Семь сестер. Сестра жемчуга - Люсинда Райли

– Вот я и задаюсь порой вопросом, – продолжила она, – кому же из двоих ты отдашь в конце концов предпочтение? Ведь братья-близнецы такие разные. Так ты уже определилась со своим выбором, дорогая моя?

До сей поры Китти и в голову не приходило, что богатые наследники, братья-близнецы Мерсер, могли увидеть в ней нечто большее, чем просто объект для всяких незлобивых розыгрышей (Драммонд) или обыкновенную младшую сестренку (Эндрю), а потому она ответила со всей откровенностью:

– Думаю, миссис Мак Кромби, вы сильно заблуждаетесь. Ведь семейство Мерсер принадлежит к богатейшим фамилиям Аделаиды…

– Если не всей Австралии, – тут же поспешила уточнить миссис Мак Кромби.

– Да! Тем более! А кто я? Бедная дочь священника из Лейта. Я никогда даже и в мыслях не держала, что являюсь подходящей партией для любого из братьев. И не считала себя достойной войти в их семью…

Прозвучал звонок в дверь, и тема разговора была исчерпана.

– Что ж, моя дорогая, – миссис Мак Кромби прочувствованно прижала Китти к своей могучей груди. – Поживем – увидим. А сейчас, пользуясь возможностью, я поздравляю тебя с Новым годом и от всей души желаю, чтобы наступающий 1907 год стал для тебя самым счастливым. И я точно знаю, что так оно и будет.

Китти проводила миссис Мак Кромби взглядом. Почтенная матрона плавно выплыла из комнаты, словно огромное судно под всеми парусами. Но вот дверь закрылась, и Китти тотчас же опустилась на кровать, испытывая одновременно и облегчение, и полное смятение от того, что только что услышала.

В чем Китти была абсолютно уверена, так это в том, что у нее хорошо получается танцевать шотландский хороводный танец под названием «рил». Этому мастерству Китти и ее младших сестер обучила мама. Частично потому, что сама Адель обожала танцы, а частично из-за того, что рил был отличным способом согреться долгими зимними вечерами в Лейте. Да и чем еще можно было заняться в их холодном доме?

Но как же пригодились все эти навыки, приобретенные в родительском доме, сегодня вечером, думала Китти, самозабвенно отплясывая под мелодию песенки «Герцог из Перта». Правда, Китти немного завидовала мужчинам, облаченным в килты. У тех хоть ноги были голые. А тут шелковое платье, тугой корсет, да еще тяжелый шарф-тартан, скорее целая накидка. Китти чувствовала, что уже вся покрылась потом, как тот грязный поросенок. Ну и пусть, думала она. Сегодня это ее ни капельки не волнует, и она продолжала танцевать один рил за другим, все время меняя партнеров. Наконец, уже где-то ближе к полуночи, она совсем выдохлась и присела отдохнуть. Эндрю тотчас же принес ей большой бокал фруктового пунша, чтобы хоть немного утолить жажду.

– Вот так дела, мисс Макбрайд! Сегодня вечером вы открылись всем нам с еще одной стороны. Оказывается, вы замечательно танцуете.

– Спасибо, – поблагодарила Китти за комплимент, тяжело дыша. Только бы Эндрю не приближался к ней вплотную. Она была уверена, что уже вся провоняла потом.

Через несколько минут Эндрю сопроводил Китти в холл, где уже собрались и все остальные гости. Все с нетерпением затаились в ожидании. Кто же первым переступит порог под бой курантов? Кого им придется сегодня приветствовать первым? Такова старинная шотландская традиция, и в доме Мерсер она соблюдалась неукоснительно. Все собрались вокруг рождественской елки. Она уже успела изрядно поредеть. Густой слой иголок лежал на полу. Китти остановилась рядом с Эндрю.

