Жила-была девочка - Виктория Трелина

Белый с синими полосами автобус ждёт около магазина. В восемь пятнадцать все должны быть на месте. Я, Королёва, Рустам, Швецова и Виталик занимаем самое козырное место – заднее сиденье. Впереди сидит малышня и учителя. Теперь мы каждое утро будем так ездить. Сегодня – открытие новой школы. Вместе со школой у нас меняется директор, классный руководитель и вся жизнь. Мы теперь старшеклассники, почти выпускники. Может быть, кто-то и правда уйдёт после девятого поступать в какое-нибудь училище. Сейчас все училища стали называться лицеями и колледжами.

– Ну что вы, мартышки, учителей своих новых видели? – спрашивает Виталик. После лета он всех девчонок называет «мартышками».

– Говорят, директор молодой, после института, а его жена – наша новая классуха, – поведала Королёва.

– А ещё физрук будет новый и историк, – вступил в диалог Рустам.

– И географичка, – вставила бывшая шестиклассница, а теперь ученица седьмого класса – Юлька, с впередистоящего сиденья. Она расположилась полубоком к нам, претендуя видимо на место около Швецовой.

– Учитель пения был женат, – запел Виталик, – и вёл роман с географичкой.

У меня по телу пробежал приятный холодок – эту песню летом Димка пел под гитару. Ах, лето, лето. Я, кажется, даже была немножко влюблена в Димку. Интересно, что я почувствую сейчас, когда после долгого перерыва увижу Чернова?

Мы выходим около клуба. Днём, он выглядит маленьким домиком с низкими окнами. «Приглашаем посетить нашу библиотеку», – читаю объявление на входе. Оказывается клуб – простой уютный домик с библиотекой, сценой и доброй заведующей. Почему ночью всё воспринимается иначе? От клуба видна школа, выстроенная в форме буквы «П». На крыльце какие-то фигурки. Я узнаю Неманихину и Муртазаеву, кажется, девчонки ссорятся. Больше никого не видно, несмотря на то, что сегодня первое сентября – шумный, как правило, день. Все затерялись в большом здании, рассчитанном, наверное, на несколько сотен учеников. Наши пятьдесят четыре человека вместе с десятиклассниками в этой школе будут просто не видны. Одиннадцатый класс остался доучиваться в Шумово. Королёва расстроилась, очень уж ей хотелось продолжить свою игру с троицей Юрка-Мишка-Асик. Виталик тоже расстроился, он надеялся поучиться в интернате, познакомиться с новыми девчонками, но школа у нас теперь «полная средняя» и десятый класс решено было оставить в Плоте.

– Не нужна нам утечка мозгов, – пошутила Антонина Митрофановна ещё в автобусе, – зато в следующем году вы станете первыми выпускниками новой школы.

– А у кого там мозги? – грустно вздохнул Виталик, – А выпускники первые вот они сидят (он показал на нас с Королёвой), сваливайте отсюда после девятого, девчонки. Быстрее станете городскими, быстрее замуж выйдете.

– Вот ещё! Замуж! – засмеялась Королёва, – Хомут на себя надевать.

Все засмеялись. Мне стало стыдно за подругу. В последнее время она строит из себя слишком взрослую.

…..

– Дорогие товарищи! Уважаемые господа! – волнуясь, новый директор смешал всё в кучу. Хотя сейчас многие теряются на выступлении, обращение «товарищи» устарело, а «господа» звучит как-то неестественно и смешно. Мой дедушка на митингах, девятого мая, всегда говорит «товарищи», и не стыдится этого. Да и перед большой аудиторией он не волнуется. Потому что у дедушки грандиозный опыт, а у молодого директора опыта нет. Надежда Дмитриевна – прежняя директриса пришла на помощь своему приемнику, и практически всю линейку провела сама.

– Посмотрите, какой симпатичный у нас физрук, – громко шепчет Неманихина, – просто картинка, а не мужик.

Я рассматриваю нового учителя физкультуры и ничего особенного в нём не замечаю. Низенький, коротко стриженный, стоит – хрустит костяшками пальцев. То ли дело – Серёжка Чернов. За лето он вытянулся и похудел. Теперь, пожалуй, он и впрямь выше меня на голову. Он с серьёзным видом слушает торжественные речи учителей, а потом помогает перерезать ленточку, символизирующую открытие школы. Не нужен мне никакой принц-Алёшка, и гитарист-Димка мне ни к чему. Чернов – идеал мужчины, он самый сильный, самый умный, самый-самый красивый парень мира.

Нашу новую классную руководительницу зовут Наталья Михайловна. Она, действительно, жена директора. Так же как и Ирочка, Наталья – литератор. Маленькая, большеглазая, падающая в обморок при слове «дурак», классуха сама похожа на тургеневскую девушку. Она мне нравится. Мне кажется, такие женщины привлекательны для сильного пола. Их хочется защищать. Мгновенно я понимаю, на кого хочу учиться. Ведь, моя бабушка тоже учитель русского и литературы. Литература делает женщину более утончённой и романтичной. А в моей жизни так не хватает романтики…