Последняя комета - Матс Страндберг

– Привет, – говорю я.

Тильда не отвечает, просто поворачивается ко мне. Муха ползает по одному ее глазу. Она, моргая, пытается избавиться от нее, но безрезультатно.

– Нам нельзя быть здесь, – говорит она. – Сегодня вечером случится что-то ужасное.

Теперь мы за стекольной фабрикой. Несколько мух ползают между ее губами. Я пришел слишком поздно.

Я просыпаюсь, и мое сердце стучит так сильно, словно оно пытается выскочить из груди.

Джудетт стоит в дверном проеме с моим ноутбуком в руке. Она стучала? Я взглядом ищу на полу телефон. Вспоминаю, что отдал его вчера Эмме.

– Сколько времени? – спрашиваю я.

– Скоро половина второго.

Я проспал полдня. Тем самым нечаянно приблизил конец.

– Симон, – говорит Джудетт, и я замечаю, что она странно смотрит на меня. – Сейчас звонила Мария. Появилось видео о тебе на Youtube.

Все тело напрягается.

– Какое еще видео? – спрашиваю я.

Джудеп входит в комнату. Садится на край кровать. Ее явно одолевают сомнения.

– Одна девица говорит, что занималась с тобой сексом. В тот вечер, когда умерла Тильда.

Блондинка. Та самая, имени которой я даже не знаю. Я таращусь на ноутбук.

– Покажи, – говорю я.

Джудетт поднимает крышку. Открыто окно Youtube. Большие глаза смотрят прямо в камеру. Лицо без макияжа, ровно освещено, словно она сидит перед окном. Видео называется «Я занималась сексом с убийцей». 238 просмотров пока.

Я качаю головой. Джудетт закрывает крышку снова.

– Что она говорит? – спрашиваю я.

– Она не утверждает, что секс не был добровольным, – говорит Джудеп быстро. – Ничего такого. Главным образом болтовня о том, что ты мог с таким же успехом расправиться и с ней… вроде как все время думал о другом… якобы, скорей всего, планировал убийство уже тогда.

Я смеюсь.

– Мы уже написали заявление, – продолжает Джудеп. – Но ты знаешь…

Ей нет необходимости заканчивать предложение. Никто из нас не верит, что видео удалят, что кто-то вообще будет читать какие-то заявления.

– Если ты решишь посмотреть потом, не читай комментарии, – говорит Джудеп.

Я киваю. А затем злоба волной накрывает меня. Я страстно ненавижу Тильду. Из-за нее я попал в такую ситуацию.

Огромное спасибо, Тильда, за тот кошмар, в который ты превратила мою жизнь.

– Мне жаль, что вся эта чертовщина продолжается, – говорит Джудетт.

– Мне тоже, – бормочу я и встаю с кровати.

Эмма оставила мой телефон на кухонном столе.

Джудетт включает телевизор, и я слушаю его, пока кипячу себе воду для чая. Несколько европейских стран открыли клиники для самоубийц. Из-за мертвых тел, среди которых встречаются целые семьи, резко ухудшилась санитарная обстановка в густонаселенных районах.

Я наливаю воду в чашку. Намазываю себе бутерброд.

Стину куда-то вызвали ночью. Кто-то нашел свою жену мертвой в ванной. Она приняла таблетки? Воспользовалась бритвой?

Смог бы я поступить так же?

Эта мысль крутится в голове, и сердце начинает биться быстрее. Смог бы я поступить так же?

Нет. Но кто знает, возможно, однажды я иначе отвечу себе на данный вопрос.

А вдруг в конце концов смогу?

Внезапно возникает ощущение, что две с половиной недели слишком большой срок и его вряд ли удастся выдержать. Я сажусь за стол. Лоб и виски покрываются холодным потом. Я смотрю на телефон. Подтаскиваю его к себе. Включаю.

Он подключается к Интернету, и на меня обрушивается лавина сообщений. Их двенадцать. Почти все с незнакомых мне номеров.

Я встаю, хочу убежать. Но мне некуда идти. Мобильник гудит на столе. Имя Люсинды на экране. Я поднимаю его. Вибрация распространяется по всему телу. Я отвечаю исключительно из-за желания прекратить ее.

– Чего ты хочешь? – спрашиваю я.

– Извини. У меня дело к тебе. Извини. – Она тяжело дышит. Пожалуй, нервничает. – Ты можешь встретиться со мной?

– Зачем мне это делать?

Эмма смотрит на меня, заходя на кухню.