– Осталось десять секунд! – зычным голосом выкрикнул Стефан. И все гости стали хором отсчитывать оставшееся время, пока часы не пробили полночь. Все тут же бросились обнимать друг друга и поздравлять с Новым годом.

Неожиданно Китти обнаружила, что Эндрю тоже обнял ее.

– С Новым годом, мисс Макбрайд! С новым счастьем! Хотел бы попросить вас…

Китти взволнованно глянула в его лицо:

– Что именно?

– Можно мне впредь называть вас просто Китти?

– О да! Конечно!

– Что ж, лично я очень надеюсь, что в наступившем 1907 году наша дружба… окрепнет. Я… то есть, я хочу сказать, Китти…

– С Новым годом, мой мальчик! – прервал их разговор Стефан и ласково потрепал сына по спине. – Не сомневаюсь ни минуты, ты еще заставишь меня гордиться твоими успехами в Бруме.

– Постараюсь оправдать твое доверие, отец.

– С Новым годом, мисс Макбрайд! И с новым счастьем тоже! Вы стали истинным украшением нашего новогоднего семейного вечера и всех рождественских праздников. – Стефан слегка подался вперед и тепло расцеловал Китти. Его закрученные усы приятно пощекотали ее щеку. – Хочу за нас двоих выразить надежду, что вы изыщете возможность задержаться в Австралии и погостить у нас подольше. Не правда ли, мой мальчик? – Стефан выразительно глянул на сына и двинулся дальше по кругу поздравлять с Новым годом остальных гостей.

Эндрю тоже поспешно ретировался, извинившись. Дескать, надо поздравить маму. Китти же направилась на веранду, чтобы подышать немного свежим воздухом.

Внезапно пара сильных рук подхватила ее с земли и закружила в воздухе, а через какое-то время снова поставила на землю.

– С Новым годом, мисс Макбрайд! С новым счастьем, Китти… Кэт… Да, имя Кэт подходит вам больше. Вы похожи на такую грациозную кошечку. И такая же легкая на подъем, сообразительная… гораздо умнее, чем показались мне с самого начала. Думаю, большинство людей даже не подозревают о том, насколько вы умны. Словом, вы – самый настоящий воитель, и вам не страшны любые опасности.

– Вы так считаете? – Голова у Китти все еще кружилась, и она изо всех сил пыталась обрести равновесие. Но вот она глянула на Драммонда. – А вы не пьяны случаем?

– Тише! Прошу вас! Ни слова больше, мисс Китти-Кэт. Возможно, я и в самом деле немного навеселе. Но люди утверждают, что я само очарование, когда нахожусь под мухой. Кстати, хочу вам кое-что сказать.

– Что же именно вы хотите сказать мне?

– Наверняка вы знаете, что в доме полным ходом идут разговоры и разрабатываются всяческие планы касательно того, чтобы вы вошли в нашу семью уже на постоянной основе.

– Но я…

– Не притворяйтесь! И не делайте вид, что вы этого не знаете. Ведь это же очевидно всем! И все видят, что Эндрю без памяти влюблен в вас. Я собственными ушами слышал, как эту тему обсуждали мои родители. Отец – целиком «за». Мама, по каким-то непонятным, думаю, сугубо женским причинам, настроена менее решительно. Но поскольку в этом доме решающее слово всегда за отцом, то не сомневаюсь, официальное предложение руки и сердца не заставит себя долго ждать.

– Уверяю вас, я ни о чем таком и не помышляла.

– Тогда здесь одно из двух. Либо вы само воплощение скромности и чистоты, либо гораздо глупее, чем я думал о вас. Естественно, Эндрю, как старший брат, имеет все права первородства. Но прежде чем вы примете окончательное решение, я бы тоже хотел поучаствовать в этом соревновании. Швырнуть, так сказать, свою шляпу в кольцо. А для начала скажу вот что. Как женщина, как представительница слабого пола, вы обладаете целым набором качеств, которые меня восхищают. И потому…