Захватывающее время - Тим Тарп

Осталось одно: Эйми должна придумать, как ей откосить от «газетного» маршрута на следующее утро после бала. Она просит меня быть рядом, когда она будет говорить с мамой, но я отвечаю:

– Ни за что. Ты должна сделать все сама. Ты должна научиться противостоять ей. А как еще, по-твоему, тебе удастся вырваться от нее и уехать учиться в Сент-Луис?

Честно говоря, я не знаю, как ей удалось так долго продержаться на этой работе. По вечерам мы тусуемся допоздна, а по утрам она встает, чтобы развезти газеты. Я горел желанием помочь ей не только в тот раз, когда остался у нее ночевать. Много раз я собирался поехать с ней, но постоянно забывал поставить будильник, а такое может случиться с каждым. Нельзя осуждать меня за это.

В общем, за несколько дней до бала она приходит ко мне домой после школы вся такая радостная и возбужденная. У нее получилось. Она поговорила начистоту со своей мамашей.

– Я сказала ей, что это мой бал, что такое бывает только раз в жизни и что я не хочу портить себе веселье тем, что мне нужно рано вставать на «газетный» маршрут.

– Я горжусь тобой!

– Да я сама собой горжусь!

Она бросается мне на шею, и мы, празднуя, выпиваем только что смешенный мною мартини и отправляемся в кровать. После поздравительного секса мы лежим, держа в руках по стакану мартини, и она рассказывает мне во всех подробностях, как зашла в комнату, как выключила телевизор, как детально обрисовала мамаше и Рэнди свой план и как те смотрели на нее, разинув рты.

Когда ее мать попыталась вякнуть, что в тот вечер они с Рэнди собираются в казино, Эйми обрушила на них заранее заготовленные факты. За последний год она более тридцати раз в одиночку развозила газеты и ни разу не попросила отгула. Следовательно, она собирается взять себе отгул сейчас, а потом еще один, на церемонию вручения аттестатов, и двух мнений тут быть не может.

Естественно, она не рассказала маме, что мы собираемся снять номер в мотеле. Вместо этого она сообщила, что после бала намечено много мероприятий до самого рассвета, и все они проводятся под надзором и на деньги школы. И это правда, только на такие мероприятия ходят одни лузеры и непроходимые тупицы. Нет надобности говорить о том, что в отношении лазертага я не стал занимать позицию «поживем-увидим». Я четко сказал, что впустую тратить на него время мы не будем.

– Я же не соврала, – говорит она. – Я просто сказала, что деньги на мероприятия выделяет школа. Я же не говорила, что мы на них пойдем.

– Все прекрасно, – уверяю я ее. И искренне горжусь ею. – Ты моя героиня. Ты могла бы приходить ко мне и время от времени строить мою маму по некоторым вопросам.

Она секунду молчит, а потом выдает:

– Может, пора и тебе дать отпор своей маме?

– О чем ты говоришь? Моей маме плевать, если я уйду на всю ночь. Она едва ли заметит, если я целую неделю не буду ночевать дома.

– Я имею в виду не это. Я в том смысле, что тебе стоило бы поговорить с ней насчет отца. Ты хоть раз спрашивал, что у них на самом деле произошло?

– А мне и спрашивать не надо было. Она постоянно впаривала мне сказку о том, какой он подлец и дрянь.

– Может, тебе стоит спросить у него?

– А как мне у него спросить? Сесть в лифт и подняться на вершину «Чейза»? Ах, да. Он же там не работает.

– Тогда спроси у мамы, где он. Тебе пора поговорить с ним и выяснить, что он думает об этой истории. Я бы пошла с тобой.

Да, это классно, что Эйми такая напористая, но мне это уже начинает действовать на нервы.

– Господи, Эйми, откуда такой горячий интерес к моему отцу?

– Видишь ли, дело в том, что я потеряла отца и не успела сказать ему все, что хотела.

– Послушай, я рад, что ты отбрила свою мамашу. Это здорово. Но это не означает, что ты можешь решать мои проблемы с родителями.

– И все же тебе было бы полезно хотя бы поговорить с ним.

– Нет, я знаю, от чего будет польза. От большой и толстой вечеринки. – Я сажусь и беру со стула свои трусы. – Впереди нас ждет бал. Все решения отыскиваются в краю ночной тусовки.