Адамово яблоко - Ольга Погодина-Кузьмина

Лиловый Филипп повернулся к Игорю, который после кофе снова чувствовал тошноту.

— Видишь, солнце, не только у тебя проблемы. А со мной сколько раз было — я и таблетки пила, и вены резала! Но жизнь на этом не кончается. Просто берешь себя в руки и терпишь эту боль. Главное, не замыкаться — нужно всё время быть на людях. — Он схватил с подоконника какой-то журнал. — Сейчас я всё тебе предскажу! Ты в каком месяце родился? Сколько тебе лет?

— В ноябре, — через силу ответил Игорь. — Восемнадцать.

— Боже, мое любимое число! И Скорпион, мой любимый знак! — он открыл нужную страницу и поднес журнал к близоруким глазам. — На этой неделе вам предстоит получение неожиданных денежных средств и подарков. Не упускайте свой шанс поймать жар-птицу за хвост. В семье могут быть осложнения, но к воскресенью всё уладится. В любви откроются новые горизонты, вы можете получить покровительство нужных людей. Понятно? Скорпионам всегда везет в любовных делах!

— А у меня там чего хорошего? — сунув нос в журнал, спросил Бяшка.

— У Весов неделя будет чрезвычайно спокойной. Вечера у телевизора, домашний уют — всё, что вам нужно. Не предпринимайте резких движений…

— Да я-то всегда плавно двигаюсь.

— Всё изменится само собой! Будьте терпеливы — в конце вас ждет награда за приложенные усилия. Звезды улыбаются вам.

— По-моему, они уже угорают от смеха, — заметил Бяшка.

Старик, всё это время с фальшивой благостной улыбкой наблюдавший за ними, покачал головой.

— Ничего, Бяша, не переживай. Молодой, красивый… Петра Ивановича мы тебе нового найдем, волноваться не о чем.

Игорь, наконец, сообразил, где видел старика — на пляже в Аликанте, когда тот предложил им с Вадиком вип-клиентов и оплату вперед. Это многое объясняло — и заботливый интерес этих людей к его персоне, и общность их странной компании.

— Я, наверное, пойду, — сказал он, обращаясь к Филиппу. — Спасибо за помощь. Мне только нужно какие-нибудь брюки. Я отдам.

Тот всплеснул руками.

— Господи, ну куда ты сейчас пойдешь! Посмотри на себя, ты на стуле еле сидишь! Тебе нужно похмелиться.

— О, я бы тоже жахнул для поправки здоровья, — оживился Бяшка.

— Есть только шампанское, — Филипп достал с верхней полки бокалы. — Да, вспомнила, солнце, ты же вчера в клубе свой айфончик засветил. Всё понятно. Чего ты хочешь, там такая публика! Если бы я не вписалась, тебя бы вообще неизвестно что ожидало… И зачем тебя понесло в этот шалман, есть же нормальные места. Мы-то артисты, нам выбирать не приходится. Перед разными людьми выступаем, вплоть до уголовной тематики. Но даже я бы там не работала, если бы не Валюша. Просто не могу ей отказать. Причем, все ей говорят: надо что-то делать с местом. Фейс контроль по полной, не пускать левых клиентов, персонал заменить…

Старик повертел в руках часы, которые Игорь принес в кухню вместе с ключами и кошельком.

— Часики-то дорогие, цветочек, настоящая Швейцария. Хорошо, что их не потерял. И кошелек известной фирмы. И ключи от квартиры в историческом центре, как можно предположить?

— Игорь вращался в очень высоких сферах, — пояснил Филипп охотно.

Бяшка сощурился на Игоря, снимая пушинку или пепел со своих густых, рыжеватых, загнутых вверх ресниц.

— Это на крышах, что ли?

Филипп досадливо тряхнул кудрями.

— Он фотомодель и полгода жил с очень богатым бизнесменом. Этот олигарх его соблазнил в семнадцать лет. А теперь из-за бизнеса решил жениться на натуральной женщине, а мальчика выставить за дверь. Но Игорь сильный, он этого человека хочет вычеркнуть из жизни. Так, солнышко?

В отупелом сознании Игоря на минуту вспыхнул свет, холодный и яркий, как в операционной. Он вспомнил то, что произошло вчера — как Георгий Максимович в последний раз поспешно пользовался его телом; как, прощаясь, похлопал по щеке. Вспомнил, что теперь он один во всем свете — отвергнутый, нелюбимый. Странно, но сейчас он почти не чувствовал боли, только пустоту, как будто душу выскребли скальпелем.

— Откуда ты знаешь? — мрачно спросил он Филиппа.

— Да ты сам вчера рассказал! Ужас, ничего не помнит девочка.

— Жил я тоже с одним бизнюком, — подмигнул Игорю Бяшка, выдувая дым из угла насмешливого рта. — У него вообще был нестояк, в мертвую. Треугольник ABC с финтифлюшкой на конце. От постоянных нервных стрессов. Но чеки в ресторане пересчитывать не забывал. Так что теперь предпочитаю служащих госаппарата.

— Зачем же сравнивать, Бяша, моя герань, — возразил высоким сиплым голосом старик. — У тебя там был финансовый интерес, а у малыша — несчастная любовь.

— А я и не сравниваю, — хмыкнул Бяшка, разливая шампанское. — Любовь, конечно, пьянит, но водка дешевле.

Филипп обнял Игоря, касаясь плеча своей твердой женской грудью.

— Солнце, лично я тебя понимаю до мозга костей! Я бы на твоем месте вообще в истерике каталась! Но вот что я тебе скажу — вы сколько с ним встречались, полгода? Так это просто рекорд, потому что ты обалденно красивый и молодой! Я таких мужиков хорошо изучила. Они меняют любовников каждую неделю, могут себе позволить. Им просто в кайф мальчика из простой среды в себя влюбить, деньги на него потратить, свозить за границу, а потом бросить. Для них это мимолетное развлечение, и больше ничего. Я сколько знаю таких случаев! Один парень даже себе вены вскрыл после такого. И не откачали, а ему было всего девятнадцать. А когда тому богатому человеку рассказали, он просто посмеялся.

Бяшка, не дожидаясь тоста, выпил шампанское и налил себе ещё.

— Фифа, балерина ты наша! Ей в чужих руках и немытый хрен сладкий…

Игорь тоже выпил вслед за ним и сказал зачем-то:

— Он чеки не пересчитывал.

— Значит, будет за что вспомнить первую любовь.

Глаза у Бяшки были серые, пристальные, наглые, но не злые. Волосы торчали на затылке с тем же беспечным задором, который читался на его лице. От него шло живое сердечное тепло, и душа Игоря вдруг потянулась к этому источнику, как озябшая ветка.

— Давайте-ка, цветочки, поднимем шампан стаканского за вашу молодость и красоту, — предложил старик. — Жизнь хороша и удивительна, дорогие мои. Если уж такой старый шмат сала в это верит, вам подавно смертный грех впадать в уныние… А времени-то уже пятый час, пора и пообедать. Я встречаюсь с Августом Петровичем и всех прошу присоединиться. Так что, Филипп, найди приличный костюмчик нашему малышу. И ты, Бяша, тоже одевайся. А я позвоню насчет квартиры, может, что-то узнаю для тебя.

От вина внутри головы Игоря образовалась странная пустота. Он чувствовал, что быстро пьянеет, но почему-то сейчас это было безразлично. Он снова встретился глазами с Бяшкой, и вдруг подумал: «Ну и пусть. Может, и правда, с ними лучше, чем одному».