Официантка - Елена Нестерина

Вновь наступило лето, и Карина с годовалым Олежкой приехала пожить к своим родителям. Багажа с ней была полная машина, и родители долго с интересом рассматривали вещи, которые необходимы были для нормальной жизни современного ребенка.

Олежка быстро привык к новым бабушке и дедушке, к тому же он попал в руки к ещё очень молодым и бодрым прабабушке и прадедушке. Он, к радости всех, моментально запомнил, как кого зовут, и лепетал что-то на своем детском языке.

Карина, такая спокойная, довольная жизнью и освобожденная от воспитания ребенка восторженными бабушками и дедушками, встречалась со своими подругами, часть из которых так и осталась жить в городке, а часть приехала домой на каникулы. Замуж кроме неё никто ещё не вышел, и только их с Мариной одноклассники, Сережа и Лиля, собирались осенью расписываться.

— Бедные только мы будем, — жаловалась Карине Лиля, — и родители особо помогать не смогут, и Сережа мало получает. А мне в школе копейки платят.

Лиля сразу после окончания школы поступила учиться в педагогический институт, правда, на заочное отделение, и вот теперь работала учительницей в своей же родной школе, где платили ей, как ещё не получившей высшего образования, очень мало.

— Что будешь делать, — отвечая на удивленный вопрос Карины, нельзя ли что-нибудь тогда изменить, устроиться куда-то, где платят больше, говорила Лиля. — Хорошо хоть такая работа есть, у некоторых вообще никакой. На рынке с тряпками можно сидеть, но тоже впустую. Никто у нас тут ничего не покупает.

Карина сочувствовала ей, но тоже не знала, что делать.

— Хорошо вы, наверно, живете, — вздыхали подруги, рассматривая Каринины вещи.

— Да нет, скромно. — Честно признавалась она.

— Да ладно. Москва…

— И что «Москва»?

— Повезло тебе, в общем.

Карина с удовольствием раздаривала девчонкам наряды, которых набила ей Марина полную сумку. Ей они были совершенно не нужны, она снарядила эти вещи Карине домой, чтобы та модничала в них по улицам городка или отдала маме.

— Ишь, барыня какая, — вырвалось у Валеры, когда он увидел вещи, которые закинула к ним домой Марина накануне отъезда. — Надоели тряпки. Тебе жертвует?

— Что ты говоришь! — вступилась за сестру Карина. — Она же добрая. И любит все время в разном быть, что ты, не понимаешь, что ли? Она и старается. А это все посмотри, какое хорошее и дорогое, куда теперь девать? Не выбрасывать же!

— Тебе обноски зачем?

— Никакие это не обноски! Вот, посмотри! — Карина хватала вещи сестры и прикладывала к себе. — Все новое. А это… Я подружкам раздам, они там у нас в жизни такого не купят!

— Ну только так, без пафоса, — предупредил Валера. — А то будешь… Дама-благотворительница.

— Само собой! Вот увидишь, девчонки будут рады!

Подружки и вправду оказались очень рады. А если кто и завидовал Марине (потому что Карина сразу призналась, что все это добро Маринино), то виду не подавали. Все хорошо знали Карину и то, что её легко можно было обидеть.

— Надо тоже в Москву ехать жить, — мечтательно говорили девчонки. — А Марина там поможет устроиться?

— В ресторан если только, — Карина даже не знала, что и отвечать.

— Ты-то сама будешь ещё работать? — спрашивали наперебой девчонки. Все были в восторге от того, как удачно Карина вышла замуж и вообще устроилась в жизни.

— Не знаю, — признавалась Карина и улыбалась, — может, ещё одного ребеночка соберемся родить.

Но ещё один ребеночек намечался у Ларисы.

— Это вы специально для меня постарались? — шутила Марина, узнав об этом. — Чтоб мне жизнь медом не казалась?

— Работай, — отшучивалась в свою очередь Лариса, но все чаще появлялась в «Сакунтале», потому что ресторан свой любила, да и домашнее однообразие уже успело надоесть.

Марина работала. Попутно ей приходилось вести войну с возникшими вдруг родственниками — детьми родного брата тети Вероники, которые решили, как прямые наследники, разменять её квартиру. Они появлялись у тети в Маринино отсутствие и убеждали её отдать им квартиру, выехать из неё и поселиться в новой однокомнатной квартире где-то в ближнем Подмосковье. Бедная тетя Вероника лишь руками разводила, уже почти соглашаясь на их разумные доводы, что на природе в тихом местечке ей будет очень хорошо, что не нужна ей одной такая огромная площадь, а у них, мол, большие семьи и много детей.

— Так вы хотите переезжать отсюда? — спрашивала Марина, когда тетя со слезами на глазах бросалась рассказывать ей о том, что предлагают её родные племянники.

— Марина, я здесь хочу жить, — жалобно всхлипывала она, — я тут привыкла, люблю все… Может, мне лучше тут остаться?

— Вот и оставайтесь. Это ваша квартира. И только вы можете решить, где вам лучше жить.

Тетя Вероника поселилась в этой квартире через несколько лет после того как вышла замуж за военного. Она так привыкла к своей квартире в старом пятиэтажном доме, который помнила совсем новым, только что построенным, как и её юная жизнь, что даже представить себе не могла жизни где-нибудь в другом месте. Здесь прошли её самые лучшие годы и все, что она могла вспомнить хорошего, было связано с этим домом. Детей у них с мужем не было, так и жили они, радуясь друг другу, муж вышел на пенсию генералом, и все внимание его было сосредоточено на любимой Веронике.

Весь длинный пятиэтажный дом был заселен в основном военными. Здесь до сих пор жили друзья и сослуживцы тетиного мужа, умершего восемь лет назад. Она по-прежнему дружила со многими из них, ходила в гости, гости собирались у нее, и вся одинокая жизнь тетки держалась на этом.

— Что у меня тогда останется? — пыталась объяснить она детям своего брата.

— Надо помогать молодым, — учили те. — Ну куда вам одной столько комнат? Жильцов вы не держите, только Маринка эта на шею вам села, вот и вертит, как хочет. Она сама на вашу квартиру глаз положила, вот и настраивает против переезда.

Когда тетины родственники приехали в очередной раз, Марина устроила им настоящую разборку. Сама она за тетину квартиру на улице Народного Ополчения не очень-то держалась, разве что гараж под домом был ей удобен. От метро нужно было добираться ещё и на автобусе, квартира на пятом этаже, дом «хрущевский» — уже дряхлый и течет, сантехника старая, квартира угловая и в стене трещина, так что особенным подарком тетина жилплощадь не казалась.

Марина давно бы себе квартиру сняла где-нибудь к центру поближе, и более новую и отремонтированную. И не то чтоб тетю ей было жалко, просто раз нашла коса на камень, то Марина решила отвоевать теткино право, чтоб родственники особо не зазнавались.