Дейзи Фэй и чудеса - Фэнни Флэгг

Тут папа и Билли Банди хватают меня, тащат в дом и держат там три дня, а в пятницу я впервые после смерти покажусь на люди на религиозном собрании. Звучит вроде неплохо.

Девочка из Южной Америки, удочеренная Юными дебютантками, продолжает слать письма, но никто на них не отвечает, так что я все-таки напишу ей и скажу, что миссис Дот заболела, но не волнуйся, мы все равно будем посылать тебе деньги.

Могу поспорить, она вылитая Кармен Миранда![70]

2 марта 1953

Я восстала из мертвых. И вы просто не поверите, что было.

Вчера в час ночи я надела балахон хористки и мы втроем с Билли и папой выволокли лодку. Я села и поплыла. С собой мне дали проектор, фонарь, надувной круг, кусачки и несколько батончиков «Питер Пол».

Билли разрешил взять его «Таймекс», водонепроницаемые, противоударные часы, которые я должна выкинуть, когда брошу лодку, потому что человеку, спустившемуся с небес, негоже иметь на руке «Таймекс», так он считает. Пришлось согласиться, хотя я б с удовольствием оставила их себе, раз ему не нужны.

Еще у меня был листок с инструкцией — на случай, если забуду, что делать. Папа сказал — если умеешь прочесть инструкцию, что угодно сумеешь, и вот инструкции читать он меня научил на всю жизнь. Я гребла, гребла и гребла, как можно дальше, и в первый же час съела все батончики.

Конечно, за пять часов сидения в лодке, в темноте, я замерзла. В голову лезли мысли об акулах и о том, что хорошо бы по-настоящему не утонуть.

Честно говоря, пару раз я еле удержалась, чтобы не рвануть назад, но все же удержалась, зная, что папа меня убьет. Когда встало солнце, я кинула взгляд в сторону земли… Лодку прибило к самому причалу! Я схватилась за весла и гребла как бешеная, пока не оказалась на месте, чтобы вовремя запустить проектор.

Было как раз 6.45. Без сил, выжатая как лимон, я включила аппарат, вынула кусачками гвоздь, выкинула отличные часы и выпрыгнула с кругом из лодки, держа курс к берегу. С пляжа уже доносились голоса, а над водой начали выписывать круги вертолеты. Думала, не дотяну, однако в нужный момент выпустила круг и дальше поплыла по-собачьи.

Добравшись до места, где ноги доставали дна, я встала, глянула на берег и тут же подняла глаза. В жизни не видела столько народу. Довольно затруднительно идти в воде со сложенными для молитвы руками и глядя в небо. Трижды я падала. Надо было потренироваться так ходить, вот что. Когда я вышла на песок, все начали кричать и побежали ко мне — мистер Кертис Хонивелл и его девичья армия, Майкл и все его семейство, полицейские и береговая охрана, да что говорить, весь город бежал мне навстречу.

Первым схватил меня папа и разыграл прекрасную сцену, в точности как Кэри Грант[71]в фильме «Грошовая серенада», когда он думал, что его дочурка умирает. Билли Банди носился туда-сюда по пляжу и вопил: «Смотрите на крест, смотрите на крест!» — чтобы уж наверняка все увидели.

Я произнесла свою реплику о том, что сошла с небес с важной вестью, причем повторила дважды, чтобы все услышали. Потом папа уволок меня домой и спрятал в спальне.

Папа не рассказал Джимми Сноу про чудо, и тот примчался с загипсованной рукой. Увидев меня живой, он сел на песок прямо где стоял и заплакал как ребенок. Не обращая никакого внимания на крест. Весь день приходили репортеры и знакомые, но папа и Билли Банди ни с кем не разрешили мне видеться до религиозного собрания.

Я слышала, как папа разговаривал с ними через дверь, обещая больше не брать в рот ни капли спиртного, потому что Господь оставил в живых его дитя. Он сильно переигрывал, к тому же под предлогом того, что хочет проведать доченьку, заглядывал в комнату приложиться к бутылке. Приходила миссис Андервуд, было так жалко, что нельзя с ней увидеться, но папа объяснил, что это может испортить все дело.

Комната была заставлена картонными фигурами, вентиляторами, прожекторами и вывесками, которые гласили: «Приходите поглядеть на Девочку, вернувшуюся из Царства мертвых с посланием от Господа», и миссис Андервуд могла что-то заподозрить.

Папа обещал сказать Джимми Сноу, что я не тонула. Не могу видеть Джимми таким расстроенным. Наверное, про меня напишут в газетах, поскольку ничего более значительного здесь не случалось с тех пор, как сгорел коктейль-бар.

23 марта 1953

До сих пор не пойму, что пошло не так. Папа арендовал для религиозного собрания танцзал через дорогу от нас. Билли Банди объявил по радио, где и когда оно состоится. Еще объявил, что сфотографировал крест и за пожертвование в 5 долларов может послать фотографию желающим. Он прочитал проповедь, основанную на том, как их поведет куда-то дитя, и добавил:

— Пока человек не станет невинен, как ребенок, он не сможет войти в Царство Небесное.

Получилось просто блестяще.

Днем мы пошли в танцзал расставить фигуры, фены и прожекторы и порепетировать. Я должна была ждать в женском туалете, пока Билли прочтет проповедь и расскажет, как он стал свидетелем возвращения меня из мертвых. Папа арендовал орган и нанял мисс Ирму Джин Слоусон сыграть «Давайте соберемся у реки» во время моего выхода на сцену. Он подумал, что песня про воду подходит больше всего, раз я утонула. Ирма Джин в этом году сделала себе имя на съезде Будущих фермеров Америки в Робертсдейле.

Папа уже договорился, что парковка для посетителей будет стоить десять центов, но он и не мечтал, что понаедет столько народу. У многих он даже не смог взять свои десять центов. У человека, которого он нанял продавать питье и хот-доги, хот-доги закончились прежде, чем началось собрание. К семи часам разобрали все складные стулья, которые папа взял напрокат, а люди все прибывали. Билли Банди раздобыл для меня темно-вишневую робу хористок баптистской церкви Магнолия-Спрингз и алмазный нагрудный крест. Это должно было стать моей официальной униформой. Папа подрумянил мне щеки и подкрасил ресницы тушью «Мейбелин», которую одолжил у Рэйетты Уокер (она на него перестала злиться). От меня требовалось только пройтись по сцене с видом святой, немного рассказать о путешествии на небеса и выйти к аудитории с корзинкой для пожертвований.

Поначалу все шло просто отлично. На Билли Банди был черный костюм и галстук-бабочка, и он рьяно распинался про пылающие адские костры и про то, что Господь прислал дитя, дабы все спаслись. Он говорил что-то вроде: «Пустите детей приходить ко Мне». Я не все расслышала из туалета, но людям явно нравилось, поскольку они то и дело кричали «Аминь». Потом он перешел к той части, где я была на небесах и вернулась из царства мертвых с посланием для живущих. Знаком, что пора выходить, мне должен послужить тройной стук мисс Ирмы Джин Слоусон в дверь туалета. После чего надо досчитать до десяти, чтобы дать ей время вернуться к органу. Я уже вся изнервничалась в ожидании знака, и тут вдруг мисс Ирма Джин влетает в туалет, чтобы им воспользоваться, потом выскакивает и трижды стучит в дверь.