Непреодолимое черничное искушение - Мэри Симсес

И снова почувствовала, как у меня сжался желудок.

– Да, – сказала я. – Оно великолепно.

– Ну вот, я же говорил, что Смитсон лучше всех, – сказал Хайден, появляясь в дверях ванной. – Такое приглашение достойно королевы.

– Да, это точно, – согласилась я.

– В Штатах такого качества не найдешь.

Я провела пальцем по напечатанным буквам и попыталась разобраться – с чего бы мне вдруг так нервничать. Может быть, это мысль, что мы с Хайденом будем стоять на виду у десятков, даже сотен людей и обмениваться клятвами и поцелуями заставила меня занервничать. А может быть, все невесты испытывают волнение и панику при виде первого экземпляра своих свадебных приглашений. Почему, собственно, нет? Вполне вероятно, что это нормальная реакция.

Как бы то ни было – это было… ну, появилась определенность. Больше не было пути назад, все было предопределено.

Пути назад?

Ну, это не совсем то слово… Не совсем то, что я имела в виду. Я имела в виду… а что, собственно, я имела в виду?

Я, наверно, сошла с ума, думала я, стоя перед зеркалом. Я ведь помолвлена с лучшим мужчиной на свете! И у нас будет просто потрясающая свадьба.

Хайден тихо подошел ко мне и вынул карточку из моей руки. Посмотрел на нее, удовлетворенно улыбнулся и прикрепил обратно к зеркалу.

– Достойно королевы, – повторил он с легким кивком.

– Да, – я обняла его так крепко, как только могла.

Тотти, вчерашней дежурной, за стойкой не было, когда мы спустились с Хайденом на завтрак – вернулась Паула. И она, пожалуй, как-то даже слишком удивилась при виде Хайдена.

Я приветливо улыбнулась ей:

– Это мой жених, Хайден Крофт. Он приехал из Нью-Йорка, – я повернулась к Хайдену: – А это Паула Виктори, хозяйка гостиницы.

Паула мигнула.

– Ваш жених…

Слово «жених» она произнесла так, словно в нем было не два, а все шесть слогов. Потом уставилась на Хайдена:

– Как, вы сказали, ваше имя?

– Хайден Крофт. К-Р-О-Ф-Т.

– Никогда не слышала такого.

– Это английская фамилия. Мои предки…

– Да нет, я про имя. Вы сказали – Хаим?

Хайден поправил воротничок своей рубашки-поло.

– Нет, Хайден. Через Й.

– Ага, – Паула перевела взгляд на меня. – Жених, значит, – один уголок ее рта опустился, от чего на лице появилось странное выражение. – Ну разве это не чудесно?

Она снова оглядела Хайдена с ног до головы. Потом коротко и удовлетворенно кивнула.

– Я вам очень благодарен за заботу об Эллен, – сказал Хайден, обнимая меня за талию.

Паула рассмеялась.

– Да не за что меня благодарить, – ответила она. – Эллен вполне в состоянии сама о себе позаботиться.

Я потянула Хайдена к дверям, пока Паула не сболтнула чего-нибудь еще.

– Ну, ладно, мы хотели пойти куда-нибудь позавтракать. Увидимся.

– Мы возьмем машину? – спросил он, останавливаясь на верхней ступеньке крыльца. – Я поведу.

– Машину? Да тут пять минут пешком.

Он выглядел очень удивленным.

– Ты что, гуляешь тут пешком по городу?

– Конечно, – ответила я.

Мы пошли по Прескотт-Лейн, мимо домиков с живыми изгородями из кустов белого шиповника. Я сорвала один из цветков и сунула в него нос – он пах свежестью и рассветным солнцем. В конце улицы мы свернули направо и вышли на Пэджет-стрит, а оттуда снова повернули – и перед нами возник океан, переливающийся всем оттенками синего: от глубокого аквамарина до почти прозрачного голубого; сверкающий в лучах солнца.

– И это весь город? – спросил Хайден, оглядывая улицу, спустив солнечные очки на нос.

– Да, это Бейкон, – ответила я и взяла его за руку.

Я привела его в закусочную «Три пенни». Почти все столики были заняты, лишь один был пустой. Юная официантка, с которой я беседовала в свой первый приход сюда, принесла нам меню. Свои огненно-рыжие волосы она сегодня убрала в два хвоста, а улыбка ее светилась искренней радостью. Мы сели друг напротив друга, заказали кофе и стали изучать меню.

– Вообще-то я и так знаю, что хочу, – сказала я Хайдену. – Я хочу яблочный пончик. Ты должен тоже его попробовать – это потрясающе вкусно!

– Пончик? – он смотрел на меня с ошарашенным видом. – Ты ешь пончики?!

– В каком смысле?

– Ну, не знаю… А жиры? Калории? Ты никогда не ешь пончики. Так что я просто удивлен.

Он вернулся к изучению меню, а стала думать о пончике: горячий, жареный во фритюре, с одной стороны посыпанный сахаром, так что когда кусаешь его – он слегка хрустит на зубах, а внутри – мягкий, пористый, сочный, со вкусом яблока и тающий во рту… вообще-то он наверняка не полезный. Так что Хайден прав.

Официантка вернулась и поставила две кружки кофе перед нами.

– Готовы заказывать, ребята?

Я понимала, что мне надо бы заказать овсянку. Или спросить, есть ли у них какая-нибудь другая каша из цельного зерна. Но воспоминания о яблочном пончике были слишком яркими. Я заказала пончик, возвращая ей меню с чувством, близким к раскаянию.

Хайден выразительно посмотрел на меня, но ничего не сказал, а с вежливой улыбкой повернулся к официантке:

– Я бы хотел омлет из яичных белков со шнитт-луком и ломтиками помидоров отдельно, а еще тост из хлеба с двенадцатью злаками. И никакого масла, пожалуйста.

Омлет из белков с шнитт-луком? Его же даже не было в меню.

Я хотела было напомнить ему, что мы не в Нью-Йорке, но промолчала.

Официантка щелкнула несколько раз ручкой.

– Сэр, прошу прощения, но у нас такого не подают. У нас нет ни шнитт-лука, ни такого хлеба.

– Ладно, – он примирительно поднял вверх руки. – Тогда просто омлет из белков с помидорами и… какой хлеб у вас есть?

Она снова щелкнула ручкой.

– Белый, с отрубями, ржаной.

Он подумал секунду, потом решил:

– Я возьму с отрубями.

Официантка улыбнулась и ушла.

Я глотнула кофе – он был обжигающе горячий, с привкусом лесного ореха.

– Я бы хотел почитать «Уолл-стрит джорнал», – сказал Хайден. – Как ты думаешь – есть хоть какой-то шанс его здесь раздобыть?

– Есть один маленький магазинчик на этой улице, где он может быть, – ответила я.

Он поднялся и стал озираться по сторонам.

– Я видел вроде бы какие-то газеты, когда мы вошли… а, вот они, – он направился к прилавку и вернулся с «Бостон Глоуб» и «Бейконским Вестником». – Это, должно быть, жутко интересно, – сказал он, глядя на заголовок на первой странице «Вестника»: – «Камни на Шоссе 9 остановили движение». Под заголовком красовалось фото пробки и кучи камней, которые выпали из грузовика на дорогу.