Цвет надежды - Джулианна Маклин

До этого разговора в кабинете Джекоба мое соперничество с Надией давило на меня как огромный чемодан, который я взвалила на спину. Я держала на дистанции всех, даже своих близких, пока не появился Джекоб и не напомнил мне, что я все-таки способна на нежность и ласку. И на сексуальную привлекательность. Он заставил меня понять, что стены, которыми я отгородилась от всех, не такие толстые, как хотелось мне прежде, и я поверила, что смогу прожить и без них.

Надия с каждым днем набиралась сил. Я чувствовала, что мои молитвы были услышаны. Еще я ощущала себя более цельной – уверенной в себе и достойной уважения – после того, как отбросила злость и научилась прощать. Когда я наблюдала, как Надия сидела в кресле-качалке и впервые держала на руках свою дочку, я внезапно ощутила себя невесомой, словно плыла в небеса навстречу облакам. Надия тихонько плакала, и я догадалась, что она впервые в жизни испытывала такую глубокую и огромную радость.

Наши взгляды встретились, и моя душа наполнилась теплым светом.

– Дайана, – прошептала она, – как мне благодарить тебя?

– За что? – удивилась я.

– Ты так заботишься обо мне, даже после всего…

Я покачала головой.

– Все в прошлом. К тому же ты была права. Это ты сделала мне одолжение. Огромное. Просто тогда я этого не понимала.

Она тихонько качалась в кресле и смотрела на дочку.

– Теперь я рада, что все так получилось, – твердо сказала я. – Если бы не это, ты бы не держала сейчас этот драгоценный сверток. И мы будем любить ее больше жизни, так, словно у нас не будет завтра. Ты и я, мы вместе.

– Даже если завтра не будет, – сказала Надия. – Сегодня я засну счастливая, зная, что я смогла подержать ее в руках – хоть немножко – и зная, что у нее есть ты.

Я нахмурилась.

– Не надо так говорить. Ты с каждым днем поправляешься.

Она странно взглянула на меня и кивнула, а меня не покидало ощущение, что она знала что-то, чего не знала я – и не знали даже доктора.

– Пожалуй, я назову ее Эллен, – сообщила она. – Тебе нравится такое имя?

– Да. Оно красивое.

* * *

Через десять дней Надия и Эллен выписались из больницы, и я наняла няньку, которая находилась возле них весь день, пока я работала. Еще я не хотела, чтобы Надия утомлялась, и взяла на себя ночное кормление и перемену пеленок. Несмотря на то что утром я была без сил, я любила драгоценные минуты, которые проводила с маленькой Эллен, пела ей колыбельные, качала на руках, гуляла с ней среди ночи по дому.

По утрам мне требовался кофе в еще больших количествах, чем прежде, но я перестала ходить в «Старбакс», потому что боялась встреч с Джекобом. Пожалуй, я не доверяла себе и не готова была отказаться от него.

Шли неделя за неделей. Мне ужасно его не хватало, и я не знала, что чувствовал он. Мы не общались и не переписывались друг с другом с тех пор, как Надию выписали, и, хотя она несколько раз приезжала к нему на консультации, я не сопровождала ее. Может, он обижался на меня за это…

Может, думал, что мне он безразличен, что я не думаю о нем.

Потом, через четыре недели после выписки, субботним вечером все переменилось.

Мы сидели дома за обеденным столом, когда внезапно ожил пейджер, который сестре дали в больнице.