Голубь и мальчик - Меир Шалев

4

Мы въехали в деревню.

— Очень хорошо, — сказала Тирца. — Тьма египетская на проезжей улице, дыры в асфальте, и не забудь также, что у них в магазине нет анчоусов.

— И что же во всем этом такого хорошего?

— Это значит, что у них нет ни гроша. Что мы им нужны больше, чем они нам.

Возле правления стояли две машины и несколько велосипедов. Мы вошли, Тирца заглянула в комнату, где сидели люди, и сказала с максимальной приветливостью:

— Здравствуйте. Мы семья Мендельсон.

— Еще несколько минут, пожалуйста, — послышалось оттуда.

— Трое мужчин, — шепнула она мне, — и две женщины. Типовой набор. Точно такие физиономии, какие я ожидала увидеть.

Мы присмотрелись к аэрофотоснимкам на стенах: деревня. Ее дома, птичники, коровники, поля.

— Тут не так уж много событий происходит, — сказала Тирца, — очень хорошо.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что нет особых изменений при переходе от черно-белых фотографий к цветным. Общественные здания те же, а в частных хозяйствах совсем немного новых построек. Посмотри на этот двор: на черно-белом снимке в нем еще есть несколько коров, на цветном уже нет. И жилые дома остались те же самые.

— Во всех поселковых советах та же картина, — сказал я.

Тирца сказала, что она никогда не думала, что я знаю так много поселковых советов, а я сказал, что искал этот наш дом во многих местах, пока не нашел его здесь.

Она улыбнулась:

— Ты еще не должен говорить «наш дом», Иреле.

Я сказал:

— Я только тренируюсь для комиссии, Тиреле.

— Человеку со стороны непросто жить в таком месте, — сказала она. — Деревня маленькая, старая, ты никогда не будешь знать ее маленькие тайны, ее язык, кто здесь ненавидит кого и почему, кто здесь плодовое дерево, а кто бесплодное. Ты можешь подружиться с деревенским отверженным, похвалить кому-то человека, который спит с его женой, всё время надо быть настороже.

Пришли еще двое мужчин, зашли в комнату, и оттуда сразу же послышался голос: «Заходите, пожалуйста».

Тирца была права. Я сразу же опознал человека отчаявшегося, махнувшего рукой на всё, господина «чем-это-нам-поможет», упорно ищущего выход, месье «без-царя-в-голове», вечно строящего воздушные замки, безнадежную старую деву и старую деву, еще сохранившую надежды, замкомвозвода резервной службы, а также добровольного «стража порядка». Тринадцать глаз — у витающего в облаках месье левый глаз был закрыт повязкой — сверлили нас начальственными и одновременно заискивающими взглядами.

Тирца извинилась за грязь на наших подошвах.

— Мы боялись опоздать, — сказала она, — выехали немного раньше, приехали до срока и погуляли немного вокруг.

— Представьтесь, — сказали Замкомвзвода и Отчаявшийся хором и тут же обменялись раздраженными взглядами.

По лицу Тирцы скользнула легкая улыбка.

— Меня зовут Яир Мендельсон, — сказал я, эдакий мачо во главе семейства, — а это Лиора, моя жена. Я родился в сорок девятом году, экскурсовод, сейчас, в связи с экономическим положением и всё такое, занимаюсь также перевозками, а Лиора…

— Куда бы ты повез туристов в нашем районе?

— По тем маршрутам, что я вожу, по орнитологии и истории, в этих местах нет ничего такого привлекательного.

— А почему, собственно? — метнул на меня взгляд Строитель Воздушных Замков. — Тут постоянно пролетают пеликаны и аисты, а иногда также журавли. А за холмом у нас — система древних колодцев и пещеры, где евреи скрывались во время Иудейской войны.[41]

— Действительно, — сказала Старая Дева, Сохранившая Надежды, — к нам каждый год приезжают тысячи туристов со всего мира, посмотреть эту нашу систему колодцев, что за холмом, и нам очень были бы нужны люди, чтобы водить и объяснять, и полиция, чтобы направлять движение множества машин.

— Где ты был в армии? — неожиданно спросила Безнадежная Старая Дева.

— В санитарах. Инструктором на десятой учебной базе.

— У нас здесь написано, Яир, что у вас нет детей, — сказал Замкомвозвода, по-свойски, но воинственно.

— Прошу прощения, что я вмешиваюсь, — дружелюбно сказала Тирца, — но раз уж вы упомянули о детях, то я та женщина, которую вы пригласили прийти вместе с Яиром, и мне кажется, этот вопрос как раз по моей части.

— Да, извините.

— Так вот, у меня как раз есть дети. Двое. От первого брака. Старший в Соединенных Штатах, а младшая путешествует по Востоку.

— А чем ты сама занимаешься, Лиора?

— Многими вещами, сразу не перечислишь. У меня есть опыт работы в садах — как в цветочных, так и в детских, я медсестра и в армии была санитаркой, как и Яир. Мы и познакомились там, на курсах, но потом каждый пошел по своему пути, пока не встретились снова.

Она улыбнулась мне, и я смутился. Я не специалист в импровизациях, а тем более в таком быстром плетении небылиц.

— А сегодня?

— Сегодня мы раздуваем старые угли.

Одна из старых дев захихикала. Но Отчаявшийся с мрачным упрямством добивался своего:

— Я понимаю, госпожа Мендельсон, у тебя много талантов, и все-таки я хотел бы знать, что ты делаешь конкретно?

— О, я мастер на все руки, универсал, — сказала Тирца. — Но я всегда сама зарабатывала на себя и никогда ни от кого не зависела. Работала в фирме, организующей банкеты, придумывала и продавала деревянные игрушки, и еще я провожу народные танцы, но Яир не танцует, — указала она на меня, — у него совсем нет координации.

— А почему вы хотите жить здесь?

«Чтобы не застрелить вас или себя, — мысленно пробормотал я, — чтобы обрести покой, чтобы иметь свое место, потому что здесь во дворе растут большие деревья, а из трещин мостовой пробивается трава».

— Места здесь красивые, — сказала Тирца. — И деревня тоже. Нам понравился дом. Мы любим природу, собрали немного денег и хотим сменить окружение и атмосферу.

— И что вы будете делать здесь?

— Я надеюсь, что положение улучшится и у экскурсоводов опять появится работа, — сказал я, — а может, я и в самом деле решусь специализироваться на туризме в этом районе, а Лиора…

— Прежде всего, я собираюсь отремонтировать дом в качестве подрядчицы у самой себя, а если мне понравится это дело, я, может, продолжу заниматься им профессионально.

— А какой вклад, — спросил Страж Порядка, который до этого момента чиркал по бумаге и молчал, — какой вклад, по вашему мнению, вы сможете внести в наш коллектив?