Доктор Данилов на кафедре - Андрей Шляхов

Снег и отсутствие освещения на удалении от корпусов существенно ограничивали территорию прогулки. Можно было ходить туда-сюда от конца правого корпуса до конца левого или закладывать плавные повороты, чтобы гулять по кругу. Данилов выбрал второй вариант.

Постояльцы оказались законопослушными — никаких фейерверков. И вообще на территории было тихо и пустынно.

— Странно, что не слышно, как празднуют… — сказала Елена.

— Ресторан на той стороне, — ответил Данилов, — через холл и коридор. А камерные праздники по определению нешумные. Ничего, сейчас народ скажет все положенные тосты и начнет выходить на улицу освежиться.

Точно услышав его слова, из главного входа вышла компания. Семь человек, из которых двое были в колпаках Деда Мороза. Почему-то все с сумками. Вышли, расселись по двум автомобилям и уехали в ночь.

— Куда это они? — удивилась Елена.

— В магазин за добавкой исключается, — начал рассуждать вслух Данилов. — Ночью спиртное не продают, да и в магазин такой толпой не ездят. Одно из двух: или отправились с поздравлениями по друзьям, или срочно вызвали на работу. Может, это врачи, какая-нибудь бригада микрохирургов, или группа следователей по самым важным делам… Хотя не исключено, что ребята дружно отравились салатом оливье…

— И поехали сдаваться на Соколиную гору![53]

— Не иначе.

— Хорошо бы сейчас кружку горячего глинтвейна! — вслух помечтала Елена. — Как я не сообразила взять плитку?

— Мне кажется, что за нее в номере здесь расстреливают без суда и следствия, — Данилов не так чтобы и шутил. — Выводят туда, под елки, и расстреливают! И потом, ведь тебе нельзя пряности, а что такое глинтвейн без них? Так, подогретое вино…

— Ой, а что же Никита нас не поздравляет?! — всполошилась Елена, доставая из кармана мобильный.

— Дай парню спокойно встретить Новый год, — попросил Данилов. — Ты ему уже три раза звонила!

— Когда это было? Еще в прошлом году?

Елена отпустила руку Данилова, нажала «двойку», на которую был забит для быстрого вызова номер Никиты, и поднесла трубку к уху.

Тот долго не отвечал. Они успели пройти не меньше пятидесяти метров.

— Празднует и не слышит, — сказал Данилов, чувствуя, что Елена начинает волноваться.

— Я ему дам — не слышит, — пообещала Елена. — Ну, наконец-то! Ты где?.. Все нормально?.. Ты сыт?..

«Что за дурацкий вопрос? — удивился Данилов. — Как можно остаться голодным в новогоднюю ночь?»

Сам он, кстати говоря, не прочь бы был подкрепиться. С собой на улицу они взяли вино, бокалы и мандарины с конфетами, прочая снедь осталась лежать в стареньком холодильнике «Саратов», хоть и небольшом, но очень громко работающем.

— А что вы пьете?.. Никита, я тебя очень прошу… Ничего, послушай еще раз… Как придешь домой — сразу же отзвонись мне!.. И не вздумай шляться по улицам — там сегодня одни пьяные!.. А ты точно не… Что сразу «мама»? Мама беспокоится… Вот будут у тебя свои дети… Хорошо… Хорошо… Пока.

— Вы так и не поздравили друг дружку с Новым годом, — заметил Данилов.

— Ой, правда! Спасибо, что напомнил! Сейчас…

На этот раз разговор вышел коротким — поздравились, и все. Тем временем из санатория вышла на улицу еще одна компания, точнее — семья. Папа, мама и дочь лет пятнадцати. Вышли, огляделись вокруг, сели в машину и уехали. Дверцами хлопали как-то резко, сердито. «Что за исход?» — удивился Данилов.

Ответ на вопрос он получил через полчаса, когда они возвращались в номер.

— Это же надо так лохануться! — возмущалась вышедшая навстречу компания, тоже с сумками. — Весь праздник насмарку… Недешево, но очень сердито…

— Кажется, камерная программа не вставила народ, — негромко сказал Елене Данилов.

Громкие голоса разбудили Марию Владимировну. Елена взяла ее на руки и ушла вперед, а Данилов остался у входа и начал стряхивать снег с колес коляски. Снег был не только на колесах, но и в решетчатом багажнике — зачерпнул по дороге.

Из разговоров людей, косяком поваливших с праздника, Данилов понял, что камерная программа провалилась с треском.

— Где они нашли такую дуру в ведущие?..

— Шведский стол не имеет права заканчиваться…

— Я не ожидала много от коктейлей, входящих в стоимость праздника, но подавать паленый джин-тоник…

— Лучше бы Деда Мороза со Снегуркой пригласили вместо этой выдры…

— На уровне?! Уровень?! Какой тут может быть уровень?! Лучше бы я остался дома!..

— Боже мой! Какое убожество! Какой гребаный стыд! А мы еще Сашу с Пашей приглашали…

— Б…! Как так можно?!

В холле администратор орала на двух весьма респектабельных мужчин постарше и помоложе:

— Что значит: «Обслуживающий персонал мог быть и повежливее»? Мы не обслуживающий, а медицинский персонал! У нас не публичный дом какой-нибудь, а приличный санаторий! А если кому не нравится, то скатертью дорога!..

— Мы все сделали правильно, — объявил Данилов, вернувшись в номер. — Кажется, здесь одни только мы довольны встречей Нового года. Правда, если уж говорить начистоту, то следующий Новый год мне хотелось бы встретить в каком-нибудь другом месте…