Стекло и дерево - Сергей Буянов

Ашот поздравил всех еще раз и, сославшись на прорву дел, вежливо попрощался, пожелав всем веселья до безобразия!

Так оно и пошло!

Алина продемонстрировала танец живота, цыгане – подёргивания плечами, Арлекин прошёлся на ушах, поскольку на руках уже был не в состоянии. Всё равно получилось ужасно весело!

Ещё несколько раз садились за стол, но уже не так организованно. Многие уже разъехались по домам, отдав дань уважения своим однокашникам.

В течение нескольких часов Новый гол шёл по Планете, а присутствующие, похоже, этого не замечают. Здесь собрались вчерашние студенты – по статусу, вечные студенты – по складу характера. Очень, очень много воинов. Они веселятся, отдыхая от захватнических войн, – развлекаются с нашими дамами, смеются над глупыми ужимками наших шутов. Самодовольные и обнаглевшие людишки! Эвелина еле-еле выносила этого Наполеона, самолюбовавшегося своим бахвальством и неприкрытым издевательством над присутствующими двуногими тварями. Ей стало нестерпимо обидно за всех собравшихся на этом пиру.

– Давай, давай, Владимир! – заорали во весь голос над самым ухом Эвелины. Она встряхнулась и поглядела на Владимира. Похоже, он отказывался от чего-то, но толпа настаивала и наседала до неприличия.

Эвелина за своими мыслями пропустила выступление местных пародистов, в форме диалога они что-то пропели незнамо кому подражаючи. Слушатели пришли в бешеный восторг, а теперь уговаривали Владимира – на политиков. У него так чудно получались государственные деятели! Все знали о его способности, а посему требовали и требовали.

Наконец, Владимир взял в руки микрофон, немного наморщился и сказал:

– Лишь когда политики страны заслужат, повторяю, заслужат уважения, лишь тогда народ перестанет ёрничать и изгаляться над ними, вот тогда и начнётся эпоха Возрождения!

Кто пребывал в странном состоянии подвешенности неторопливо рассмеялся, уловив краешком мозга, что речь окончена. Кто потрезвее, просто захлопал. Владимир почти не изменил интонации, не дёргался в нервном тике, не двигал неестественно челюстями и руками. Все поняли, что выступление закончено и ждать больше нечего, и переключились на другие развлечения.

В голове Эвелины слегка помутилось, а самой стало как-то легче. Все дальнейшие события подёрнулись дымкой густого тумана.

Она вышла в круг танцующих вольных стрелков, отрепетированным резким движением, на уровне бёдер, распахнула молнию поперёк платья, укоротив наряд до размеров кольчуги, и превратилась из Снежной королевы в воинствующую Деву, и сразу, в свете разноцветных лампочек, чётко обозначились регланы и стальные подлокотники. Алина отметила, что подруга успела скинуть заколки и распустить длинные русые волосы. Доспехи выглядели уже не ледяными нарядами выдуманной Королевы, но реальными как само средневековье!

Робин Гуд, по неосторожности, что-то сказал по-английски, выразив свой восторг от перевоплощения Липутиной младшей. Эвелина оглянулась, сверкнула молнией взгляда на него, и взяла в руки микрофон. Она стукнула по нему пальцем, удовлетворённо услышав щелчок, и сильным энергичным голосом проскандировала:

– Англичане, не имеющие никаких прав на французскую корону, Царь небес через меня приказывает снять осаду и вернуться на Родину, иначе мне придётся начать войну, о которой вы вечно будете вспоминать Иисус, Мария, Жанна-девственница!!!

Орлеанская дева с ненавистью метнула взгляд на поборника справедливости – грабителя богатых и благодетеля бедных. Робин Гуд пожал плечами, включаясь в игру, дружески похлопал по плечу отца Тука и промолвил:

– Да, падре, век Возрождения ещё далёк, пойдём своей дорогой!

Все бурно захлопали. Вот это номер! Ай да Липутина младшая!

В суете восторга шумных мушкетёров, стукающих друг друга по спине, у Атоса от неожиданного хлопка по плечу опрокинулся стопарик с водкой.

Охрана короля хором заорала:

– Виват! Виват! Да здравствует Орлеанская Дева!!!

В праздничной суматохе никто не заметил, как Жанна ухватила нож и кинулась на спину Робину. Неумелой рукой она вонзила лезвие прямо в колчан. От неожиданной силы удара потрескались деревянные стрелы. Благородный разбойник понял, что представление окончено, и наступила обещанная война! Его протрезвевшие глаза наполнились неподдельным ужасом. К его счастью, вовремя и там, где надо, рядом оказался Владимир. Он перехватил тонкую руку Жанны Д'Арк, судорожно пытавшейся выдернуть широкое лезвие, с явной целью воткнуть нож поудачнее.

– Эвелина!

– Жанна! – поправила брата Дева. – Пьер, зачем ты мне мешаешь?

Владимир, находясь под гипнозом зажигательной речи, моментом согласился:

– Жанна, ещё не время! Давай присядем.

Дева согласилась. Нож из колчана Робина извлёк отец Тук и подал Алине. Глаза Алины-индианки расширились – это не ресторанный столовый прибор, это именно тот, который во время их первой встречи так перепугал Кудрину, неосторожно свалившись со стола!

Остальные бражники продолжали веселье, мимоходом позабыв о воинствующей Деве средневековья.

Отец Тук окликнул жену. Тотчас, переливающаяся зеленью различных оттенков: от изумрудных драгоценностей до болотной тины, к ним подплыла русалка с высоким бокалом белого вина.

– Надя, – обратился к ней супруг, – вот тут требуется, наверное, помощь врача.

– А что случилось? Она же, только что так хорошо выступила и совсем не пьяна!

– Слишком хорошо, – буркнул Робин Гуд и обратился к Владимиру.

– Володь, или Пьер, не знаю как правильнее, она меня знает?

– Нет, – сказал Владимир.

– А что случилось-то? – спросила русалка.

Её коротко ввели в курс дела. Пьер, он же Владимир, продолжал сидеть рядом с Эвелиной, крепко обняв её. Настолько крепко, что Жанна перестала вырываться.

– Сколько она выпила?

Алина принесла полрюмочки с засохшим кружком лимона и показала врачу.

– И это всё?

– Да, – подтвердила индианка. – Я всё время сидела рядом.

– Типичный случай патологического опьянения, – с умным видом изрекла врач-физиотерапевт. – Необходима госпитализация.

– Обязательно?

– Желательно.

– Но ведь, это дочка Карины Львовны!

– Да хоть Индиры Ганди!

– Вы не поняли, её мамы нет в городе!

– Тем более, её надо положить под контроль врачей.

– Но ведь это же, это же… – подбирала слова Алина, – скандал на весь город!

– А вы сможете обеспечить ей достойный уход?

– Конечно! – с готовностью согласилась Кудрина. – Что требуется?

– Вообще-то, надо снять интоксикацию.

– Систему ставить?