Коббл Хилл - Сесиль фон Зигесар

Пичес нашла пыльный ящик мальбека и вытащила из него одну бутылку. Теперь надо было открыть ее – вот только чем? Ее так и подмывало рассказать Рою об арт-проекте Элизабет, но она решила, что он может кому-нибудь проболтаться.

– А что нам делать с деньгами? Люди надавали мне двадцаток. Я положил их сюда. – Рой хлопнул перед ней пластиковым пакетом. – Я не давал им сдачи.

– Разумный вопрос.

Пичес не обсуждала с Элизабет такие подробности. Все, что было важно, Элизабет делала в подвале, а сам бар был своего рода экспериментом. Это напомнило Пичес кофейню в городе Оберлин. Люди забредали туда, чтобы испечь печенье и веганские кексы, приготовить ароматный кофе или травяной чай, а в конце начинали импровизировать или играть на гитаре. Дело было не в деньгах, а в том, чтобы собрать людей вместе и посмотреть, что произойдет.

В баре становилось тесно. Пичес последовала указаниям Элизабет и включила музыку – The Rolling Stones, Duran Duran, Prince, Wham, Beyoncé и The Go-Go’s, – чтобы разогреть публику перед караоке.

Ни она, ни Рой нигде не могли найти штопор. У барной стойки стоял ящик, полный розовых пластиковых фламинго, и еще один – с чайными свечами. Также там были две коробки: в одной лежало что-то похожее на шоколадные M&M’s, а в другой – мышеловки. А еще там стоял деревянный контейнер, в котором когда-то хранилось колесо французского сыра бри, но теперь там лежала куча запасных пуговиц.

– Таппер, – Рой окликнул мужа Элизабет, который, ничем не занятый, потягивал четвертую пинту «Гиннесса» в конце стойки.

Элизабет предупредила Пичес, что Таппер не умеет пить и довольно быстро напивается. Элизабет сказала, что он пьет, чтобы справиться со стрессом. Пичес стало его жалко. Если бы она была замужем за Элизабет, то тоже бы слишком много пила.

– Ты не мог бы подойти к нам и помочь?

Таппер встал и обошел барную стойку.

– Я установил попугая, – он указал на большую белую керамическую птицу, сидевшую между двумя бутылками водки Cîroc. – Элизабет где-то здесь, – мрачно сказал он им, – она просто прячется.

Рой улыбнулся какой-то отеческой, покровительственной улыбкой, как будто не верил, что Таппер говорит правду, но не хотел переубеждать его.

– А что именно делает попугай? – спросила Пичес.

– Это его шедевр. – Рой похлопал Таппера по плечу. – Внутри провода и устройства для наблюдения. Таппер вставляет в него камеру, подключенную к приложению на своем телефоне, чтобы видеть, когда его жена приходит и уходит. Вот только она никогда не приходит.

Таппер вздохнул:

– Она в основном уходит.

Пичес очень нравился темно-синий шелковый галстук Таппера. Он явно хотел принарядиться к моменту, когда Элизабет наконец решит вернуться. Это было мило.

– Элизабет определенно где-то здесь, – заверила она Таппера. – Именно она все это организовала и даже убралась в туалете. – Пичес не выдала ни одного из секретов Элизабет, она просто пыталась быть милой.

Таппер проверил свой телефон и сунул его в задний карман.

– Никому нельзя спускаться вниз, – твердо сказал он.

Пичес видела, что ему все же очень хочется спуститься и выбить дверь подвального помещения.

Рой оставил попытки найти штопор.

– Вот, пожалуйста, мистер Попугай, – он указал на бутылку вина. – Ты же изобретатель. Придумай что-нибудь, чтобы открыть бутылку.

Таппер сунул руку в карман и вытащил красный швейцарский армейский нож. Он нашел в нем штопор, закрутил его и ловко вытащил пробку.

– Готово.

Он снял пробку и положил нож обратно в карман.

Таппер был гораздо лучше приспособлен к жизни, чем могло показаться на первый взгляд. Наблюдая за ним, Рой задумался о том, какие устройства будут у них на Марсе. Возможно, его фонтанчики будут не только превращать мочу в питьевую воду, но и разливать всевозможные напитки. Например, вино прекрасно выдержит долгий путь от Земли до Марса. Может быть, там будет расти виноград. Из картофеля можно гнать водку. В случае неисправности перерабатывающих приборов алкоголь может стать единственным безопасным напитком. Все ученые сойдут с ума и станут буйными пьяницами. Воцарится хаос. А потом прибудет запасная капсула со злодеем внутри. Рой взял стакан и допил свою пинту пива. Жаль, он не захватил с собой ноутбук, чтобы все это записать.

Пичес потянулась за вином и наполнила огромный бокал для Мэнди Марзулли.

– В колледже мой муж носил в кармане швейцарский армейский нож. Думаю, чтобы производить впечатление на девушек.

Она оглядела толпу в поисках Мэнди и нашла ее, крепко прижавшуюся к Стюарту. Она разговаривала с миниатюрной ухоженной блондинкой лет пятидесяти, одетой в дорогое пальто, с хозяйственной сумкой Macy’s.

Рой проследил за ее взглядом.

– Это моя жена Венди, – сказал он, – она прямо с работы.

Позади них Пичес заметила выглядевшего безупречно доктора Конвея, в белой накрахмаленной рубашке и темных джинсах. Он пил текилу в задней части бара с группой молодых мам, которых она вроде видела в школе.

– Ого, – выдохнула Пичес, – это странно. Как будто все кусочки мозаики моей жизни соединились за один сегодняшний вечер. Рой, познакомь меня с Венди. Таппер, ты остаешься за главного.

– Чудесно, – простонал Таппер и сник.

Внизу, в подвале, костюм на Элизабет весь сочился жижей и покачивался. На его поверхности, покрытой пеной и обернутой полиэтиленом, проступила слизь серого цвета, которая пахла рыбой и отражала свет с восковым блеском.