13 причин почему - Джей Эшер

В парке Эйзенхауэра никого нет. Я молча стою перед входом — здесь я проведу ночь, услышу последние слова Ханны Бейкер, а потом усну.

Фонари разбросаны по всей территории, но большинство либо перегорели, либо разбиты. Нижняя часть горки-ракеты тонет в темноте, а наверху, куда уводят ступеньки, луна освещает металлическую отделку.

Вокруг ракеты, как это часто бывает на детских площадках, насыпан песок. Я подхожу ближе к горке и рассматриваю конструкцию — в ее основании три металлических лепестка, а чтобы попасть на первый уровень, нужно подняться по лестнице и затем пролезть в отверстие размером с канализационный люк.

Я выпрямляюсь и понимаю, что лестница мне ни к чему — все, что нужно, это подтянуться и пролезть в люк. Что я и делаю.

Устроившись поудобнее, я достаю из кармана плеер и нажимаю кнопку «Проигрывать».

* * *

Одна… последняя… попытка.

Ханна шепчет, поднеся диктофон близко ко рту, так что я могу расслышать ее дыхание.

Я дам жизни еще один шанс. На этот раз я попробую попросить о помощи. Так, наверное, мне будет проще пережить то, что со мной происходит. Я устала бороться со всем одна.

Ты не права, Ханна. Я был рядом с тобой, но ты меня оттолкнула.

Конечно, если вы слушаете эти записи, значит, у меня ничего не вышло. Или у него ничего не вышло.

Сжимаю зубы и начинаю подниматься выше.

Сейчас вас от моей коллекции кассет отделяет всего один человек… мистер Портер.

Нет! Не может быть! Что он об этом знает? Он преподавал у нас с Ханной английский. Я и сейчас вижу его каждый день, и у меня нет ни малейшего желания, чтобы он узнал о существовании записей. Не хочу, чтобы он тоже слушал эти истории… обо мне… обо всех остальных. Вмешивать в это дело кого-то взрослого, да еще из нашей школы, — это уж слишком.

Что ж, давайте узнаем, что же случилось, мистер Портер.

Звук липучки — сначала она что-то открывает, а потом закрывает. Похоже, она куда-то засунула диктофон. В рюкзак? В куртку? Затем стук. Еще раз.

— Ханна. Рад тебя видеть.

Плохо слышно, но, очевидно, это он, как обычно, серьезный и дружелюбный одновременно.

— Заходи. Присаживайся.

Спасибо.

Это наш учитель английского, а также школьный психолог у учеников, чьи фамилии начинаются на буквы с А до Г, то есть Ханны Бейкер в том числе.

— Тебе удобно? Может, воды?

Все нормально, спасибо.

— Итак, Ханна, чем могу помочь? О чем ты хотела поговорить?

Эээ… я точно не знаю. Просто обо всем, наверное.

— Что ж, на это уйдет какое-то время.

Долгая пауза. Слишком долгая.

— Ханна, все в порядке. У меня столько времени, сколько потребуется. Скажи, когда будешь готова.

Дело… в том… Все так сложно.

Ее голос дрожит.

Не знаю, с чего начать. Ну, в смысле, столько всего произошло, я не могу это обобщить.

— И не нужно обобщать. Почему бы тебе не рассказать для начала, как ты себя сегодня чувствуешь.

Прямо сейчас?

— Ну да.

Потерянно, наверное. Опустошенно.

— В чем это проявляется?

Просто пустота внутри. Вообще ничего нет. Мне совершенно нет ни до чего дела.

— До чего, например?

Заставьте ее все рассказать. Продолжайте задавать вопросы, разговорите ее.

Вообще ни до чего. Мне плевать на школу… на саму себя… на одноклассников.

— А как насчет друзей?