Элиза и ее монстры - Франческа Заппиа

Интернетовским сплетникам не потребовалось и дня, чтобы обсудить новость со всех сторон. К следующему утру даже люди, далекие от фэндома «Моря чудовищ», знают, кто я такая и откуда я. Они знают, что я старшеклассница. Знают, что у меня есть собака и два младших брата. Не уверена, что у них есть мой адрес и номер телефона, но если еще нет, то скоро будут.

То обстоятельство, что я столько времени была анонимна, подлило масла в огонь. Моя анонимность была своего рода игрой, загадкой, которую надо было решить. Анонимность в Интернете – дело недолговечное, и им всем известно об этом.

ЛедиСозвездие была пиньятой, которую они лупили палками, а я стала выпавшим им призом.

Читаю сообщения. Знаю, я не должна этого делать, но не могу удержаться, и мне не хочется ни рисовать, ни читать, ни даже смотреть «Собачьи дни». Так что часы тянутся медленно. Большинство из посланий короткие. Я могла бы составить из них хронику. Сначала люди ни в чем не уверены – одни действуют намеками, чтобы понять, верны ли слухи, другие спрашивают напрямую. Затем они усваивают мое имя и расспрашивают о деталях. Тащатся от того, что я девушка, да к тому же тинейджер. Что касается второго момента, то он мне более-менее понятен, но почему их удивляет то, что я девушка? ЛедиСозвездие – женщина. Тут ничего не изменилось.

Затем следуют фанаты. Некоторые из них рассказывают о том, как я вдохновляю их. Некоторые пишут, что мы очень похожи и им кажется, что мы подружимся. Другие просто благодарят меня. Им нравится, что у имени появилось лицо. Им нравится, что у имени появилось имя. Им нравится, что я теперь на виду. Что я настоящая.

Разумеется, есть и грубые послания. Подлые. Кажется, их писали не люди, а какие-то компьютерные программы, состряпанные для того, чтобы выдавать вещи, какие ни один человек не способен сказать другому в лицо. Их я тоже читаю: они как «Принглз» – может, и вредны для тебя, но, съев одну штучку, остановиться невозможно. Это своего рода американские горки, на которых мчишься только вниз. Ближе к концу я чувствую себя выжатым лимоном, кликающим мышкой, скользящим слезящимися глазами по фразам.

– Элиза? – Дверь открывается. В нее просовывается темноволосая голова. – Мама велела передать тебе, что обед готов. Я кричал снизу, но она сказала, что ты не услышишь.

– Да, – киваю я, не поворачивая головы.

– На что ты там смотришь? – Позади меня раздаются тяжелые шаги. Комнату наполняет запах мальчишеского тела, не знающего, что такое душ. Салли – быстрый маленький чертенок. Я не успеваю свернуть окно с сообщениями с форума «Моря чудовищ» и миллионом заметок, которые открыла в других вкладках, и он выхватывает у меня мышь и закрывает окно сам.