Возвращение домой.Том 1 - Розамунда Пилчер

Лицо Дианы осветилось лучезарной улыбкой.

— Ну, разве это не прекрасно? Все устроилось как нельзя лучше, и все довольны. Джудит, тебе понравится бухта — наш собственный чудный пляжик. Но захвати с собой куртку или попроси у Мэри еще один джемпер — у моря всегда холодно. А ты, Лавди, не забудь надеть защитный шлем. Теперь же… — она отодвинула свой стул, — пойдем в гостиную и выпьем по чашечке кофе?

Приглашение это, по всей видимости, не распространялось на Лавди с Джудит; когда взрослые ушли, девочки остались в столовой, чтобы помочь Мэри и Неттлбеду убрать со стола, а потом поднялись наверх и стали собираться на прогулку. Для обеих было приготовлено еще по одному теплому пуловеру, а для Лавди также защитный шлем, сапоги и перчатки для верховой езды.

— Ненавижу этот шлем, — пожаловалась она. — У него слишком тугая резинка, она натирает мне подбородок.

Но Мэри была непреклонна.

— Так я тебе и поверила! И не вздумай ездить без него!

— Я не понимаю, зачем он нужен. Сколько других девочек ездят без шлема!

— Другие девочки пусть делают что им угодно, а мы не хотим, чтобы ты размозжила себе голову о какой-нибудь камень. Держи свою плетку, и вот вам по ириске на дорожку. — Она достала с каминной полки стеклянную банку и выдала девочкам скупой паек сладостей.

— А для Джереми с Уолтером? — стала клянчить Лавди, и Мэри, засмеявшись, выудила еще две штуки. — Марш отсюда! Когда вернетесь, я приготовлю вам чай здесь, у камина.

Словно резвящиеся щенки, они вприпрыжку сбежали вниз по лестнице к понеслись по коридору, ведущему к двери в гостиную. Перед дверью Лавди остановилась.

— Туда заходить не станем, а то нам будет не отвязаться. — Приоткрыв дверь, она просунула в щель голову. — Джереми! Мы уже готовы!

— Встретимся в оружейной, — послышался его голос. — Через минутку. Я возьму Пеко, а Тигр уже там, обсыхает после утренней прогулки.

— Ладно! Мамуля, удачной тебе игры! Папчик, пока! — Лавди закрыла дверь. — Пошли, сходим теперь на кухню и возьмем несколько кусочков сахару для Тинкербелл и Рейнджера. И если миссис Неттлбед станет предлагать конфеты, смотри не проговорись, что Мэри уже дала нам ирисок.

Впрочем, от миссис Неттлбед они получили не конфеты, а миниатюрные, прямо из духовки пирожные, которые она приготовила к чаю. С пылу с жару, они были слишком аппетитны, чтобы оставлять их на потом, и девочки расправились с ними тут же, потом совершили налет на сахарницу и понеслись дальше. «Приятного вам отдыха!..» — напутствовала их миссис Неттлбед.

Задний коридор вывел их в оружейную, где приятно пахло маслом, льняным семенем, старыми макинтошами и собаками. Вдоль стен тянулись запертые шкафчики с ружьями и шомполами, специальные полки были отведены под багры и сапоги, обычные и болотные. Тигр, дремавший на своей подстилке, услышал их шаги и тут же нетерпеливо вскочил, показывая, как ему не терпится еще разок размяться на свежем воздухе. Это был крупный черный Лабрадор с квадратным носом и темными глазами.

— Привет, Тигр, миленький, как дела? Как прошло утро, как тебе понравилось отыскивать кроликов и голубей? — Пес глухо заурчал, и Джудит показалось, что он очень добрый. — Хочешь с нами прогуляться?

— Конечно, хочет! — послышался сзади голос Джереми. Он поставил на пол Пеко, которого нес под мышкой, и, пока натягивал свою куртку, снятую им с крючка на стене, собаки засвидетельствовали друг другу свое почтение: Тигр принялся дружелюбно обнюхивать Пеко — тот опрокинулся на спину и стал размахивать лапами, будто плыл на спине.

