Сын Бога Грома - Арто Паасилинна

Как только Хуурулайнен появился в «Ронкайла», тролли и домовые принялись действовать. Стоило лжепроверяющему снова начать простукивать стены и полы, на него набросились десяток домовых и не менее пары дюжин троллей. Они облепили его со всех сторон, повалили на пол, заткнули своими волосатыми лапами орущий рот и потащили несчастную жертву в кабинет, где Рутья обычно проводил лечение. Закрыв его, они помчались к Рутье, который в данный момент был на пробежке в лесу, и сообщили, что поймали нового дурака.

Они сказали, что Рутье следует срочно вылечить строительного проверяющего молнией, что он уже готов и ждет в кабинете.

Тролли и домовые рассказали Рутье, что за человек этот проверяющий.

Сын Бога грома очень удивился: неужели в его лечебницу и правда проник шпион? Как такое могло случиться?

Он ворвался в кабинет, где на полу лежал облепленный со всех сторон троллями детектив Хуурулайнен.

— Вы будете отвечать за измену государственной религии по всей строгости закона! — прохрипел Хуурулайнен, придавленный десятком маленьких волосатых существ.

Рутья пришел в ярость, бросил пронзительный взгляд синих глаз на небольшое окошко, откуда обычно появлялась молния, и прочитал гневное заклинание:

О, великий Бог грома,

Восседающий в облаках!

Брось карающую молнию

И пригвозди обманщика к полу!

В тот же момент загрохотал гром и в окошко влетела огромная шаровая молния. Она пометалась по помещению, вплотную подлетела к детективу и прожгла до дыр всю его одежду. Дверь комнаты слетела с петель, испуганные тролли и домовые врассыпную бросились в коридор, а обожженный детектив в невменяемом состоянии остался лежать на полу, чувствуя себя как коммунист после пыток в тюремных застенках тридцатых годов.

Постепенно он стал приходить в себя, поднял обожженную голову, огляделся. Он совершенно не мог понять, что с ним произошло. Что же случилось?

В течение получаса Рутья допрашивал офицера Охранной полиции. Затем ударил Хуурулайнена исцеляющей молнией, и тот полностью пришел в себя.

Из комнаты детектив вышел другим человеком. Теперь он верил в Бога грома больше, чем в начальника Охранной полиции.

Хуурулайнена накормили, напоили, дали новую одежду и заклеили пластырем раны на голове. Затем отвели спать и уложили на пахнущие свежестью простыни.

Наутро Хуурулайнен попросил разрешения поехать в Хельсинки и рассказать об обращении в новую веру своему работодателю. Рутья позволил ему уехать, ведь сведения о «Ронкайла» и так ранее были переданы в Охранную полицию. Хуурулайнен поклялся, что вернется в «Ронкайла» сразу после разговора с начальником.

Он сдержал слово, но спустя пять суток. Это время он провел в камере предварительного заключения на улице Ратакату. Риипинену, понимаешь ли, не понравилось, что его старый и надежный товарищ принялся рассказывать байки о своем обращении в старо-новую веру, да и вообще он как-то странно изменился…

— Я бы еще понял, если бы ты сказал, что видел маленьких черных фашистов или волосатых панков… Но, черт возьми, не надо рассказывать мне сказок про домовых и троллей! Мне хватит дел разбираться с этим сыном Бога грома и без твоих баек! С сегодняшнего дня можешь считать себя уволенным! Да, не забудь, что ты обязан хранить служебную тайну до конца своих дней. А чтобы точно уяснил, что с тобой станет, если будешь болтать, проведи-ка несколько дней в камере на улице Ратакату.

Когда охрана собралась уводить Хуурулайнена, Риипинен немного успокоился.

Он пожал старому товарищу руку и с чувством произнес:

— Мы могли бы служить бок о бок еще много лет. Жаль, что так вышло. Но ты же сам прекрасно знаешь, что наша задача — управлять дураками, а не становиться ими.

— Не причиняй вреда тому, кто слабее и меньше тебя, — напутствовал Хуурулайнен своего начальника, отправляясь в камеру предварительного заключения на улице Ратакату.