Алина - Сергей и Дина Волсини

– Вот именно.

– Вас это удивило. Но не заставило задуматься?

– О чем?

– О том, что, возможно, и в остальном в этой семье все не совсем так, как рассказывала вам Алина?

– Меня они, собственно, вообще мало интересовали. Я поехал только ради Алины. Она хотела, чтобы мы познакомились. Мы познакомились. Я понял, что они оба странные какие-то, что все не совсем так, как рассказывала Алина. Ну и что? Ну, так, значит, так. Такие они люди.

– Вы не почувствовали в этом никакой опасности для себя, для ваших отношений с Алиной?

– Нет, конечно. Это их проблемы. Я думал, мы разъедемся, и все. Они сами по себе, мы с Алиной сами по себе. У нас-то все отлично было на тот момент. Меня это никак не напрягало вначале. Вот единственное, что меня сразу напрягло, так это то, что мы с Алиной стали ссориться. Прямо сразу. Как приехали туда – Алину как подменили. Как я ни старался быть понимающим, спокойным, еще там каким-то, я не знаю, терпеливым, ничего не помогало. Она вообще меня перестала слушать. У нее как болезнь какая-то началась, серьезно. Какая-то одержимость сестрой и ее проблемами. Как будто, знаете, у Алины кнопка какая-то была, ее так – чик! – включили, и она обо всем забыла, для нее больше не было ни меня, никого. Только сестра.

– Хорошо, а если бы вы поженились и поехали в статусе мужа Алины, что бы изменилось? К вам было бы другое отношение? Или у Алины не включилась бы эта кнопка?

– Не знаю на счет их отношения ко мне. Может, изменилось бы, может, нет. Но я уверен, что Алина воспринимала бы все немного по-другому. А вообще, знаете, я хочу сказать, что главную ошибку я допустил сам.

– И что это за ошибка?

– Ошибка была в том, что я не сделал так, как хотел. Я с самого начала понял, что мне нужна своя машина. Я терпеть не могу, когда кто-то куда-то меня везет, когда я сам не за рулем. Любой мужчина меня поймет. А там тем более нужна была своя машина, потому что мы там жили как на необитаемом острове, ни людей вокруг, ни телефонов, ничего. И человек рядом абсолютно неадекватный, он же с оружием постоянно ходит… И мне сразу понятно было, что это ненормально…

– И что бы вы сделали, если бы была машина? Посадили бы Алину в машину и уехали?

– Естественно. И сделал бы это гораздо раньше. Однозначно, я бы не довел ситуацию до такого…

– А она бы согласилась уехать с вами?

– Вот этого я не знаю (Смеется). Может, и не согласилась бы. Но все равно, мы могли бы съездить во Францию, просто поездить по городкам вокруг. Главное, мы бы не сидели дома и не зависели от этих двух… проблемных. Пусть даже мы не уехали бы оттуда совсем, но я бы делал по-своему. Я бы решал, куда ехать, где останавливаться, и так далее. Тогда все закончилось бы по-другому. А так я сидел как в клетке, связанный по рукам и ногам. А эти двое втягивали и втягивали меня в свои проблемы.

– А если бы Алина не поддержала вас и не оставила бы сестру?

– Ну и что? Я бы сам уехал.

– И поссорились бы с ней?

– Ну, поссорился бы. А куда деваться?..

– В любом случае конфликта не удалось бы избежать?

– Нет, ну объективно, ясное дело, конфликт все равно бы был. Так или иначе. Женаты мы, не женаты, есть машина, нет, все равно. Но только, вы поймите, так бы мы поссорились из-за того, что я, ну не знаю, не поехал, например, на этот идиотский ужин. Или, там, развернулся вообще и уехал в Барселону, как вариант. А так мы поссорились, из-за того что я переспал с ее сестрой. Чувствуете разницу?

– Да уж!

– Вот именно. Так бы, понимаете, как бы мы там ни поссорились, я бы уехал и ждал ее в Барселоне. Мы бы встретились, она бы пообижалась на меня, я бы что-нибудь бы придумал, и все было бы нормально. Такой конфликт можно загладить. А то, что получилось у нас в итоге – уже нет.

– Что же помешало вам настоять на своем и найти машину?

– Ну как, что? Страшно же.

– Страшно?

– Ну естественно… Страшно. Я не хотел обидеть Алину. Хотел, чтобы ей было хорошо. Говорю же, мы стали жутко ссориться с самого начала. В книге это еще мягко сказано. На самом деле мы спорили постоянно, у нас практически не было моментов, когда бы мы, как в Москве, просто спокойно о чем-то договаривались, когда оба довольны. Такого практически не было. Так что если бы я стал настаивать на машине, боюсь, мы бы и дня с ней не продержались. Поссорились бы. Тогда я боялся этого. Не хотел. Это сейчас я задним умом понимаю, что лучше было бы сразу поссориться и уехать. Лишь бы не затягивать, не доводить ситуацию то того, что в итоге получилось. Любая ссора была бы лучше. А тогда я думал, что надо быть терпеливее. У нас и так ссора за ссорой. Алина вся на нервах. Я должен был сделать так, чтобы она успокоилась, чтобы она была довольна. И я делал… По идее, я сделал все, от и до, ровно так, как она от меня хотела.

– Включая и…

– Да, да. И это тоже.

– Вы считаете, Алина сама вас подтолкнула к такому финалу?

– (Вздыхает). Нет, ну естественно, я же, понимаете, не теленок, чтобы меня тянуть, там, и подталкивать куда-то…

– Но ее такое огромное желание, чтобы вы понравились ее родственникам, особенно сестре, сыграло свою роль?

– Ну да, сыграло. Это вообще, я считаю, главная причина всего, что произошло. Из-за этого «огромного желания» все и началось. Она же, понимаете, вообще не представляла себе, что это на самом деле за человек, ее сестра. Это в книге отлично показано. Там ничего не преувеличили. Именно так и было, она просто поклонялась сестре. А та в свою очередь, понимаете, Алину обманывала, не рассказывала ей многого, и так далее, и так далее. Алина же для нее была просто как наивный такой ребенок, которого можно и обмануть, и вообще ни во что не ставить… А моя ошибка, как я уже сказал, это то, что я путал одно с другим. Я старался подстроиться под Алину, старался не идти на конфликт. А на самом деле, конкретно в тех обстоятельствах это было ошибкой, которая дала такие вот печальные последствия.

– Надо было действовать.

– Да. Надо было брать все в свои руки. И не слушать Алину. И не бояться, что она не поймет, обидится…

– А как определить этот момент? Как понять, что все, стоп, вот сейчас уже нельзя действовать по-старому?

– Очень просто. Этот момент был, когда Алина стала вести себя по-другому. Мы ведь в Москве никогда не ссорились, и у нас не было такого, чтобы я не согласился с ней в чем-то или она прямо уперлась и ни в какую не соглашается со мной. Мы всегда легко находили решение. Она всегда так радовалась этому, она всегда говорила – с тобой так легко. А тут все это вдруг перестало работать. Я и так, и сяк, и один вариант предложу, и второй, и третий. Но Алина перестала меня воспринимать. Она сразу же заняла очень жесткую позицию – мы делаем только так, как удобно сестре, и точка. Я же говорю, это как кнопка какая-то, которую включили, и все. Я говорю ей что-то, а она смотрит мимо меня и вообще меня не слышит. С ней нереально было договориться о чем-то. Ее ничего не волновало, кроме того, что говорила сестра…