Чего боятся ангелы - К. С. Харрис

На пороге стоял невысокий мушкетер, держа в руке масляный фонарь и переводя взгляд с Себастьяна на открытую шкатулку и обратно. Он закрыл двери за собой с тихим щелчком.

— Вы что-то слишком удалились от веселья, месье, — сказал Лео Пьерпонт, ставя фонарь на столик по соседству.

— Прошу прощения, — выпрямился Себастьян. — Немедленно вернусь к остальным гостям.

— Это вряд ли. — Прыгнув в сторону, француз сорвал со стены одну из рапир и взмахнул ею перед Себастьяном, заставив его остановиться в каких-то десяти шагах от двери. — Сдается, месье, — продолжил Пьерпонт, рисуя в воздухе замысловатые фигуры кончиком клинка, — нам надо поговорить?

— Интересный выйдет разговор. — Себастьян оперся рукой на стол у себя за спиной и легко перемахнул через него.

Пьерпонт бросился за ним, но виконт уже схватил сверкающую испанскую рапиру со стены рядом с окном эркера и парировал удар француза. Клинки зазвенели.

— И прочее тоже будет весьма увлекательно.

Пьерпонт отпрыгнул, чуть задыхаясь. В светлых глазах его засветился странный веселый огонек.

— Это же вы, Девлин? Я слышал, что вы хороший фехтовальщик — для англичанина.

Себастьян рассмеялся.

Пьерпонт сделал выпад, длинные клинки со звоном столкнулись. Себастьян легко отбил удар.

— Зачем вы убили Рэйчел Йорк? — почти беспечно спросил Себастьян, уклоняясь от француза и снова приближаясь, мягко переступая по восточному ковру. — Что вы подумали? Что она располагает какой-то опасной для вас информацией?

— Опасной для меня? — Пьерпонт осклабился, клинки снова встретились. — И что же это может быть за информация?

— О вашей шпионской сети, например.

Пьерпонт отразил выпад Себастьяна.

— Ваш военный опыт явно повредил вашему рассудку, monsieur le vicomte.

— Возможно. Но у меня еще достанет здравого смысла сообразить, что если все, что мне сказали, правда — и Рэйчел действительно делилась с вами сведениями, вытянутыми из своих знатных любовников, — то ее смерть предполагает, что хотя бы некоторые подробности вашей деятельности стали известны.

— И кто же вбил вам это в голову? А?

— А что, месье? Вы испугались? — сказал Себастьян, когда Пьерпонт обрушился на него в быстрой и жестокой атаке.

Француз почти завершил атаку, когда Себастьян повернул клинок и уклонился, нанеся в свою очередь удар. Кончик его рапиры рассек шелк мушкетерского одеяния и кожу.

Пьерпонт отскочил. На белой рубашке проступила красная полоса. Он скривился в мрачной усмешке.

— Встретимся в другой раз, месье. Если вас к тому времени не повесят. — Обернувшись, он крикнул: — Арно! Робер! Aidez-moi!

Слуги явно находились поблизости. Дверь библиотеки распахнулась, и в комнату влетели два Пьерпонтовых головореза.

Себастьян покрепче сжал рапиру, тяжело дыша. Поскольку путь к двери был отрезан, ему не оставалось ничего другого, кроме как выскочить через окно эркера в задний сад. Он секунду помедлил, затем разбежался, выставив вперед руку, обернутую плащом, чтобы принять самый тяжелый удар, и проломился наружу в брызгах битого стекла и щепок.

Падать в снег пришлось с восьми-девяти футов. Себастьян сильно ударился о землю, усыпанную битым стеклом, но быстро поднялся и бросился бегом через засыпанный снегом сад. Откуда-то послышался женский визг. Закричал мужчина, затем послышалось болезненное оханье одного из преследователей, когда тот перекинул ногу через зазубренное стекло, намереваясь броситься следом за беглецом.

— Нет. Пусть уходит, — сказал Пьерпонт, стоя перед разбитым окном и прижимая руку к окровавленной груди. — Пусть уходит… пока.

Когда Себастьян вошел в библиотеку графа Гендона, вертя на пальце черную полумаску, тот сидел в большом мягком кресле у камина. На коленях его лежал изрядно потрепанный том Цицерона в кожаном переплете.

— Господи боже мой! — воскликнул граф после мгновенного замешательства. — У тебя такой вид, будто ты только что выиграл сражение в Испанской Индии!

Себастьян вытер струйку крови со щеки и рассмеялся. Гендон был мастером британского искусства сохранять ледяное спокойствие. Только напряженная линия его подбородка и чуть участившееся дыхание указывали на ошеломление и тревогу.

Подойдя к графину с бренди, гревшемуся на маленьком столике близ камина, Себастьян вынул граненую хрустальную пробку и намочил платок в крепком напитке.

— У меня состоялась очень интересная встреча с месье Лео Пьерпонтом.

— А, да. У него сегодня вечером маскарад.

— Вот эту штуку я нашел в его библиотеке. — Сунув руку в левый карман, Себастьян достал цилиндрик и бросил его отцу.

Гендон поймал его.

— Что это?

Себастьян прижал пропитанный спиртом платок к порезам, зашипев сквозь стиснутые зубы.

— Джефферсоновский шифратор. Думаю, этот тип шпионит на Францию. — Себастьян не сводил взгляда с широкого, грубого лица отца в поисках хоть какого-нибудь намека на эмоции. Ничего. — Вас это не удивляет?

Отложив в сторону цилиндрик, Гендон спокойно скрестил руки на животе.

— Около года назад некий джентльмен, чье имя значения не имеет, позволил месье Лео Пьерпонту застать себя в щекотливой ситуации.

— В какой именно?

— Эротической. Джентльмен этот — назовем его мистер Смит — имел несколько необычные пристрастия. И эти пристрастия он предпочитал держать в тайне.

Себастьян прижал платок к ссадине на щеке.

— И?

— Он мудро решил выложить мне свою мерзкую историю и попросил совета. Я обсудил ситуацию с лордом Джарвисом, и мы решили использовать мистера Смита.

— Вы хотите сказать, что он стал двойным агентом, который передает французам определенную информацию через Пьерпонта? — Себастьян отшвырнул окровавленный платок и налил себе бренди.

— Да. — Граф встал и подошел к камину. — Французы всегда будут шпионить, и в Лондоне есть руководители их шпионских сетей. Хорошо, когда мы хотя бы отдельных игроков знаем. Тогда за ними можно следить и контролировать потоки потенциально опасной информации… в определенной степени.