Выбор, или Герой не нашего времени - Серж Середа

Итак, к осени 1993 года в России сложился своеобразный, как сказали бы географы, водораздел. До этого времени два политических потока, два политических взгляда на дальнейшее развитие страны, несмотря на бурные дискуссии, происходившие в стенах Верховного Совета, в Кремле, на страницах газет и журналов и на экранах телевизоров, существовали как-то мирно.

Один из таких вышеупомянутых потоков направлялся президентом России и его окружением. За второй группой политиков, представлявших, по их заявлениям, интересы основной массы россиян, которые остались у разбитого корыта после начала так называемых экономических реформ, стоял Верховный Совет России (Съезд народных депутатов Российской Федерации). Сторонники этого курса добивались ограничения власти президента. По сути обстановка накануне осени 1993 года напоминала уже известную ситуацию после падения царского режима в России 1917 года под названием «двоевластие». Недовольные экономической политикой президента Ельцина, приведшей к обнищанию большей части российских граждан, депутаты Верховного Совета России хотели отстранить его от власти. Они попытались набрать большинство среди депутатов и проголосовать за его отстранение. Сделать этого не удалось.

Это окончательно раззадорило самолюбие Ельцина, и он решил наконец показать, кто в доме хозяин. Так появился знаменитый Указ № 1400 президента России о роспуске Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета России. С этого момента мирный процесс перехода и реформирования России подошёл к концу. Досужее утверждение прикормленных Кремлём политиков и историков ельцинского периода о мирном реформировании президентом России прежней коммунистической власти оказалось блефом.

* * *

В этот день Андрей прибежал из школы весь взъерошенный и взволнованный и прямо с порога квартиры прокричал: «Мама, включай быстрее телевизор, там такое…»

– Что же там такое особенное, сынок? – произнесла с улыбкой Ирина.

– Мама! В Москве танки палят по Белому дому!

Теперь с лица Ирины улыбка сошла и появилось некоторое любопытство. Она подошла к телевизионному приёмнику и включила его.

На экране телевизора сразу мелькнули кадры разворачивающихся на московских улицах событий. Из танков снарядами стреляли по Дому Правительства РФ на Краснопресненской набережной. На верхних этажах Дома Правительства из некоторых окон шёл дым и вырывалось пламя. Слышались отдалённые возгласы людей, видимо, стоящих недалеко от телевизионных камер, причём некоторые из них явно напоминали приветствия и восторг. Доносилось громкое «Ура!».

– Мам, а мам, смотри, стреляют… правда, здорово! – не унимался Андрей.

– Сынок, я не вижу здесь особого повода для радости, а тебе надо делать уроки. Так что давай, друг, дуй в свою комнату и занимайся. Папа ждёт тебя вечером на тренировку.

После этого Ирина села к телефону и начала звонить родителям в Москву. Трубку снял Борис Борисович.

– Привет, пап! Как ты сам, как здоровье?

– Ничего, дочка, пока нормально. Как у вас и как дети?

– У нас дома всё нормально. Ты сейчас смотришь телевизор?

– Да, дочка, смотрю… с сожалением.

– Папа, что же это такое творится?

– Помнишь, дочка, совсем недавно мы с тобой говорили на эту тему. И вот… мои слова, к сожалению, сбываются.

– Но, папа, это же преступление. Стрелять из танков по своему же народу.

– Ирочка, помнишь, я тебе как-то сказал, что Россия устала от единоначалия и вождей. Ей нужен продолжительный отдых. Я высказывал свою точку зрения относительно характера и методов работы Бориса Николаевича Ельцина ещё при Михаиле Сергеевиче. Но надо мной тогда посмеялись и отправили на пенсию. И вот результат.

– Папочка, может, нам надо к вам приехать. Как вы без нас там одни?

– Нет, дочка, пока не беспокойся, мы сейчас на даче, а события развиваются в основном в центре города. Нам уже соседи рассказали, что в районе Красной Пресни повально ОМОН (отряд милиции особого назначения) избивает всех прохожих, которые только попадаются под руку. Бьют жестоко.

– Папочка, как такое возможно?

– Горбачёв в своё время ушёл спокойно, понимая, что время его закончилось. А этот деятель цепляется за власть, потому что ему есть что беречь и чего бояться. Он и его семья так набили карманы, что уходить нельзя. Трудно расставаться с царской жизнью. Этому сценарию накануне предшествовали другие события. Руководство Верховного Совета России не признаёт президента законным главой государства. Они забаррикадировались в Доме Правительства на Краснопресненской набережной.

– Да, папуля, здесь нашла коса на камень. Это уже битва насмерть, как я поняла.

– Наш знаменитый мэр Москвы сказал, что после отключения в здании всех видов энергии они скоро потонут в собственном дерьме. А теперь ещё начали обстреливать Дом Правительства из танков.

– Ужас, папа, ужас! И это называется советское общество. А жена мэра вчера ещё крутила гайки на заводе, а сегодня у неё уже миллиарды. Рассказала бы, как ей удалось. Из грязи в князи!

– Дочка, это понятно. Они у власти, и всё у них схвачено, как теперь стало модно говорить. Все государственные заказы они забирают себе и «пилят» бюджетные деньги. Прежний мэр был романтик и честный человек. Не подошёл. Сейчас взяли, как теперь говорят, крепкого хозяйственника.

– Да, я тут видела по телевизору ещё одну картину. Генерал Макаров стоял на балконе Дома Правительства и кричал, что не будет больше ни мэров, ни пэров, ни, прости меня, херов, а потом дословно: «Идите и выкиньте их оттуда на х*й!»

– Да, дочка, к тому же он стопроцентный антисемит. Соседка наша по даче, Мария, ты её знаешь, у неё сын корреспондент российского телевидения…