Разбитая ваза - Надежда Майская

Пару она заметила издали, они шли ей навстречу, скорее всего, заметили тоже. У Верочки отчаянно зачесались веки, это с ней было не часто, лишь в минуты сильных переживаний. Она уже прокляла себя, обозвала влюбленной кошкой, решила, если сейчас оконфузится, то выбросится из окна, хотя этаж у них был первый и она об этом забыла. Верочка приближалась с милой улыбкой, даже осмелилась помахать рукой и, в полуобморочном состоянии, пролепетала приветствие, не смея взглянуть на виновника своего необычайного душевного волнения. Зря она не смотрела, предмет ее грез немедленно сменил гнев на милость, разом повеселел и не скрывал восхищения.

— А вот и Верочка, — ненатуральным голосом воскликнула Александра Павловна, — вас не было, я забеспокоилась, не заболели ли вы.

— Я вообще не болею, — зачем-то сообщила Верочка и ужаснулась своей банальности.

Неужели нельзя было дать более светский ответ? К примеру: «Ах, что вы, не беспокойтесь, как мило с вашей стороны!» и т. п.

— Мой сын Семен, познакомьтесь, а это Верочка, — представила Александра Павловна «детей» друг другу. Она сразу и уверенно решила, что «дети» хороши в паре, поэтому очень тактично надо оставить их одних, но как это сделать, пока не представляла (об этом свекровь позже поведала Верочке).

Сын галантно поклонился и предложил Верочке руку, той ничего не оставалось, как пристроится с другой стороны Семена и они неторопливо пошли к дому.

— Верочка, — обратился Семен, — вы не против, если мы проводим маму? Она гуляет давно, устала, а вас я провожу?

— Нет! То есть, да! В смысле, конечно! — пролепетала Верочка, потом вздохнула, и засмеялась. Как в больнице. Звонко.

— Что тебя насмешило, мама?

— Пустяки. Дорогу я перейду сама, а ты проводи Верочку. Надеюсь, завтра увидимся?

— Да, всего доброго.

— Господи, так вы знаете Агапова и его лысую девицу? — воскликнула, чему-то радуясь, Верочка.

— Я знаю Катерину, а Агапова только с ее слов, — рассердился Семен. Еще одна поклонница Агапова! — Я подвозил Катерину…

— Куда? В аэропорт? Когда в них стреляли? Это вы, да? На «Ниве»? Семен, это были вы?

— Я, — мрачно подтвердил Семен, — только маме об этом знать не следует, договорились? А вы откуда знаете?

— А-а, — махнула рукой Верочка, — Римкин Грач в ФСБ служит, он ей кое-что рассказал, она мне, я никому, поверьте.

Семен не слишком хорошо понял, насчет Римки и какого-то грача, но его это и не волновало, они подходили к Верочкиному дому, он пытался принять решение как поступить. То, что он хотел сделать, выглядело старомодным, но вполне порядочным, если же он поступит по-другому, его могут счесть невоспитанным.

— Здесь я живу, — немного грустно сказала Верочка.

— С родителями?

— Да.

— Представьте меня им.

— Зачем? — изумилась Верочка.

— Вы меня стесняетесь?

— Нет, конечно, не говорите ерунды! Идемте.

Она открыла дверь квартиры, вошла и крикнула:

— Мама, папа, у нас гость.

Родители вышли. Отец Верочки оказался на полголовы выше Семена, а мать, копия Верочки. То есть наоборот. Семен почувствовал некоторую робость, но поскольку был боевым офицером, решил, что испытание пройдет достойно.

— Разрешите представиться, Семен Иванович Кора, — про ударение говорить не стал, — майор, в отставке. Служу в частном детективном агентстве «Русский сыск», живу с мамой. Не женат и не был. Прошу вашего позволения ухаживать за вашей дочерью и, если понравлюсь ей, то намерен сделать предложение.

Отец Верочки как-то крякнул, вытащил трубку изо рта и протянул руку.

— Иосиф Виссарионович Щербатов. Шутка предков. Не помогло, отца репрессировали. Мама Верочки, Лидия Климентьева. Проходите, молодые люди, будем знакомиться поближе и за столом. Девочки, организуйте. Удивила нас дочь, скажу честно.

Верочка полночи провертелась, отец и мать тоже не спали, то один, то другой бегали на кухню, в ванну, о чем-то переговаривались. Виновник волнений в свою очередь доложил маме, что познакомился с родителями Верочки, посидел в теплой дружественной обстановке, всем доволен, с Верочкой встречается завтра, а сейчас хочет спать.

— Вот так все и случилось. Ну, а на свадьбе ни тебя, ни Стаса не было. Ты была в Луге, он Лондоне, — с грустью закончила подруга.

— Как красиво и романтично! Вы молодцы! Семен такой добрый! Ты знаешь, что он мне дверь поставил?

— Нет! Расскажешь?

— Обязательно, только позже, там клиенты подошли.