– Я понимаю твое удивление, – говорит Люсинда. – Но нам надо поговорить.

Я таращусь на улицу через окно. Густые белые облака мчатся по голубому небу. Словно я смотрю фильм на увеличенной скорости.

– Это касается Тильды, – продолжает Люсинда. – Она написала мне письмо.

ИМЯ: ЛЮСИНДА

TELLUS № 0 392 811 002

ПОСЛАНИЕ: 0025

ЛЮСИНДА

Каролин позвонила и разбудила меня спозаранку. Она хотела мне кое-что показать и попросила прийти к ней.

На этот раз я не почувствовала запаха хлорки у нее дома. Не слышала никаких звуков на втором этаже. Но присутствие Тильды там чувствовалось больше, чем прежде.

Утром полиция вернула ее компьютер, и Каролин нашла в нем написанное мне письмо. Она оставила меня в гостиной наедине с ноутбуком, чтобы я смогла прочитать письмо в тишине и покое, а я обманула оказанное мне доверие.

Но сначала я открыла обнаруженный ею документ. Он был создан за день до смерти Тильды. И, читая его, я постоянно напоминала себе, что ему не отводилась роль прощального. Совсем наоборот. Тильда же не могла знать, что я прочитаю его уже после ее смерти.

Я перекинула письмо себе по электронной почте. В моих посланиях в TellUs слишком многое касается Тильды, и кажется несправедливым не позволить ей высказаться самой.

Мне хотелось бы, чтобы, читая это письмо, ты мог услышать ее голос. В моих ушах он звучит столь ясно, словно она сидит рядом со мной. Слова трудно разобрать, и ее речь льется быстрее, чем обычно, но это все равно она.

«Люсинда, я не знаю, как мне начать. Я так многое хотела бы рассказать тебе и так многим поделиться с тобой, что в голове страшный хаос. Мне ужасно не хватает тебя, но трусость не дает связаться с тобой каким-то иным способом. Боюсь, ты сильно разочаровалась бы, увидев меня сейчас, но я хочу попытаться и долго думала об этом (надеюсь, такие мысли неоднократно посещали и тебя тоже?). Мама видела твоего отца в городе, и он сказал ей, что ты закончила лечение и что СТАРАЯ ЛЮСИНДА ВОТ-ВОТ ВЕРНЕТСЯ. Она рассказала это за ужином, и я решила написать тебе письмо. Правда, не знаю, отправлю ли я его. Трудно думать сейчас, но я не хочу спать ночи (или дни) напролет, когда их осталось так мало и постоянно становится меньше и меньше. Мне хочется пережить как можно больше всего, и так многое еще надо попробовать. Мы ведь всегда во всем себе отказывали, были послушными девочками, постоянно поступали так, как от нас ожидали. Мы тренировались, и зубрили уроки, и старались все делать как можно лучше, и приходили домой вовремя. Понимаешь ли ты, что вся та наша жизнь служила лишь одной цели: наилучшим образом подготовиться к будущему? А сейчас его больше нет, разве это не РАЗОЧАРОВАНИЕ? Ха-ха. Такое вот противное слово, и НАДО УМЕТЬ ПОСМЕЯТЬСЯ НАД СВОЕЙ БЕДОЙ. Я с удовольствием посмеялась бы вместе с тобой. И если мы встретимся снова, я расскажу тебе, что никогда не была пай-девочкой, как считали все, включая тебя и Симона, а ведь вы вдвоем знали меня лучше всех в целом мире. Я обманывала себя и других, и есть причина, почему я сейчас такая. Я знаю, что люди говорят за моей спиной, и ты, пожалуй, тоже это услышишь, если еще не в курсе, но я хочу рассказать все сама. Не с целью оправдаться, просто мне хочется, чтобы ты меня поняла. ТЫ ЕДИНСТВЕННАЯ СПОСОБНА НА ЭТО. Мы на днях устроили вечеринку в бассейне, и это была моя идея. Мне хотелось плюнуть в душу Томми, поскольку он разрушил мне жизнь и теперь мне уже никогда не сбежать от него, я не осмеливаюсь даже написать об этом, но смогу объяснить позднее, когда встретимся. Я думала, это будет такая маленькая месть: пусть там пьянствуют, трахаются и смеются, но, Люсинда, Люсинда, Люсинда, сейчас я сожалею о своем поступке, поскольку это было НАШЕ место, а не его, и только там я всегда знала, кем была, и я разрушила все, устроила себе еще одно РАЗОЧАРОВАНИЕ.