Золото червонных полей - Леонид Т

Раздосадованный тем, что не смог в очередной раз угодить пастору, Максим пошёл в концертный зал, чтобы помочь Лене и сестре Дмитрия Олеговича. Сам же церковный наставник в глубине души был согласен с тем, что нужно избавиться от присутствия охранника в Церкви, и он решил попробовать сделать это через его коллегу Игоря Александровича, которого недавно крестили вместе с Юлей. Благо у него был номер телефона, и, набрав ему, предложил встретиться в сквере неподалёку от здания Дома культуры.

При встрече Дмитрий Олегович не стал сразу переходить к сути проблемы, а, как опытный коммуникатор, сначала поинтересовался положением дел у охранника как прихожанина Церкви. Как часто тот постится и молится, регулярно ли жертвует десятину и вообще, несёт ли Слово Божие в массы? Но не с укором, а только ради напоминания о цели его недавнего крещения и смысле жизни настоящего христианина. Сначала немного смутившись, мужчина всё же поведал, что старается ежедневно читать Писание, молиться и уделять внимание нуждающимся по мере своих сил. На что пастор сказал, что рад слышать об этом, и ещё больше зауважал своего прихожанина. Потом он аккуратно перешёл непосредственно к своей проблеме:

— Подскажите, а вы общаетесь с Михаилом Сергеевичем? Ну, с коллегой вашим?

— Только по рабочим вопросам. Между нами мало общего, как вы успели заметить, наверное.

— Это правда, которая вряд ли может скрыться от чьих-либо глаз. Контраст очевиден. В общем, такая ситуация складывается, что многие прихожане жалуются на поведение вашего коллеги. Он позволяет себе опускать очень много дискриминирующих высказываний относительно членов нашей Церкви и вообще религии в целом. И я бы хотел попросить вас как-то повлиять на это.

— Хотите, чтобы я его как-то осадил? Или что?

— Нет-нет! Ни в коем случае! Никакого насилия, — смущённо произнёс пастор, поняв, что он очень обтекаемо описал картину и собеседник не так воспринял её. — Я имел в виду, возможно, вы сможете поговорить с руководством, чтобы его как-то перевели, может, в другое место.

— Ну вообще, он работает гораздо больше меня, и как бы меня не перевели в другое место за такие просьбы. Но я, конечно, безусловно, попробую сделать от себя всё возможное, чтобы как-то помочь с этим вопросом.

— Я буду очень признателен за такую помощь. Ждём вас на воскресном богослужении, Игорь Александрович.

***

— Я сегодня была у врача, — сказала Юля мужу, который сидел за кухонным столом и вяло перебирал каналы на пульте телевизора.

— Ммм… ясно. А у какого?

— У своего наблюдающего гинеколога.

— И что он сказал тебе?

— Да в общем-то, ничего серьёзного вроде как. Направил меня на приём к психиатру в местный диспансер.

Тут Александр всё-таки уже обратил внимание на супругу и оторвался от телевизора:

— Тебя что-то беспокоит?

— Всё то же самое, дорогой! Всё то же самое…

— Что именно? Я не понимаю тебя.

— Да всё хорошо. Расслабься. Это так, мысли вслух. Плановая консультация всего лишь.

— А зачем тогда так акцентировать внимание на этом?

— А на чём мне акцентировать внимание, Саш? — вопросом на вопрос поинтересовалась супруга.

— Опять мы пришли к этому? Ты же вроде бы нашла себя в этой церкви, как она там называется? Забыл. «Царствие небесное» или как? А теперь снова говоришь, что не хватает внимания. Я уже запутался окончательно.

— «Христово Царство», вообще-то. Да тут уже не в каком-то внимании дело, а в том, что мне приходится уже нервничать потому, что муж не приходит домой с работы. Интересно было бы посмотреть на тебя, если бы я не пришла домой из той же церкви, например, или из домашней группы.

— Ага! Не пришла она! Тебе же там зарплату платят ведь, на которую мы живём, правда?

— Ладно, давай закончим с этим. Просто хотела с тобой поделиться, а то ты даже не спрашиваешь в последнее время о состоянии здоровья нашего ребёнка.

— Юль, прекрати, пожалуйста, меня обвинять при каждом удобном случае! Это уже невыносимо! — раздражённо произнёс муж. — То, чем ты занимаешься в последние несколько недель, называется психологическим насилием! Пойми же ты уже наконец-то это!

В этот момент супруга набрала воздуха в лёгкие, для того чтобы ответить, но смогла осечь себя и, сделав выдох, молча ушла в другую комнату, где дала волю эмоциям и расплакалась. Муж даже не посчитал нужным зайти следом и поговорить, хотя она очень рассчитывала на это. В очередной раз одиночество накатило, словно цунами, и выпотрошило душу настолько, что в голове девушки зародились очень нехорошие мысли.

На следующий день девушка отправилась на приём к психиатру. Выглянув с утра в окно, ей очень не хотелось выходить на улицу из-за пасмурной и дождливой погоды, но всё-таки заставила себя пойти. Так как раньше у неё не было необходимости посещать ПНД, то представления о нём складывались весьма поверхностные. Что там на приёме сидят одни психи и что-то могут вытворить опасное, поэтому всегда нужно быть начеку. Поэтому ощущение тревожности тоже вызывало определённое сопротивление пойти в это учреждение. Но неожиданная встреча, которая произошла там, меньше всего представлялась в воображении беременной женщины.

На входе у регистратуры сидел Максим Александрович Игнатьев — прихожанин протестантской церкви «Царство Христово» и по совместительству пациент Михаила Григорьевича Рауцера, состоявший на учёте в психоневрологическом диспансере.

Увидев нашу героиню, молодой человек сильно стушевался, как будто его застали врасплох за каким-то непотребным занятием. Юлия тоже почувствовала, что тревога заметно усилилась при виде этого персонажа. Нужно заметить, что она давно уже старалась избегать этого человека ещё будучи в Церкви, и на память пришли слова мужа, чтобы держаться подальше от него, и про себя женщина отметила его правоту.

— Какая неожиданная встреча! — как можно дружелюбнее постаралась произнести Юля после приветствия. — Какими судьбами, Максим?

— Да так! За справкой пришёл, — соврал молодой человек и нервно посмотрел в сторону окошка регистрации, чтобы убедиться в том, что медсестра его не услышала. — Мне для работы нужна.

— Куда устраиваться собираешься?

— Да слесарем на одно предприятие оборонное, — снова соврал он и сам удивился своей находчивости.

— Ого! Серьёзное место, видимо.

— Да не то чтобы. Просто обыкновенная формальность для трудоустройства. Ладно, мне пора бежать. Рад был повстречаться! Увидимся в Церкви.

— А как же справка?

— Да я попозже зайду лучше. До встречи! — попытался ретироваться Игнатьев, но, к несчастью для себя, чуть не столкнулся с идущим по коридору Рауцером.

— Здравствуйте, Максим Александрович! Как ваше самочувствие?

— Х-хорошо!