Джудит засмеялась:

— Они так потешно смотрятся вдвоем.

— Да уж, это точно, — усмехнулся Джереми. — Ну что, девушки, в путь! Хватит здесь прохлаждаться, а то Уолтер нас заждется!

Гуськом они вышли из комнаты через вторую дверь, которая открывалась на мощеный двор с голубятней. Холодная, почти как зимой, погода захватила Джудит врасплох. В доме, обогреваемом с помощью центрального отопления, залитом мягким солнечным ветом и цветочным ароматом, легко было забыться и поверить, что уже пришла весна со своим теплом, но стоило высунуть нос на улицу, как покалывающий зимний морозец мгновенно развеял эту иллюзию. Было все еще солнечно, но с моря налетал порывами резкий восточный ветер, а то и дело набегающие облака закрывали солнце. Поеживаясь от холода, пробирающего даже через два свитера, Джудит напомнила себе, что, в конце-то концов, на дворе еще только середина февраля. Заметив, что она дрожит, Джереми поспешил ее успокоить: — Не волнуйся, сейчас пойдем, и ты живо разогреешься, станешь румяная как яблочко!

Конюшни располагались в некотором отдалении от дома, деликатно скрытые из виду рощицей молодых дубков, которая и посажена была с этой целью. К ним вела гравиевая дорожка, и, приблизившись, молодые люди увидели очень опрятные конюшни, практично спланированные в форме буквы «п», с двором в центре. Во дворе уже стояли наготове две оседланные лошади, привязанные к вделанным в стену железным кольцам, — Тинкербелл и Рейнджер. Пони Тинкербелл — маленькая серая очаровашка, а гнедой Рейнджер, на котором охотился полковник, — здоровенный коняга, прямо-таки слон, подумала, с опаской поглядывая, Джудит. С мощными ногами, с лоснящейся, выхоленной шкурой, под которой перекатывались бугры мышц, он казался невероятно сильным и устрашал одним своим видом. Джудит решила держаться от него подальше. Пони она погладит, скормит ей даже кусок сахару, но к этой громадине близко подходить не стоит.

При животных находился молодой человек, он подтягивал подпругу у серенькой лошадки. Заметив их приближение, он выпрямился в ожидании, положив руку на шею пони.

— Привет, Уолтер! — крикнула Лавди.

— Привет!

— У тебя уже все готово! Ты что, знал, что мы придем?

— Миссис Неттлбед отправила малышку Китти, чтобы предупредить меня. — Он кивнул Джереми: — Привет, Джереми, не знал, что ты здесь.

— Выдалась пара свободных деньков. Как поживаешь?

— Да неплохо! Едешь с нами, да?

— Нет, только не сегодня. Мы с Джудит пройдемся пешком до бухты, прогуляем собак. Познакомься — Джудит Данбар, подруга Лавди.

Уолтер слегка повернул голову в сторону Джудит и кивнул ей: «Привет».

Это был необыкновенно привлекательный юноша — стройный, смуглый, загорелый, как цыган, с вьющимися черными волосами и темными, точно кофейные зерна, глазами. На нем были вельветовые бриджи, плотная рубашка в синюю полоску и кожаный жилет, на загорелой шее повязан желтый хлопчатобумажный платок. Сколько ему лет? Шестнадцать? Или семнадцать? Впрочем, выглядел он старше, как вполне зрелый мужчина, и на подбородке у него уже пробивался темный пушок — предвестие настоящей бороды. Джудит он напомнил Хитклиффа из «Грозового перевала»[28], и ей не составило труда понять, почему Лавди так жаждала покататься сегодня на Тинкербелл. Даже Джудит полюбила бы верховую езду, будь у нее такой эффектный компаньон, как Уолтер Мадж.