Первый день - Марк Леви

Мне бы даже в голову не пришло отпустить моего друга в такую погоду. Поскольку в комнате для гостей осталась Элена, я предложил Уолтеру заночевать на диване в гостиной и принес ему одеяло. Уложив его и пожелав спокойной ночи, я отправился к себе; на меня навалилась усталость, и я думал, что засну сразу же, как только доберусь до кровати. Но гроза все усиливалась, и я напрасно силился закрыть глаза: даже сквозь смеженные веки я видел, как вспышки молний освещают все вокруг.

Уолтер, крайне возбужденный, появился на пороге моей комнаты в одних трусах. Он потряс меня за плечо и потребовал, чтобы я немедленно поднялся и пошел за ним. Сначала я решил, что он увидел змею, но в наш дом они никогда прежде не заползали. И мне пришлось, в свою очередь, как следует потрясти его за плечи, чтобы он пришел в себя и объяснил, что его так взволновало.

— Прошу вас, пойдемте со мной, вы глазам своим не поверите!

Мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Гостиная утопала во мраке, и Уолтер подвел меня к окну. И я сразу понял его восторг. Всякий раз, когда небеса прорезал огненный всполох, море сверкало, словно гигантское зеркало.

— Вы правильно сделали, вытащив меня из кровати. Должен признать, зрелище того стоило, оно прекрасно.

— Какое зрелище? — удивился Уолтер.

— То, что у нас перед глазами, а вы разве не ради него меня разбудили?

— Значит, вы спали, несмотря на это светопреставление? А еще говорят, что Лондон — шумный город, Гидра во время дождя составляет ему вполне достойную конкуренцию. Нет, я вас вытащил из кровати не ради этого. Молния с треском заплясала в небе, и я не хотел оставаться вблизи окна, однако Уолтер настаивал, чтобы я не двигался. Он взял кулон, который моя мать положила на консоль и, осторожно держа его двумя пальцами, подошел с ним к окну.

— А теперь смотрите, что будет, — сказал он, все больше приходя в возбуждение.

Загремел гром, и, когда очередная молния разрезала небо надвое, ослепительная вспышка словно прошла через камень, и миллионы маленьких светящихся точек рассеялись по гостиной, слепя глаза так сильно, что прошло несколько секунд, прежде чем их отражение стерлось с радужной оболочки.

— Потрясающе, иначе и не скажешь, не правда ли? Я так и не смог уснуть, — произнес Уолтер. — Я смотрел в окно, а потом, не знаю почему, схватил этот кулон, меня словно к нему потянуло. И когда я его стал разглядывать вблизи, случилось то, что вы видели.

Я в свою очередь взял кулон и принялся изучать его, включив лампу, — никаких отверстий, даже самых маленьких дырочек, я не обнаружил.

— И что это, по-вашему, такое?

— Представления не имею, — пожал плечами Уолтер.

Я не знал, что в это самое время моя мать спустилась вниз, услышав непонятный шум в гостиной и решив узнать, в чем дело, увидела нас с Уолтером: мы в одних трусах стояли вдвоем у окна, выходящего на море, и передавали друг другу кулон Кейры, глядя на него при свете молний. Мама почла за лучшее неслышно удалиться.

На следующий день за ужином мама спросила Уолтера, что он думает о сектах. И прежде чем один из нас успел ответить, она поднялась из-за стола и отправилась на кухню.

Мы сидели на террасе, откуда открывался вид вниз, на бухту Гидры, и я делился с Уолтером детскими воспоминаниями, связанными с этим домом. В тот вечер воздух был прозрачный, а небо чистое и безоблачное.

— Может, я сейчас скажу глупость, — произнес Уолтер, неотрывно глядя в небо, — но то, что я вижу у себя над головой, очень похоже на…

— Кассиопею, — закончил за него я. — А рядом с ней — галактика Андромеды. Млечный Путь, где находится наша планета, неотвратимо притягивается этой галактикой. К моему великому сожалению, через несколько миллионов лет они обязательно столкнутся.

— Пока не настал предсказанный вами конец света, я должен сказать, что…

— А немного правее, смотрите, Персей, а еще дальше — Северная звезда, и, надеюсь, вы видите вон там великолепную туманность…

— Перестаньте наконец меня перебивать! Довольно с меня этих азов астрономии! Если бы я сумел вставить хоть два слова между вашими лекциями, я поведал бы вам, что меня по-прежнему занимают эти светящиеся точки на стене, которые мы с вами видели вчера ночью во время грозы.

Мы переглянулись, совершенно обескураженные. То, о чем думал Уолтер, было из области фантастики, нечто непонятное и странное, однако мы это действительно видели, и это нас взволновало. Если подумать, то светящиеся точки на стене, возникшие после того, как свет молнии прошел сквозь камень, поразительно напоминали звездное небо — точно такое же, как сейчас у нас над головой.

Но как же нам повторить это явление? Я сто раз подносил кулон к лампе — все напрасно, ничего не происходило.

— Мощности обычной лампы недостаточно, — заключил Уолтер, вдруг проявивший больше склонности к науке, нежели я..

— И где же вы найдете столь же мощный источник энергии, как молния?

— Да хоть маяк в порту! — сгоряча предложил Уолтер.

— Луч маяка слишком широкий! Мы не сможем направить его на стену.

Я не хотел спать и решил проводить Уолтера до гостиницы; прогулка верхом на осле пошла бы мне на пользу, к тому же я не прочь был продолжить наш разговор.

— Давайте действовать методично, — сказал я Уолтеру, ехавшему на ослике в нескольких метрах позади меня. — Какие источники света обладают необходимой нам силой и где их можно найти?

— Интересно, кто из нас Дон Кихот, а кто Санчо Панса? — спросил Уолтер, поравнявшись со мной.

— Думаете, все это смешно?

— Зеленый луч в небе над Гринвичем, тот, который вы мне показывали, помните? Может, он обладает достаточной силой, как вы полагаете?

— Лазер! Это именно то, что нам нужно!

— Ну так спросите у вашей матушки, не закалялась ли случайно у нее в подвале лазерная установка, — кто знает, вдруг повезет!

Я сделал вид, что не заметил сарказм моего друга, легонько толкнул пяткой в бок моего v скакуна, и он побежал вперед резвее.

— Глядите, какой обидчивый! — крикнул мне вслед Уолтер, когда я стал удаляться от него.

Я подождал его на следующем повороте.

— Лазерная установка имеется в Академии, в отделе спектроскопии, — сообщил Уолтер, когда, запыхавшись, подъехал ко мне. — Только она очень старая.

— Да там, наверное, рубиновый лазер, боюсь, его красный луч нам не подойдет. Нам понадобится более мощный аппарат.

— К тому же он все равно находится в Лондоне, и даже ради того, чтобы проникнуть в тайну этой загадочной подвески, я не соглашусь прервать свои замечательные каникулы на этом острове. Давайте еще подумаем. Кто в наши дни использует лазер?

— Исследователи в области молекулярной физики, а еще врачи, и больше всего — офтальмологи.