Из морга в дурдом и обратно - Андрей Шляхов

Елена заказала коктейль из морепродуктов, а Данилов — свиную отбивную с картошкой. Флегматичная официантка пообещала, что все будет готово «ну очень быстро».

— Это же можно приготовить и дома, — заметила Елена.

— Твои морепродукты тоже, и гораздо быстрее, — парировал Данилов.

— Что будете пить?

— Мне белое вино, — не глядя в меню, попросила Елена. — Сухое.

— А мне сто пятьдесят грамм водки, — сказал Данилов, водя пальцем по перечню. — Вот этой, что по рублю грамм.

Официантка кивнула и ушла. В ожидании заказа Данилов позвонил в службу такси и попросил через час подать машину к ресторану.

Минут через десять официантка вернулась с заказом, принеся все разом — и еду и напитки, — на одном большом подносе. Поднос она несла легко, между столиками шла быстро, но тем не менее ничего не уронила и не расплескала. Профессионал!

Немного поболтали о спектакле, а затем — о собственных проблемах. Елена пожаловалась на то, что контингент сотрудников подстанции в последнее время изменился не в лучшую сторону.

— Ты ушел, Саркисян ушел, Федулаев ушел, Могила ушел, а пришли черт знает кто. Все какие-то бестолковые, наглые… И мне кажется, что они выбивают деньги из больных.

— Есть факты?

— Пока что только подозрения, — Елена покачала головой, — но веские. Устаю от этого ужасно. Тяжелее, чем в самом начале.

— Ты справишься, — обнадежил Данилов, радуясь, что им снова есть, о чем поговорить, и боясь разрушить эту хрупкую близость. — Все будет хорошо, вот увидишь.

Бестолковых научишь, наглых осадишь, а рвачей уволишь.

— Твоими устами… — вздохнула Елена, поднимая бокал. — Давай выпьем за наши трудовые успехи, а потом ты расскажешь мне про свою ординатуру. Я же о ней, в сущности, ничего не знаю.

— Давай, — Данилов поднял свою рюмку. — Пусть каждый из нас пройдет по терниям до самых звезд!

— А ты, оказывается, умеешь говорить тосты, — похвалила Елена, поддевая вилкой креветку.

— Я много чего умею.

Некоторое время они молча ели.

— Слушай, а у тебя нет такого ощущения, как будто ты играешь в прятки с самим собой? — вдруг спросила Елена.

Неожиданный вопрос озадачил Данилова.

— Почему — в прятки? — спросил он. — Я играл в прятки только в детстве.

— Тебя не посещает ощущение бессмыслицы? Бессмысленные дни бессмысленно проходят… Неужели тебя не тянет обратно к людям? Почему ты решил, что всю оставшуюся жизнь должен возиться с трупами?

— Лена, не надо, — попросил Данилов.

— Но мы же просто разговариваем, разве не так? Мне казалось, что между нами нет запретных тем. Или они есть?

— Запретных тем нет, — медленно сказал Данилов. — Но есть ненужные…

— Ненужные кому? Тебе? Или мне?

— Это темы, которые не нужно затрагивать. Я, кажется, понятно объяснил тебе мотивы…

— Данилов! Ты раздул в нерешаемую проблему — осложнение от наркоза, которое никак не мог ни предвидеть, ни предотвратить! Ты возвел его в абсолют! — заметив, как сильно дрожат в ее руках нож и вилка, Елена положила приборы на край тарелки. — Ты выдумал невесть что и принял совершенно абсурдное, абсолютно не подходящее, в корне неверное решение!

Елена говорила громко, но зал был пуст, и ее не слышал никто, кроме официантки и бармена — а они профессионально делали вид, что заняты своим делом и ни на что не обращают внимания. Бармен протирал полотенцем стаканы, а официантка неторопливо сервировала один из столиков.

— Ты хоронишь себя заживо. У меня, например, именно такое ощущение!

— Но ведь ты соглашалась со мной…

— Попробовала бы я с тобой не согласиться! Ты о чем, Данилов? Я пыталась мягко, исподволь наставить тебя на путь истинный, но ты же упрям как осел. Нет — как сто ослов!

— Интересно, по каким критериям ты выбираешь истинный путь для меня, — Владимир выделил голосом последние слова.

— Когда-то мне казалось, что я хорошо тебя знаю, — Елена достала из сумочки пачку сигарет и зажигалку.

— Ты продолжаешь курить? — поразился Данилов. — Ну и ну! А я и не замечал!

— Ты много чего не замечал, — Елена щелкнула зажигалкой и с видимым наслаждением затянулась. — Недавно начала опять. С вами и спиться недолго!

— С нами — это с кем?

— Неважно. Закажи, пожалуйста, кофе.

Дым Елена выпускала в сторону, чтобы не слишком травмировать некурящего Данилова.

Владимир подозвал официантку и заказал ей два кофе. В ожидании выпил еще водки и закусил ломтиком картофеля. Елена молча курила. Докурив сигарету чуть ли не до самого фильтра, она загасила ее в пепельнице и задумчиво сказала:

— Все было так романтично, а я все испортила…

— Будем считать, что ничего не было.

— Нет, так еще хуже, — покачала головой жена. — Я уже сказала половину того, что хотела сказать. Даже немного больше. Сейчас я наберусь смелости и скажу остальное. Вечер ведь все равно испорчен…

— Как хочешь, — Данилов почувствовал жжение в затылке. — Надо — так скажи. Вернее — если хочешь сказать, то скажи.

Он перелил остатки водки из графинчика в рюмку и выпил.

— Вот это тоже, — сказала Елена.

— Что — это? — Данилову уже надоели загадки.

— Ты стал много пить. Напиваешься в стельку перед сном, чего раньше я за тобой не замечала.

— Можно подумать, что я делаю это каждый день, — попробовал возмутиться Данилов.

— Скоро начнешь, — пообещала Елена. — Это, кстати говоря, один из признаков душевного разлада…

— Да нет у меня никакого душевного разлада!

— Есть, иначе бы ты сейчас не злился, а смеялся.

Владимир не нашелся с ответом.

— Знаешь, на кого ты похож в последнее время? — продолжила Елена. — На отца Федора из «Двенадцати стульев». Помнишь, как там? — она прикрыла глаза и по памяти процитировала: — Взалкал отец Федор. Захотелось ему богатства. Понесло его по России, за гарнитуром генеральши Поповой, в котором, надо признаться, ни черта нет.

— И какая тут взаимосвязь? — нахмурился Данилов.

Официантка принесла кофе.

— Счет, пожалуйста, — попросил Данилов, взглянув на часы.

— Простая, — Елена достала из пачки новую сигарету. — Ты тоже взалкал. Тебе захотелось химер, и тебя тоже понесло. Ну, признайся, неужели у тебя нет ощущения того, что ты поступаешь неправильно? Что вся эта затея с ординатурой не стоит и выеденного яйца? Что вместо ординатуры по патологоанатомии можно пойти в ординатуру по кардиологии, в конце концов! Кардиология плюс реаниматология — отличная перспектива для такого врача, как ты!