что было до Linkin Park.

После нашей первой встречи я стал ходить в церковь. На все собрания, где был Херувим. Как правило, он сидел в окружении разноцветных старух – кореянок, узбечек и русских. Среди них была, как помню, Алина Егоровна. Она писала стихи, которые читала в конце всех собраний. Старуха она была яркая, завитая под купидона, и очень впечатлительная. Одна из тех натур, у кого после чтения святых текстов появляются стигматы, а после детективов – пулевые ранения.

Из-за этой старухи я впервые крупно согрешил. И приблизил себя к катастрофе… В тот вечер Алина Егоровна снова вышла перед собранием. Херувим встал с ней рядом, чтобы держать микрофон. Старуха развернула тетрадь в глянцевой обложке, разломила ее посредине так, что хрустнула пружина. «Третьего дня, вдохновленная небом, я написала это стихотворенье». И началось:

…«расплата»

…«солдаты Пилата»

…«Сыну»

…«ветви маслины»

…«грех»

…«сатанинский смех»

Я хихикал. Мой смех передавался остальным. Возникло веселое настроение. Именно в таком настроении мы принялись смотреть фильм об устройстве Вселенной. На сцену выкатили плазменный телевизор, включили. На экране возникли картинки с Землей в космосе, она была безвидна и пуста. Потом появились динозавры, потом – пещерные люди. Вскоре мы узнали: общий возраст Земли насчитывает шесть тысяч лет. Конец фильма.

Я смеялся, как динозавр. Молодой пастор, который вел собрание, несколько раз сделал мне замечание. Это не помогло. Я предлагал принести из дома энциклопедию «Вселенная и Земля», чтобы еще раз обсудить доводы фильма. Земле шесть тысяч лет – они это серьезно? А как же окаменелые останки, которым миллионы и миллиарды лет? Динозавры жили в Эдемском саду вместе с Адамом и Евой?

Молодой пастор отвечал так. В Эдемском саду – до грехопадения Адама и Евы – животные не ели друг друга, поэтому Адаму с Евой бояться было нечего. Что касается останков возрастом в миллионы лет, то Господь также мог сотворить их шесть тысяч лет назад. Ведь для него нет ничего невозможного! Таким образом, Господь предлагает выбор: ты веришь ученым или Библии. Камням под музейными стеклами или вечной книге, которая спасет тебя и даст вечную жизнь.

Я хотел спорить дальше, но молодой пастор предложил обсудить мои идеи завтра. С ним лично, без публики. Самого настоятеля обычно привлекали для работы с хулиганами. Если кто-то напился или подрался. Настоятель, сам из бывших бандитов, разговаривал с хулиганами просто. «Понимаешь, брат, – говорил он. – Нельзя Богу задвигать такие костыли…» И его сразу понимали. Но я был другим случаем. Идеологическим. Такими прихожанами занимался молодой пастор.

Его звали Руслан. В юности он прочел «Заратустру» Ницше и почувствовал себя белокурой бестией. Но потом Господь открыл ему глаза. Из сверхчеловека он стал христианином. Руслан чем-то напоминал борзую собаку. Худой, жилистый и лоснящийся. Его жена Юлия работала на ташкентском рынке продавщицей. Руслан считал своей заслугой воспитание жены. Обратившись в веру, Юлия перестала обвешивать клиентов. «Да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого». Так ее килограмм стал килограммом.

Молодой пастор назначил мне встречу у ворот церкви. Вскоре я узнал почему. Руслан, пряча улыбку, сказал:

– Валерий, мы рады, что ты стал нашим прихожанином. Но есть одно обстоятельство… Мы просим тебя больше не посещать наши собрания.

– Как – не посещать?

– Судя по всему, ты… атеист. Тебе лучше к нам не ходить.

– Я что – Лев Толстой? Вы меня отлучаете?

И тогда Руслан напомнил мне все. О да! Мои насмешки над пожилой поэтессой, придирки к сотворению мира. И в целом дурное влияние на молодежь.

– Какое еще влияние?

– Ты однажды сказал, что не веришь, что Господь, сотворивший мужчин… Как там дальше?

– Я сказал, что не верю, что Господь сотворил мужчину, но обижается, когда тот мастурбирует. Возможно, это грех. Но последствия такого воздержания гораздо хуже. Вот и вся мысль.

– Вот и вся мысль, вот и вся мысль… – Руслан щурился от солнца. – Но она распаляет молодых людей. Сын пастора признался в онановом грехе. А до этого он только матерился…