Руби - Вирджиния Клео Эндрюс

– Почему? – спросила моя попутчица. – Смело доверься Энни Грей, детка. Энни Грей хранит тайны лучше, чем банковский сейф!

Я вытерла слезы, сглотнула подступивший к горлу ком и выложила все о бабушке Кэтрин, ее смерти, жизни под одной крышей с дедушкой и его планах выдать меня за пожилого противного плантатора. Энни слушала, не проронив ни слова, глаза ее лучились сочувствием. Когда дело дошло до сговора дедушки и Бастера, лицо Энни исказилось от негодования.

– Надо же, что придумал, старый хрыч! – воскликнула она. – Да он просто Papa La Bas!

– Кто-кто? – не поняла я.

– Дьявол! – пояснила Энни. – У тебя есть с собой какая-нибудь его вещь?

– Нет. Зачем мне?

– Жаль, – вздохнула Энни. – А то бы я его проучила – навела бы порчу. Моя прабабка была самой настоящей колдуньей. Ее привезли сюда как рабыню, но она была королевой вуду. Я знаю кучу всяких секретов и премудростей, – прошептала Энни, почти касаясь губами моего уха. – Ya, ye, ye li konin tou, gris-gris! – пропела она.

Сердце мое испуганно сжалось.

– Что это значит?

– Часть заклинания вуду. Вот бы у тебя был клочок волос твоего деда, хотя бы старый его носок, узнал бы он, как торговать внучкой!

– Не надо ему мстить! – прошептала я. – Теперь он ничего мне не сделает!

Энни буравила меня взглядом, словно хотела прожечь насквозь. Глаза ее так сверкали, что казалось, в каждом зрачке полыхает по маленькому костру. Мгновение спустя она удовлетворенно кивнула, погладила меня по руке и откинулась на спинку кресла.

– Да, дед теперь не причинит вреда! – изрекла она. – И никто другой тоже. Только всегда держи при себе кошачью кость!

– Никогда с ней не расстанусь, – пообещала я.

Автобус совершил поворот, и перед нами открылся новый, куда более оживленный участок дороги. Впереди сверкали огни большого города, манящие, как чудное видение.

– Я знаю, как поступить! – заявила Энни. – Как приедем, иди в телефонную будку. Найдешь там адрес и телефон своих родственничков. Как их фамилия?

– Дюма.

– Дюма. Боюсь, дорогуша, людей с такой фамилией в телефонной книге сотня, не меньше. Имена какие-нибудь знаешь?

– Пьер Дюма.

– А Пьеров не меньше десятка, – покачала головой Энни. – Как его второе имя?

– Не знаю.

Энни погрузилась в задумчивость.

– А что ты вообще о них знаешь-то, дорогуша?

– У них большой дом. Роскошный особняк.

Глаза моей попутчицы довольно вспыхнули.

– Тогда, скорее всего, надо искать их в Садовом квартале. А чем этот твой Пьер занимается?

Я пожала плечами. Энни удивленно вскинула брови:

– Да кто он тебе? Дядя? Двоюродный брат?

– Он мой отец, – прошептала я.

Энни открыла рот от удивления.

– Папаша? И вы с ним ни разу не виделись?

Я молча кивнула. Посвящать ее во все подробности этой неприглядной истории у меня не было ни малейшего желания. К счастью, Энни воздержалась от расспросов.

Она перекрестилась, пробормотала какую-то молитву и заявила:

– Попробую помочь. Бабушка говорила, у меня дар ясновидения. Наверняка я почувствую, кто из Дюма в телефонной книге – твой отец. Так что не переживай. – Она снова погладила меня по руке. – Но чтобы все получилось, есть одно условие…

– Какое?

– Ты должна дать мне какую-то ценную вещь. Не для меня, нет, – торопливо добавила Энни. – Это святым, в благодарность за помощь. Я отнесу его в церковь.

– Но у меня нет ничего ценного!

– И денег тоже?

– Совсем немного. То, что я получила за картины.

– Отлично, – кивнула она. – В телефонной будке дашь мне десять долларов. И тогда я точно отыщу адрес твоего папаши. Удачно, что ты встретила меня, дорогуша. Иначе таскалась бы по городу несколько дней. Но судьба помогла и устроила нашу встречу.

Энни рассмеялась и вновь принялась описывать прелести жизни в Новом Орлеане и ослепительные возможности, которые откроются перед ней в этом замечательном городе.

Когда автобус оказался на городских улицах, я мысленно признала правоту Энни Грей. Мне действительно повезло, что я встретила ее. Дома вокруг так сверкали огнями, что мне казалось, я лечу по звездному небу. В лабиринте улиц, забитых людьми и машинами, ничего не стоило потеряться. Открыв рот от изумления, я смотрела на толпы гуляющих – в ярких маскарадных костюмах и самых невероятных масках, в шляпах с разноцветными перьями, с пестрыми бумажными зонтиками в руках. Лица у некоторых, даже у женщин, были размалеваны, как у клоунов. Отовсюду неслись звуки труб и тромбонов, барабанов и флейт. На каждом перекрестке автобусу приходилось подолгу стоять, пропуская пешеходов. Наконец мы прибыли на автостанцию. Гуляющие сразу обступили автобус, приветствуя вновь прибывших. Со всех сторон нам протягивали маски, бросали в нас спирали серпантина, посыпали конфетти, обмахивали бумажными опахалами. Людям, которые не собирались праздновать Марди-Гра, явно было нечего делать в Новом Орлеане.

– Давай скорее, – сказала Энни.

Но не успела я сделать и нескольких шагов, как кто-то сунул мне в руку бумажный зонтик, кто-то схватил меня за другую руку, увлекая в карнавальную процессию. Энни присоединилась ко мне. Вместе со все ми мы приплясывали и подпрыгивали вокруг автобуса. Но как только Энни увидела, что водитель уже выгрузил багаж, она вырвалась из хоровода и, увлекая меня за собой, пошла на станцию. Весь город, казалось, превратился в огромный танцевальный зал, со всех сторон неслись звуки джаза.

– Вон будка! – сквозь шум донесся до меня голос Энни.

Мы поспешили туда. Энни открыла толстенную растрепанную телефонную книгу. Я и думать не думала, что в Новом Орлеане проживает такое множество людей.

– Дюма, Дюма… – повторяла она, перелистывая страницы. – А, вот они. Так, сверни бумажку в десять долларов как можно плотнее, – повернулась она ко мне. – Давай.

Я сделала, как она велела. Энни открыла кошелек и зажмурила глаза.

– Опускай! – приказала она.

Я повиновалась. Энни открыла глаза и снова взялась за книгу. Теперь она выглядела как человек, впавший в транс. Бормоча какие-то заклинания, она водила по странице указательным пальцем. Внезапно палец ее замер, по телу пробежала дрожь. Она несколько раз моргнула и торжественно провозгласила:

– Вот он!

Наклонившись над книгой, она удовлетворенно кивнула:

– Он действительно живет в Садовом квартале, в особняке. На улице Сен-Чарльз.

Энни оторвала кусок страницы и записала адрес.

– Вы уверены? – дрожащим голосом спросила я.