Флоренс Аравийская - Кристофер Бакли

– Да. По всему городу слышны взрывы. Бобби говорит, что это спланировано.

– Уходите оттуда быстрее. Я слышу стрельбу. Подожди-ка, кажется, я еще кое-что слышу.

В трубке раздался звук вращающихся лопастей.

– Это вертолет, – сказал Лейла. – Тот самый, который ты ему подарила. Очень мило с его стороны, что он не предупредил меня о нашем отъезде.

– Улетай поскорей, – сказала Флоренс.

Звук лопастей в трубке стал намного громче.

– Флоренс! – удивленно закричала Лейла.

– Я здесь.

– Они улетают… Они уже поднялись! Я его вижу. Он сидит рядом с пилотом!

Шум в трубке становился все громче.

– Свинья! Жирный, похотливый, трусливый…

После этого Флоренс услышала взрыв.

– Лейла?!! Лейла? Лейла?

– Что там происходит? – спросил Бобби.

– Лейла!

Бобби забрал у Флоренс свой телефон и поднес его к уху. Немного послушав, он нажал «отбой».

– Пора уходить.

Он протянул ей оранжевую абайю, которая была на нем, когда она вышла из дворца:

– Надень вот это.

Она молча уставилась на оранжевый балахон.

– Фло, у нас тут не показ мод.

Флоренс медленно натянула на себя арабское одеяние. Оно еще хранило запах самого Бобби. Тем временем он сдернул с кровати простыню, вынул свой складной нож, прорезал в ней дырку и надел простыню через голову.

– Обожаю маскарады, – сказал он. – Пошли.

Они решили спуститься по лестнице, а не в лифте. Пройдя восемь этажей, Бобби осторожно открыл дверь и выглянул в вестибюль. Флоренс стояла, прислонившись к бетонной стене, и пыталась взять себя в руки. Внезапно она услышала какой-то шум.

С улицы в здание ворвались четверо мужчин в европейской одежде. Они разговаривали, и Флоренс уловила акцент.

Говорили они громко, явно ничего не боясь, и держали в руках пистолеты. Когда они пробежали к лифту, Бобби медленно прикрыл дверь и опустил рычаг на пожарной двери, наглухо заперев ее.

– Это васабийцы, – шепнула ему Флоренс, а он вопросительно посмотрел на нее. – Один из них неправильно произносит слова. Поверь мне – это васабийцы. И скорее всего, мукфеллины.

Спустившись в подвал, Флоренс и Бобби обнаружили черную лестницу. На лестничной клетке было затянутое проволочной сеткой оконце. Положив ладонь на рукоятку своего пистолета, Бобби поглядел в окно, а затем резко отпрыгнул назад и задвинул засов на наружной двери, которую кто-то уже пытался с другой стороны открыть. Поднявшись на второй этаж, они оказались в длинном коридоре, в конце которого была дверь, ведущая на небольшой балкончик. Они вышли на этот балкон и посмотрели вниз, где стоял огромный контейнер, наполненный мешками с мусором.

– Сможешь прыгнуть? – спросил Бобби.

Флоренс кивнула. До контейнера было что-то около семи метров.

Они рухнули на мусор под аккомпанемент страшного писка. Флоренс почувствовала, как под ней что-то шевелится. Это были крысы. У нее невольно вырвался крик. Бобби начал колотить их руками. Затем он разгреб мусорные мешки и забросал ими себя и Флоренс, которая в ужасе прислушивалась к возне грызунов. Мусор находился в этом контейнере уже несколько дней при температуре около 40 градусов. От зловония кружилась голова. Бобби протянул руку и погладил Флоренс по плечу.

– Самый лучший способ узнать чужую страну поближе, – шепнул он.

Балконная дверь над ними с треском распахнулась, и они услышали два голоса. Флоренс затаила дыхание. Дверь закрылась. Все стихло. Они пролежали не шевелясь около десяти минут. Наконец Бобби шепнул ей:

– Будешь заказывать десерт или попросим счет у официанта?

Выбравшись из мусорного контейнера, они пошли в сторону набережной, стараясь держаться в тени. В городе слышались новые взрывы и выстрелы. Наконец Бобби и Флоренс добрались до небольшой площади с газоном посередине и нырнули в заросли кустов на углу.

– Если нас остановят, – сказал Бобби, – изобрази истеричку. Как будто ты напугана до смерти.

– С этим проблем не будет. Куда мы направляемся?

Бобби секунду подумал:

– Аэропорт закрыт. Значит, в гавань.

– А твое водное такси все еще функционирует?

– А ты думала! Через час мы уже будем у себя в субмарине попивать французское шампанское и заниматься любовью до умопомрачения.

Она почему-то не поверила ему, а в следующую секунду до нее дошло, что он вернулся за ней по собственной инициативе. Бобби действовал в одиночку.

– Направляемся прямо к воде, – сказал он. – Где вода – там лодки, а где лодки – оттуда можно свалить.

– Ты вернулся за мной один, так ведь?

– Все будет клёво. Я таких переворотов на Ближнем Востоке повидал больше, чем ты съела горячих завтраков.

Они подошли к перекрестку. Бобби выглянул за угол и быстро спрятался. Улица была перегорожена бронетранспортером с пулеметом на турели и опознавательными знаками матарской армии.

Они двинулись по улице Соумс, которая тянулась параллельно набережной. Бобби еще раз выглянул из-за угла и жестом приказал Флоренс поворачивать обратно. Все улицы, ведущие к гавани, были блокированы.

– Похоже, сегодня вечером они не одобряют прогулок по берегу, – пробормотал Бобби. – Пора узнать, что творится.

Они продолжили свой путь по Соумс, пока не остановились у магазина бытовой техники с телевизорами и микроволновыми печами в большой стеклянной витрине.

– Посматривай по сторонам, – сказал Бобби, вынимая отмычку и наклоняясь к замку.

Через секунду замок щелкнул. Бобби осторожно открыл дверь, прислушался – не сработает ли сигнализация. И они вошли внутрь.

В магазине у одной стены стояло штук пятьдесят телевизоров. Бобби прошел за прилавок и принялся щелкать выключателями. Все пятьдесят экранов засветились, и магазин залило неровное голубоватое сияние.

– Вот где надо смотреть Суперкубок, – сказал Бобби, нажимая кнопки сразу на нескольких пультах.

– Сорок пятый канал, – сказала Флоренс. Это был канал ТВМатар.

При обычных обстоятельствах в это время на ТВМатар должен был идти комедийный сериал «Мукфеллахи», рассказывающий о жизни туповатых сотрудников религиозной полиции. Однако сейчас на экране появилось мрачное лицо какого-то человека, сидевшего за столом в студии новостей. Ни Флоренс, ни Бобби не нужно было объяснять, что это значит. Человек на экране был в традиционном одеянии матарского муллы и говорил по-матарски, а не по-английски. Первое, что Флоренс разобрала в его речи, были слова «преступные», потом «неверные», потом «временные», после этого «имам Малик» и, наконец, «хвала Всевышнему». Ни одно из них не вселяло надежды на светлое будущее. В который раз уже Флоренс подивилась тому, как зловеще на самом деле могут звучать в человеческих устах слова «Аллах всепрощающий и сочувствующий». Затем она услышала свое собственное имя и, хотя ей было весьма жарко под плотной арабской абайей, явственно ощутила, как по спине у нее пробежал холодок. Из выступления ведущего Флоренс узнала, что она по-прежнему находится где-то в городе и что все добрые граждане должны оставаться бдительными, поскольку она очень опасна. Флоренс теперь враг и пособник сатаны.