Крепкий ветер на Ямайке - Ричард Хьюз

И вновь ее блуждающий взор вернулся к зловещей действительности шхуны. Она вдруг почувствовала, что просто смертельно больна от всего этого, что устала, устала невыразимо, неописуемо. Почему она должна быть навеки прикована к этой ужасной жизни? Почему ей нельзя от нее избавиться, почему нельзя опять зажить обыкновенной жизнью, какой живут все маленькие девочки со своими папами и мамами… и деньрожденными тортами?

Отто подозвал ее. Она подошла покорно, но с предчувствием, что сейчас ее казнят. Он повернулся и вслед за ней подозвал и Маргарет.

Эмили была в куда более настороженном состоянии, чем накануне ночью, разговаривая с капитаном. Бог его знает, что у него на уме! Но Отто был слишком поглощен своими мыслями и не обратил внимания, сколько страха в ее глазах. Йонсен на пароходе решал нелегкую задачу, но и Отто не чувствовал особой радости от той задачи, которую предстояло решить ему самому. Он не знал, как к ней приступить — а ведь все зависело от его успеха.

— Слушайте, — все же разродился он. — Вы едете в Англию. Эмили быстро на него взглянула.

— Да? — спросила она, помедлив. Голос ее звучал так, будто она поинтересовалась чисто из вежливости.

— Капитан отправился на этот пароход, чтобы договориться насчет вас.

— А мы потом и дальше с вами останемся?

— Нет, — сказал Отто, — вы поедете домой на этом пароходе.

— А мы потом с вами еще увидимся? — допытывалась Эмили.

— Нет, — ответил Отто. — Ну… может быть, когда-нибудь.

— А они все с нами поедут, или только вот мы двое?

— Ну почему, конечно, вы все поедете!

— О, я просто хотела узнать.

Последовала неловкая пауза. Отто размышлял, как приняться за самое главное.

— Может, нам тогда пойти приготовиться? — спросила Маргарет.

— Вот еще что! — прервал ее Отто. — Вас там всех будут обо всем расспрашивать. Они захотят узнать, как вы сюда попали.

— Мы должны им рассказать?

Отто поразился, с какой быстротой она уловила его мысль.

— Нет, — сказал он. — Мы с капитаном не хотим, чтобы вы это рассказывали. Мы хотим, чтобы вы держали это в секрете, понятно?

— А что мы тогда должны рассказывать? — спросила Эмили.

— Расскажите им… что вас захватили пираты, а потом… высадили в маленьком порту на Кубе…

— Это где была та толстая тетенька?

— Да. А потом мы согласились взять вас на борт нашей шхуны, которая шла в Америку, чтобы спасти вас от пиратов.

— Ясно, — сказала Эмили.

— Вы это скажете, а остальное… будете держать в секрете? — спросил Отто с тревогой.

Эмили одарила его долгим необычайно кротким и ласковым взглядом.

— Ну, конечно, — сказала она.

Ну что ж, он сделал все, что мог; но на сердце у Отто было тяжело. Этот маленький херувим! Он не верил, что она и десять секунд сможет хранить секрет.

— Так, теперь… Как ты думаешь, сможешь объяснить младшим, чтобы они поняли?

— О да, я им расскажу, — просто ответила Эмили. Она немного поразмыслила: — Не думаю, что они вообще много что помнят. — Это всё?

— Всё, — сказал Отто, и они ушли.

— Что он такое сказал? — спросила Маргарет. — О чем это он все говорил?

— Да замолчи ты! — грубо ответила Эмили. — Тебя это не касается!

Но в душе она сама не понимала, на каком она свете. Они что, и правда дадут ей ускользнуть? А может, ее просто дразнят и мучают, а потом остановят в самый последний момент? А может, ее отдадут этим чужим, а те ее повесят за убийство? А может, на том пароходе мама и она ее спасет? Но ведь она любит Йонсена и Отто, как же она с ними расстанется? Милая, родная шхуна… Все эти мысли разом пришли ей в голову!

Но с Лиддлями она повела себя достаточно сурово.

— Ну-ка, идите сюда! — сказала она. — Мы отправляемся на тот пароход.

— А мы будем драться? — довольно робко спросил Эдвард.

— Никакой драки не будет, — сказала Эмили.

— А там что, снова цирк покажут? — спросила Лора.

Тут она рассказала им, что корабль придется опять сменить.

Когда капитан Йонсен вернулся, отирая большим хлопчатобумажным платком пот с блестевшего лба, он, казалось, страшно торопился. Что касается детей, они были в таком волнении, что едва не попадали в шлюпку; в суматохе они и в море чуть не свалились вместо шлюпки. Вот теперь они поняли, зачем их намывали и причесывали.

Сначала никаких трудностей с их отправкой не предвиделось. Но вдруг Рейчел начала вырываться.

— Мои деточки! Мои деточки! — заорала она и принялась бегать по всему кораблю, собирая тряпичные лоскутки, разлохматившиеся обрезки канатов, жестянки из-под краски… скоро руки у нее были полны.

— Ну не можешь же ты взять с собой весь этот хлам! — отговаривал ее Отто.

— Ох, милые вы мои, не могу же я вас бросить! — стонала Рейчел жалобно.

Тут подоспел кок, как раз вовремя, чтобы вернуть себе черпак, и разгорелась бурная ссора.

Йонсен, естественно, был как на иголках. Но расстаться по-доброму было очень важно.

Хосе переправлял Лору через борт.

— Милый Хосе! — вдруг вырвалось у нее, и она крепко обняла его за шею.

И тут Гарри и Эдвард, уже сидевшие в шлюпке, вскарабкались обратно на палубу. Они забыли попрощаться. И все дети стали прощаться со всеми пиратами по очереди, целуя их и расточая знаки нежности и любви.

— Скорее! Ну, скорее же! — нетерпеливо бормотал Йонсен.

Эмили бросилась к нему в объятья, рыдая, будто сердце ее вот-вот разобьется.

— Не отдавайте меня! — умоляла она. — Позвольте мне остаться у вас навсегда! — Она вцепилась в лацканы его сюртука и спрятала лицо у него на груди: — Я не хочу уходить!

Йонсен был страшно тронут и чуть было не согласился.

Но остальные уже сидели в шлюпке.

— Ступай! — сказал Отто. — А то они без тебя уедут!

— Подождите! Подождите! — пронзительно закричала Эмили, в один миг перемахнула через борт и была в шлюпке. Йонсен смущенно потряс головой. Под конец она его совсем запутала.

Но теперь, когда матросы уже гребли по направлению к пароходу, все дети встали в шлюпке в полный рост, рискуя упасть в воду, и закричали:

— До свиданья! До свиданья!

— Adios! — кричали пираты, сентиментально махали руками и похохатывали втайне друг от друга.

— П-приезжайте, встретимся в Англии! — послышался чистый дискант Эдварда.

— Да! — закричала Эмили. — Приезжайте и оставайтесь с нами! Все! Обещайте, что приедете и останетесь!

— Хорошо! — крикнул Отто. — Приедем!

— Приезжайте