У кромки воды - Сара Груэн

На следующее утро Анна вышла на работу и подала завтрак, словно ничего и не случилось. Я гадала, не сочла ли она, что две смерти в Фойерсе удовлетворили вурдалачьи требования Каниг.

Я исподтишка наблюдала за ней, надеясь, что нечто хрупкое, возникшее между нами вчера, не переменилось и что она позволит мне снова помочь ей с уборкой, но выяснить это прямо сейчас я не могла, потому что Эллис и Хэнк еще не ушли.

Ни один из них ни слова не сказал про то, что у них в комнатах прибрались. Вместо этого они с жаром и негодованием рассуждали о том, почему все считают себя вправе судить их, хотя Черная борода явно годен к службе, разве что пальца у него не хватает, но это ведь не мешает ему стрелять. Все это они говорили при Анне, словно ее не существовало, и я сжималась от неловкости. Она в дальней части комнаты выметала камин метелкой из прутьев. Лицо у нее было непроницаемое, но я знала, что Анна все слышит.

Я уже почти отчаялась, что они вообще уйдут, когда появился Джордж с фургоном.

– Я тебе дверь смазал, – сказал он, застенчиво глянув на Анну и качая дверь взад-вперед. – Вчера днем, как вернулся.

– Очень любезно с твоей стороны, – ответила она, не глядя на него.

Несколько секунд он открыто таращился на Анну, и по его пораженному лицу я поняла, что он в нее влюблен.

– Ну, я тогда снаружи подожду, – сказал он Эллису и Хэнку.

– Мы сейчас. Слушай, компас еще у тебя? – спросил Эллис, повернувшись ко мне. – Нам бы еще один.

– В правом кармане пальто, – ответила я. – Оно у двери висит.

Эллис подошел к двери и пошарил в моих карманах.

– Когда это ты занялась ботаникой? – спросил он, глядя себе на ладонь.

Вернувшись к столу, он высыпал на него горсть красных и бурых мухоморов.

– Выброси их. На вид они ядовитые.

Эллис и Хэнк засуетились, надевая пальто и шляпы и собирая снаряжение. Когда за ними наконец закрылась дверь, единственным звуком в тишине остался мерный шорох метлы, которой Анна подметала каменный пол.

Я хотела начать разговор и выяснить, как обстоят дела, но, несмотря на то что Хэнк и Эллис ушли, их присутствие все еще висело в воздухе, как облако сажи.

Наконец Анна подняла глаза и сказала:

– Это у вас там ведьмины кубки. Они не ядовитые, но и вкус у них не очень. Сушеные хороши, если захотите миску в своей комнате поставить.

– Так и сделаю. Спасибо, – ответила я.

– Что с ними не так-то? – спросила Анна.

Мне не нужно было спрашивать, о чем она.

– У Хэнка плоскостопие, а Эллис не различает цвета.

Она подняла брови.

– Ясно.

– Это правда. Он не различает красный и зеленый, ему все видится серым. Он и не знал, пока не попытался пойти добровольцем. Сделать с этим ничего нельзя, но ему не верят. Думают, что он все выдумал. Поэтому мы сюда и приехали: он решил, что, если найдет чудовище, люди вынуждены будут признать, что он не трус.

– И ты тоже так думаешь? – спросила она, продолжая мести пол.

Мгновение я не знала, что сказать. Потом поняла, что больше не стану их оправдывать.

– Вы же слышали, что они вчера сказали мистеру Россу.

– Кому?

– Мистеру Россу. Энгусу.

Она рассмеялась.

– Энгус из Грантов. С чего вы взяли, что он Росс?

– Вывеска, – сказала я. – На ней написано «Э.У. Росс». А в первый день, как мы приехали, вы мне сказали, что он тут главный…