Стоянка запрещена - Наталья Нестерова

А тут звонит девушка, Лена Семёнова:

– Передайте Володе Негодину, чтоб он знал, что я его люблю, и песню Алсу «Ангел»…

– Володя Негодин! – обращаюсь я. – Лена Семёнова вас любит. Согласитесь, это романтично – получить объяснение в любви с помощью радио. Не перевелись ещё на Руси Татьяны Ларины, что отрадно. У наших женщин также нет недостатка в горящих избах и в конях на скаку.

Следующий звонок:

– Я хочу поздравить моего мужа.

– Поздравляйте, только скажите, как зовут – мужа и вас.

– А мы разошлись.

– Но имён не потеряли?

– У меня его фамилия осталась. Не хочу произносить, чтобы знакомые не узнали.

«Зачем тогда на радио звонишь?» – думаю я.

Вслух спрашиваю:

– Удобно спросить о причине развода?

– Он ушёл к другой.

– Бывает. Перефразируем народную мудрость: если муж уходит к другой, то неизвестно, кому повезло. Мадам Инкогнито, с чем вы хотите поздравить экс-супруга?

– С днём свадьбы.

– Высокие отношения! На моей памяти есть только один пример столь трогательного благородства. Когда мою подругу сбила машина – не покалечила, но синяки долго не проходили, – она, подруга, выскочившему водителю сказала: «Уезжайте скорей, а то отвечать придётся». (На самом деле это была я сама, но не признаваться же в эфире.) Какую песню поставим для всех неверных мужей?

– «Ещё люблю» в исполнении «А-Студио».

– Как прикажете. Любовь, как известно, зла.

– У меня близнецы родились! – Взволнованный мужской голос. – Девчонки, два кило триста и два пятьсот. Они сейчас вас слушают!

– Новорожденные? – чуть не поперхнулась я.

– Да нет же! – удивляется моей тупости молодой отец. – Женщины в роддоме, в палате. У меня записано: Света Яковлева, мальчик три семьсот, Оля Воронова, девочка два шестьсот…

Он перечисляет, я записываю имена рожениц и вес новорожденных.

– Дорогие друзья, не знаю, выпадет ли мне ещё такое удовольствие, как поздравить в эфире людей, ставших мамами и папами, новоиспечённых бабушек и дедушек, врачей, которые принимали роды и которые дежурят сегодня вечером. От всей души, от имени тех людей, которые сейчас ликуют, хочу поздравить Свету Яковлеву, родившую мальчика весом три килограмма семьсот граммов, Ольгу Воронову, давшую жизнь малютке с хорошим весом два шестьсот…

Я перечислила рожениц, что было, наверное, лишним с точки зрения экономии эфирного времени. Но ведь людям приятно снова услышать свои имена.

– Слушайте песню в исполнении Татьяны Овсиенко «Мой малыш».

– Алло! Вы в эфире, говорите! Алло!

– У меня собака пропала. – Сдавленный женский голос сквозь рыдания.

– Сочувствую, но вы позвонили на передачу «Поздравляю вас!» К сожалению…

– Помогите! – крик души.

Я поднимаю руку, сигналя Игорю – «не отключай!»

Беру на себя смелость:

– Говорите приметы собаки, только быстро.

– Её зовут Веста, она дворняжка, но очень умная, рыжая с чёрным, а ножки белые. Пожалуйста, кто найдёт, позвоните по телефону… Спасибо!

– Боюсь, что благодарите вы преждевременно, сейчас вам потащат всех бездомных псов. Следующий звонок. Алло?

– Меня зовут Харитонов Андрей Степанович.

– Очень приятно. Кого вы хотели бы…

Перебивает:

– Я прожил нелёгкую жизнь, а вам ещё хуже светит. Потому что раньше был порядок, а теперь всё продается и покупается…

Сталин! Узнала. Только в день захвата он представился Ивановым Сергеем Владимировичем. Сейчас он нам устроит концерт без заявок. Ах, дед! ОМОНа тебе мало?

«Отключай!» – машу Игорю.

– Дорогие друзья! Андрей Степанович Харитонов, звонок которого, к сожалению, прервался, – один из самых активных слушателей нашей радиостанции. Он регулярно звонит на все передачи и задаёт интересные, – подчёркиваю голосом, – вопросы, за что мы ему признательны. Песня «Выйду в поле с конём» прозвучит для Андрея Степановича, а также для Ольги Ворончук, Валерия Скворцова, Петра Войкова, которые празднуют сегодня день рождения, для молодожёнов…

Под последний трек я подогнала все заявки, пришедшие по эсэмэс.

Легко вырваться на свободу, прочитать Костины записки мне было не суждено. В аппаратной поджидала Лара:

– Продюсер Сеня хочет с тобой поговорить.

Я ушмыгнула бы – потом, завтра, в следующем веке поговорим. Но Лара, словно чувствуя моё настроение, под конвоем доставила меня в кабинет руководства.

Семён Викторович не сидел, как обычно, за столом, а расхаживал по кабинету, возбуждённо потирая руки.

– Классно, супер, не ожидал. А я в тебя не верил. Спасибо Косте! Пришла затурканной девицей, тени своей боялась. Пищит про русский язык. Ну как здоровско! Но про сбежавших собак – это перебор. Начнут теперь бесплатные объявления делать. Хотя! Изменить жанр? «Поздравлялку» в «болталку» превратить? А? Мысль? Надо обмозговать.

– Вы Сталина узнали?

– А то! Меня чуть инфаркт не хватил. Ты его мастерски – про «постоянный слушатель», «интересные вопросы» – заболтала. Так держать, Ася! Мы всех умоем!

Смогу ли я «так держать»? Чего я наговорила? Неужели поток моего воспалённого сознания, жаждущего единственного: прочитать заветную рукопись, был кому-то интересен?

Очевидно, на моём лице отразилось сомнение, которое Семён Викторович растолковал по-своему.

– Уже сманивали, да? Гонорары большие обещали? Ася, не верь им! Сначала покупают за сумасшедшие бабки, потом кидают. А ты ведь у нас начинала.

«Он думает, что меня переманивают конкуренты, – сообразила я. – Успокоить? Сказать, что ни за какие деньги не перейду на другую станцию? Нет, лучше промолчать».

– Повысим тебе ставку, – расщедрился продюсер, но тут же поправился, – если на том же уровне проведёшь ещё несколько «поздравлялок».

– Сколько? – спросил кто-то меркантильный вместо меня, но моим голосом.

– Пять выпусков. Ладно, три. Два, согласен.

– У меня есть ещё одно условие, – продолжал чужак из моего сознания. – Идея не слишком затратная, но сулящая большие выгоды в рейтингах. Сайт передачи «Словарик». Надо оплатить создание и поддержание сайта.

– Понял. Сколько?

Семён Викторович соображал быстро, но и я не отставала:

– Цену назовут программисты. Не думаю, что высокую. Это Костины друзья и… мои.

– Плачу! А ты поклянись, что не перепрыгнешь. Моим здоровьем поклянись. У меня язва, в любой момент в нутро прорвётся.