Одна судьба на двоих - Ольга Покровская

– Ну что, готова, девушка моей мечты? – Тэд перегнулся ко мне с противоположного сиденья и попытался взъерошить волосы.

– Брысь отсюда! – шикнула я и несильно хлопнула его по руке. – Мне эту проклятую укладку три часа делали. Руки прочь!

Он легко рассмеялся и поправил галстук.

– Просто хотел создать видимость того, что в лимузине между нами происходило что-то интересное. Ты же знаешь, как внимательно и ревностно фанаты отслеживают любые признаки.

– Достаточно и того, что мы приехали на одной машине и всё мероприятие будем вместе, – заверила его я. – К тому же, думаешь, фотографии в «Эсквайре» ещё недостаточно их завели?

– Ты про те, где папарацци якобы засняли нас в окне твоей квартиры? Ну да, получилось довольно убедительно. И тот пеньюар тебе очень к лицу.

– А ты гордо продемонстрировал всему миру свой идеальный пресс. Признайся, ты сам убедил агента, что сниматься будешь в одних джинсах и с голым торсом?

– Ну должен же я был похвастаться результатами этой проклятой белковой диеты, – заявил Тэд. – А за свою честь я не боюсь.

Мы снова рассмеялись, и тут лимузин, последние несколько минут ползший с черепашьей скоростью, затормозил окончательно. Мой суровый охранник Пит – такой огромный, что черный пиджак, казалось, вот-вот должен был треснуть у него на спине – приоткрыл дверцу, чтобы выскользнуть на улицу первым. В щель тут же ворвался рёв толпы, слышны были отдельные выкрики:

– Рада! Тэд!

Где-то уже засверкали вспышки фотокамер.

– Иисус на чёртовой тачке, – выругался Тэд себе под нос.

Меня неизменно восхищали эти его заковыристые ругательства. Здесь, в Америке, где большинство моих знакомых лишь по-разному обыгрывали слово fuck, его британское сквернословие казалось почти искусством.

– Ну что, толпа требует хлеба и зрелищ, – тем временем продолжил он. – Выходим?

– Я нормально выгляжу? – спросила я его. Зеркала в лимузине не было, а крошечная сумочка, подобранная мне стилистом, не вмещала ничего объёмнее носового платка.

– Замечательно, – проговорил он.

И в глазах его промелькнула знакомая мне грусть.

– Тогда пошли.

Пит как раз распахнул дверцу лимузина. Теперь рёв зазвучал ещё громче, запульсировал в ушах. Тэд вышел из машины первым и протянул руку мне. А я, как положено юной звезде, изящно выпорхнула из лимузина вслед за ним, опираясь на его руку. Толпа взревела ещё громче – парой секунд назад это казалось мне невозможным. И я, как когда-то учила меня Бет, обвела её глазами и улыбнулась – как будто бы всем сразу и каждому в отдельности, при этом стараясь одновременно быть приветливой и держать дистанцию. За последние годы я, кажется, отточила это искусство до совершенства. Снова защёлкали вспышки, и Тэд приобнял меня за талию, а я склонила голову к его плечу.

Помедлив несколько минут, мы двинулись к дверям зала, где должно было проходить награждение. Тут нам навстречу кинулись журналисты, в воздухе замелькали выставленные вперёд микрофоны.

– Рада, как вы расцениваете ваши шансы на победу?

– Я очень надеюсь, что наш фильм полюбился зрителям и они отдадут нам свои голоса. Но кто победит – решит компетентное жюри.

«Главное – никакой конкретики, – как учил меня мой пиар-менеджер. – Сыпать обтекаемыми фразами, ничего определённого не сообщая».

– Когда запланированы съемки следующей части «Миражей»?

– Нам и самим очень хочется поскорее порадовать наших поклонников. Так что в самом скором времени они продолжатся.

– Тэд, скажите, тяжело ли выдерживать столько часов в таком сложном гриме?

Тэд начал что-то отвечать, но тут я расслабилась и перестала слушать. Я знала, что он не собьётся – его опыт в таких вещах был гораздо больше.

Через пару минут время, отведённое на встречу нашей пары, закончилось, сквозь головы толпы можно уже было различить подъезжающий к началу красной ковровой дорожки следующий автомобиль, и журналисты расступились, давая нам дорогу. Мы вошли в ярко освещённый вестибюль, где неоновыми огнями переливались буквы «Добро пожаловать на вручение премии МТВ», и сразу двинулись в зал.