Прежде всего любовь - Эмили Гиффин

– То есть ты собираешь мнения?

– Нет. Мне плевать, что думает Лесли, – я уже устала слышать ее имя, особенно если учесть, с каким трепетом он его произносит, – мне нужно твое мнение. Ты мой лучший друг.

Он складывает руки на груди и вздыхает, но я точно знаю, что последней строчкой я его сразила.

– Пит хотя бы знает, что у него собеседование?

– Нет. Потому что это не оно. Знает ли он, что я хочу познакомить его с лучшим другом? Да. И он тоже хочет с тобой встретиться.

– Это почему? Потому что ты ему нравишься? Или потому что он правда хочет пожертвовать тебе сперму?

– А это взаимоисключающие вещи?

– Вообще-то, да.

– Тогда последнее. Вообще, это он все придумал.

– Да он просто хочет с тобой переспать, дурища.

– Нет. Ничего подобного. Мы не будем заниматься сексом. Мы воспользуемся другими способами…

Мы снова играем в гляделки, и на этот раз Гейб выигрывает.

– То есть ты хочешь сказать, что если бы он просто стал донором, ты бы выбрала его кончу?

– Фу, не говори этого слова.

– Ладно. Семя. Его священное семя.

– Да. Вполне возможно. Поэтому я и хочу, чтобы вы познакомились. Ты же читал эссе. В чем разница?

– Разница огромная. Но ладно. Я на него посмотрю ради тебя.

Следующим вечером Лесли и Пит приезжают одновременно и успевают познакомиться, пока я открываю дверь. Оба одеты в джинсы и футболки, правда, на Лесли босоножки на адском каблуке, а волосы подозрительно пышные.

– Привет! Входите! – я очень рада видеть Пита и немножко бешусь при виде Лесли.

Пит улыбается мне и слегка приобнимает одной рукой.

– Спасибо за приглашение.

– Спасибо, – повторяет Лесли, протягивая мне бутылку красного вина с этикеткой под Энди Уорхола, – к пицце подойдет же? Гейб сказал, что будет пицца.

– Ага. И да, к пицце любое вино подходит.

Я улыбаюсь, и она улыбается в ответ, но мне кажется, что она все-таки неискренна. Как будто она делает мне одолжение, приходя ко мне вечером. В каком-то смысле она права. Но она не заслужила еще права так обо мне думать. У нее самой еще испытательный срок.

– Отличная прическа, Лесли, – говорю я, и в холл выходит Гейб.

– Спасибо, – отвечает она таким тоном, что я решаю немного поиздеваться над ней перед ее новым парнем.

– Ты сделала укладку? – проницательно спрашиваю я.

Вопрос застает ее врасплох, она мнется и наконец отвечает, что ей не хотелось возиться самой и она заскочила в «Драйбар».

Мне немножко стыдно за то, что я нарушила одно из положений женского кодекса лояльности, так что я сочувствую:

– Да, в такую влажную погоду самой не справиться.

Она согласно бормочет, потом смотрит мне за спину и ее лицо светлеет. Гейб подходит поцеловать ее в губы с таким мерзким причмокиванием, какое Эйдан из «Секса в большом городе» каждый раз издает, целуя Керри. Когда они отлепляются друг от друга и он обнимает ее за талию, я говорю себе напомнить ему, чтобы он не издавал такого звука, если не ест особенно прекрасный шоколадный торт. Хотя лучше не издавать такой звук даже в этом случае.

– Пит, это Гейб. Мой самый лучший друг, – я говорю это скорее для Лесли, чем для Пита. Они обмениваются рукопожатием, и я продолжаю. – Гейб, это Пит. Мой новый друг и потенциальный донор спермы.

Все смотрят на меня в ужасе. Я наслаждаюсь моментом и не скрываю этого.

– Она любит шокировать людей, – говорит Гейб Питу.

– Вижу, – смеется Пит, а Гейб берет Лесли за руку и ведет в кухню.

Там приготовлены кукурузные чипсы (из голубой кукурузы) и домашний гуакамоле.

– Все будут «маргариту»? – спрашивает он.

Все соглашаются.

– С солью?

Мы с Питом говорим «да», а Лесли «нет». Это было предсказуемо. И бесяче. Мы смотрим, как Гейб умело протирает ломтиком лайма краешки четырех бокалов, обмакивает их в крупную морскую соль и с точностью опытного бармена наливает из кувшина четыре коктейля.

– Угощайтесь.

Мы все берем по стакану, бормочем слова благодарности, и я предупреждаю Пита и Лесли об особенностях рецепта Гейба:

– Это почти чистая текила. С капелькой лаймового сока.

Гейб вздрагивает (я видела это раз или два в жизни) и поднимает стакан. С серьезным лицом произносит неожиданный тост (это он делает не чаще, чем вздрагивает):

– За новые отношения. И за все, что они могут принести.

Мы сдвигаем стаканы, а я закатываю глаза, борясь с желанием похвалить его, как похвалила бы бабушка в восьмидесятых годах. Что-то вроде «мой голубок». Без всякого гомосексуального подтекста, заметим.

Разумеется, я этого не говорю. Лесли слишком молода, неправильно все поймет и вполне может оскорбиться. Но я уверена, что Гейб понимает, о чем я думаю. Он смотрит на меня и пожимает плечами.

– Джози говорила, что ты из Висконсина, – он поворачивается к Питу.

Пит кивает, и они пускаются в разговор о Среднем Западе, особенно о походах и лыжах, которые оба любят. Потом разговор переходит на колледжи, работу и даже политику (Гейб и Пит считают себя либертарианцами). Мы с Лесли время от времени встреваем в разговор, и я пытаюсь задавать ей вежливые вопросы, но на самом деле я заинтересована в том, чтобы Пит и Гейб познакомились как можно ближе. К концу бокала я понимаю, что они друг другу нравятся. По крайней мере, Гейбу точно нравится Пит, а это очень важно.

– Вы похожи, – замечаю я довольно громко во время паузы, – наверное, вы уже сами поняли.

Оба кивают и улыбаются.

– Жуть, – говорит Гейб.

– Нет. Я рада, что вы друг другу понравились. Вот и все.

– Если ты рада, рады и мы, правда, Пит?

– Она что, одна из этих? – Пит поднимает брови. – Если ей плохо, плохо всем?

– Да, – кивает Гейб, – она такая.

– Нет, – протестую я, хотя знаю, что я и правда такая.

В этот момент я замечаю, что Лесли меня критически оглядывает. Возможно, это происходит только в моей голове, но мне кажется, что ей тяжело, когда я оказываюсь в центре внимания. По крайней мере, если речь идет о внимании Гейба. Внезапно я немножко смущаюсь и решаю сменить тему. Поэтому открываю ящик со всякой ерундой, достаю колоду карт и тасую.

– Все будут играть в червы? – смотрю я в первую очередь на Пита.

– Конечно, – отвечает он, – но должен тебя предупредить, что очень круто играю.

– Что, вот прямо выстрелить по луне можешь?

– А то, – говорит он, не отводя взгляда, потом объясняет Гейбу. – Она просто проверяет мой уровень интеллекта. Позавчера загадывала мне загадки за ужином.