Только играй - Елена Филон

– Кидаем так!

– Так?!

– Он же пловец! Всплывёт! Давай! Поржём с Ванильного!

Мои ноги освободили, но руки по-прежнему оставались связанными. Мгновение, и вот я уже в воде, стремительно ухожу на дно глубокого бассейна. А два тела, стоящие у кромки – Гарри и Жака, становятся всё более и более расплывчатыми, далёкими.

А разве я не говорила, что практически не умею плавать? И пока в лёгких ещё хватало воздуха, позволяю себе об этом рассуждать.

Пузырьки воздуха выпархивали изо рта и стремительно убегали вверх. Я пыталась всплыть вслед за ними, но всё, что получалось – лишь дёргать связанными руками, которые были совершенно бесполезны.

И вот когда вроде бы стало что-то получаться благодаря способностям моих ног вполне технично двигаться, воздух в легких почти закончился, а мысли в голове уступали место панике.

«Вот и доигралась», – последнее, о чём успела подумать, и приступ дикого ужаса накрыл с головой.

Вода заполняла рот и вызывала спазмы в груди, я вроде бы двигалась вверх, но на самом деле вращалась вокруг себя… Я не понимала, что делаю!

Перед глазами всё плыло и мелькало чёрно-белыми вспышками.

«Почему я не всплываю?» – родилась в голове ещё одна мысль, когда вокруг торса обвились чьи-то руки и с силой толкнули меня наверх.

Вынырнув на поверхность, я громко закашлялась, сплёвывая воду и дёргаясь от спазмов в груди.

– Ты как? – послышался далёкий голос Калеба, в то время когда его лицо находилось в поразительной близости от моего, а густые волосы мокрыми прядями липли ко лбу. Он тяжело дышал, словно прыгнул в бассейн сразу после того, как навернул несколько кругов вокруг коттеджа, и смотрел не просто сердито – Калеб был в ярости, но на этот раз не на меня.

Оказавшись на твёрдой земле и после того, как мои руки получили освобождение, я рефлекторно напялила на голову мокрый капюшон любимой футболки, потому что понятия не имела, в каком состоянии сейчас парик и каким чудесным образом он вообще с меня не свалился. Лёгкие горели огнём, но вода из меня больше не выходила. Обхватила себя руками, пытаясь спрятать неприкрытую бандажом грудь под тонкой липкой футболкой, и в этот момент встретилась глазами с Калебом.

Заметил. Точно заметил. Иначе почему так смотрит, точно пришельца увидел? Не мог не заметить два ярко выраженных бугорка, абсолютно не свойственных мужчинам подобного телосложения.

– В норме, Харпер? – спросил он меня и поднялся на ноги.

«Может, и не заметил».

Кивнула. И в эту же секунду вспыхнуло уличное освещение.

Несколько крепких мужчин бежали к нам со стороны ворот – охрана. А из коттеджа один за другим вываливали все его обитатели. И Вонг бежал впереди всех.

– Мы… мы… мы это… – мямлил Гарри, оглядывая нас с Калебом лихорадочным взглядом. – Эй, Харпер, дружище, мы ведь шутили так, правда? Просто развлекались?

– Точно! Развлекались! – дрожащим писклявым голоском поддержал его Жак. – Это ведь была твоя идея, Харпер!

А-а-а, плевать на грудь!

Рванула в их сторону настолько быстро, насколько позволяла слабость в ногах, набросилась на Гарри всем телом и повалила его на стриженый газон.

– Скотина! – орала неистово. – Убить меня хотел?!

Гарри оттолкнул меня в сторону и навалился сверху. Очень удобная позиция, чтоб съездить ему по лицу. Что и сделала, пока у того взгляд не сфокусировался. Хруст был характерным, а потом кулак полетел в моё лицо. Но вдруг застыл в воздухе, а потом и дышать стало заметно легче, потому что Гарри с меня безжалостно стащили и уже за шиворот волокли по лужайке, как мешок с мусором. Калеб швырнул его перед ногами Вонга и принялся что-то объяснять.

Я, тяжело дыша, сидела на траве и вновь прикрывалась руками. Хотела ещё и Жаку по физиономии съездить, но тот уже был перед Вонгом и молил о прощении.

Вокруг творилось нечто невообразимое. Шум, гам, крики, требования проверить записи с камер… Кто-то кричал о том, что видел, как эти двое тащили меня к бассейну, поэтому и поднял тревогу ещё до того, как успела ожить охрана.

Первым оказался Калеб. Увидев меня из окна своей комнаты, он чудом успел вовремя. И было бы просто прекрасно, если бы он так и не смог разглядеть во мне девушку. Кроме парика, на мне не было прочих мужских атрибутов.

Чёрт… Я прижала ладони к затылку и уткнулась лбом в колени, лихорадочно соображая, что делать дальше. Но что тут поделаешь? Очевидно – это конец. Моей роли Мики конец.

На голову вдруг упало полотенце.

– Спрячь лицо! Живо! – скомандовала Анемона и помогла мне подняться. – Хорошо, а теперь ты идёшь со мной. Вонг сам со всем разберётся.

Залитая дневным светом комната Анемоны больно ударила по глазам. Вновь хотелось кашлять, а лёгкие в груди показались куском застывшего бетона.

– Спокойно, девочка. Всё хорошо, – Анемона заперла за нами дверь и кивнула на кровать. – Присядь. На ногах еле стоишь.

Перед глазами все раскачивалось из стороны в сторону, будто маятник, и я с трудом могла смотреть на Анемону. Во мне бурлили злость и досада. Ноги всё ещё дрожали, но уже как от посттравматического синдрома.

– Их выгонят, гарантирую, – Анемона потрясла головой в разноцветных бигуди и прошла к одному из высоких глянцевых шкафчиков. Достала из него бутылку с тёмно-золотистой жидкостью и разлила по бокалам, один из которых протянула мне. – Пей.

– Нет, спасибо…

– Пей, я сказала!

Вздохнув, я осушила бокал:

– Зелье какое-то…

– Коньяк.

Осушив свой, ведущая присела рядом на кровать и взглянула на меня со всей строгостью:

– А теперь слушай внимательно, потому что у тебя совсем нет времени. Прямо сейчас, дорогая моя, ты должна решить, продолжаешь играть в маскарад или сматываешь удочки и заявляешь, что уходишь из шоу. Никто не станет держать, поверь. Вонг слишком заботится о своей репутации. Так что у тебя полминуты на принятие решения. И чуть больше времени до того момента, пока в мою дверь постучат и обнаружат тебя в таком виде.

– И ты… то есть вы… Вы так просто меня отпустите? Без скандала с разоблачением?

– Скандала? Ну что я, совсем животное, по-твоему? Ты только что чуть этот мир не оставила, а я о рейтингах думать должна?

Я натянула губы в слабой улыбке:

– А вы не такая уж плохая.

– О, спасибо, дорогая. Не такая уж и стерва, верно? – хмыкнула Анемона. – Ну? Так что будем делать? Уходишь или даёшь мне парик, чтобы я его высушила?